В последнее время вампирский контент в западном кинематографе стал расти так часто и так кучно, что хоть бери бочку и засаливай. Не успел ещё «отгреметь» «Носферату» Роберта Эггерса, о котором мы рассказывали в прошлом обзоре, как тут же подсуетился Люк Бессон со своими пятью копейками на тему незабвенного романа Брэма Стокера, по-прежнему занимающего центральное место в библиографии и фильмографии о клыкастых кровососущих. А ведь есть ещё «Грешники», номинированные на десять тысяч Оскаров, и наверняка, ещё что-то, что прошло мимо, чтобы начать всерьёз задумываться о какой-то неслучайной тенденции происходящего. Впрочем, о всемирных заговорах позже – в следующих обзорах или итогах 2025 года, – а сейчас кратенько о том, чего же там наворотили французы.
Окидывая взглядом список экранизаций «Дракулы», сразу понимаешь, что явление это уже давно вышло за рамки не только Трансильвании, где легендарный злодей жил и творил свои тёмные дела, но и англосаксонского мира, в котором обыкновенный готический роман конца 19 века превратился чуть ли не в национальный эпос. Классических британских Князей Тьмы по пальцам одной руки не пересчитать, американский под чутким руководством Фрэнсиса Форда Коппола само собой помним, японцы к ужастику 2014 года руки прикладывали, ремейк на немецкую версию событий за авторством Эггерса уже упоминали... И каждый раз виновник этой нескончаемой истории какой-то другой: то красавец-мужчина с чуть выпирающими верхними клыками, то уродский старый вампир, поживающий людей заживо. Такими темпами скоро в каждой стране будет по своему собственному Дракуле, наделённому теми или иными национальными чертами: в Папуа – Новой Гвинеи в образе шамана с бусами и бубном, в Норвегии – в шлеме викинга с рогами, пугающего доверчивых северных оленей… По крайней мере, к тому идёт. Вот и во Франции решили, а почему бы, собственно, Дракуле не стать типично французским женоподобным парфюмером-романтиком, увивающимся за юбками и рассматривающим смысл бытия исключительно через процесс совокупления с противоположным полом? Эдакой смесью Виконта де Вальмона и любовника Госпожи Бовари в одном флаконе.
Вместе с тем, ждать чего-то качественного и впечатляющего от нынешнего Люка Бессона, по большому счёту, уже давно не приходится. И для этого даже не нужно соглашаться с когортой разгромивших новинку российских профессиональных критиков, которые зачастую просто повторяют всё то, что было сказано и написано на западе, а достаточно лишь пролистать список его последних работ и вспомнить своё отношение к ним. Это когда-то он был молодым и перспективным режиссёром «Леона» и «Пятого элемента». Сейчас же, такое ощущение, 66-летний парижанин, цинично прикинув, что социальные, криминальные драмы и sci-fi успеха не принесут, а гораздо лучше заходит всякая нежить, решил вовремя подсуетиться и то ли напомнить о себе, то ли банально заработать денег. Однако суть от этого не меняется: полная чушь в написанном им сценарии и откровенно слабый режиссёрский результат на выходе. Сложно было представить, что новый «Дракула» может быть хуже эггеровского «Носферату», но факт остаётся фактом.
Нет, Бессон, конечно, не жестит в духе арт-хаусных творцов, не выливает на зрителя литры кровавых помоев и не зацикливается на неприглядных подробностях. Он просто мешает всё в одну кучу и не может разобраться с тем, что же он на самом деле снимает. То ли псевдоисторический роман (начальная батальная сцена – какая-то картонная возня, где ночь моментально становится днём), то ли психологический триллер, то ли чёрную комедию, то ли мелодраму, то ли всё и сразу. Получается какой-то странный винегрет, варьете с элементами фэнтези, где на людей нападают компьютерные гаргульи, танцующий на роскошных французских баллах Дракура-парфюмер привлекает жертв магическими духами (странно ещё, что по аналогии с одноимённой книгой Патрика Зюскинда, не сваренными из тел жертв-девственниц...), с реинкарнацией главной героини и прочими разнородными элементами, искусственно собранными в кучу. В своём репертуаре оказываются любвеобильные французы и в плане транслируемых в массы смыслов: любовник-герой здесь сражается не за честь, родину и Бога, а, как принято сейчас в либеральной тусовке, – за булочку и трамвайчик. Точнее – за женские прелести. Ибо по Бессону, любовь – это, надо полагать, бесконечный секс-марафон, и ничто иное.
Дракула в гриме карикатурен даже по сравнению с «Носферату». Без грима же у Калеба Лэндри Джонса слишком специфичная внешность маньяка (вспоминаем его предыдущие актёрские работы), чтобы воспринимать его как-то по-другому даже в костюмах 19 века; на роль рокового любовника он вряд ли тянет, а вот на мальчиша-плохиша, готового исподтишка выкинуть какую-нибудь гадость, – вполне. Шутки неуместны и зажёваны, а историческая и географическая основа просто убивает своей нелепостью. Так, например, у Бессона Румыния граничит с Францией (!), а какой-то третьеразрядный князёк с периферии цивилизации в праведном гневе протыкает мечом ватиканского католического священника, единственным обоснованием чего может быть неизвестная болезнь сценариста, последствием которой явилась путаница 1480-й года с 2025-м. Хотя разве есть потенциальной современной целевой аудитории – жертвам ЕГЭ – до этого дело? Главное, чтоб вампиры…
А какой конфликт, какая над-идея предложенного сюжета! Злые людишки мешают бедному Дракуле любить и быть любимым! Сначала вздумали вытащить из постели, одели, словно болванчика, напомнили об обязанностях правителя и отправили на войну – охранять границы от неверных. Потом же и вовсе стали гоняться по всей Европе с осиновым колом и связкой чеснока. Ну, подумаешь, пил чью-то кровь, с кем не бывает? Занавес же можно закрывать после пылко произнесённой речи любимой: «Бог – это любовь! А если нет, то пусть идёт к чёрту!» Вот так вот! Гениально! Хлёстко и с плеча. Бога нет, зато вампиры существуют. Сатанизм в чистом виде, да и только. Хотя, для воспитания чувств «доброго, светлого, вечного» в подрастающем поколении всё равно не сгодится, поскольку оно (это самое подрастающее поколение) давно уже взращено на куда более жёстких высказываниях, и тут старина Бессон сильно опоздал. Единственное, обидно за труд костюмеров, декораторов, гримёров (масштабы их работы действительно колоссальны; как французы способны делать визуальную и костюмированную часть исторических фильмов мы прекрасно знаем), а также за композитора Дэнни Элфмана, сочинившего очень красивую инструментальную музыку, которая, впрочем, совершенно не соответствует тому, что сочинил в своих влажных фантазиях и наснимал потом месье Бессон.
______________________________
Настоящая статья продублирована в блоге автора на сайте Кинориум.ру