Костя сидел напротив меня за кухонным столом. Пил чай из той самой чашки, которую я ему подарила на день рождения три года назад. Синяя кружка с надписью: "Замечательный муж". Смешно, даже.
— Дорогая, давай переведем твое наследство на общий счет — сказал он, не отрывая взгляд от телефона.
А я знала. Я уже знала про адвоката. Про документы на развод, которые он заказал неделю назад. Про то, как он звонил маме и советовался с ней… По поводу денег, которые бабушка мне оставила в наследство.
Я узнала случайно. Забыла телефон дома, вернулась с работы пораньше. А он говорил по скайпу с Леной, своей сестрой:
— Если она переведет деньги на общий счет, я смогу при разводе претендовать на половину...
Лена его поддерживала. Конечно. Она всегда считала меня не парой для своего драгоценного братика.
И теперь он это предлагает мне…
— Зачем? — спросила я, помешивая сахар в чае.
— Ну... — Костя наконец поднял глаза. — Удобнее же. Семейный бюджет и всё такое.
Семейный бюджет?! Сейчас я плачу за квартиру, за продукты, за отпуск. Он — за свою машину и спортзал. Какой, к черту, семейный бюджет?
— А что изменилось? — продолжала я. — Раньше тебя это не беспокоило.
Костя заёрзал на стуле. Отложил телефон.
— Катюш, ну просто... мы же семья. Должно быть всё общее.
Всё общее. А как же развод, который он задумал?
Я встала. Подошла к окну. На улице было темно, хотя только семь вечера. Декабрь.
— Знаешь — сказала я, не оборачиваясь. — Моя бабушка завещала мне эти деньги не просто так.
— Да я понимаю...
— Не понимаешь. — Я повернулась к нему. — Она сказала: "Катенька, мужчины приходят и уходят, а деньги остаются. Никогда не отдавай их никому."
Это была неправда. Бабушка таких слов не говорила. Но должна была бы.
Костя нахмурился:
— То есть ты мне не доверяешь?
Не доверяю. Человеку, который тайком готовит развод и консультируется с адвокатом о том, как отобрать у меня наследство? Да ни на копейку.
— Дело не в доверии — соврала я. — Просто... пока не хочу.
— Пока?
— Пока.
Он снова уткнулся в телефон. Наверное, писал сестре: "Не получилось. Не ведется."
А я думала о том, как же он это всё провернет теперь. Наверное, устроит сцену. Обидится. Может, даже попытается меня разжалобить — расскажет про какие-то проблемы на работе или выдумает болезнь у мамы.
Но сначала он попробует ещё раз. Костя упорный. Когда хочет чего-то добиться, он не сдается.
— Слушай — сказал он, отрываясь от экрана телефона. — А давай завтра съездим в банк? Просто посмотрим, какие там условия...
Ах вот как! Сначала "просто посмотрим", потом "раз уж приехали, давай оформим", а там уже и подписи, и печати...
— Завтра у меня работа — ответила я.
— А в выходные?
— Но мы же договаривались поехать к твоим родителям...
Договаривались. Месяц назад. Когда он ещё не планировал развод. Или уже планировал, но я не знала.
— Хотя... Нет. Отменим — сказала я. — У меня много дел.
Костя встал из-за стола. Подошел ко мне. Обнял за плечи. Раньше от его объятий у меня внутри всё переворачивалось. А теперь... теперь я чувствовала только холод.
— Катюш, что с тобой? Ты какая-то странная последнее время...
Странная. Да, наверное. Странно, когда знаешь, что тебя предают, но должна делать вид, что всё хорошо.
— Устала просто — сказала я.
— От чего?
Надо было сказать… От тебя. От этого спектакля. От необходимости улыбаться человеку, который считает дни до развода.
— От работы — ответила я.
Он погладил меня по волосам. Нежно так, заботливо. Актер хороший.
— Может, возьмешь отпуск? Съездим куда-нибудь...
Куда-нибудь. Наверное, в какое-то романтическое место. Чтобы я окончательно растаяла и подписала все, что он захочет.
— Посмотрим — сказала я.
Костя вздохнул и пошел в спальню. Через минуту оттуда донеслось:
— Кать, а где мой серый свитер?
— В стирке!
— А синий?
— Тоже в стирке!
— Все в стирке?
— Да!
Я солгала. Его вещи лежали в шкафу, выглаженные и сложенные. Но мне вдруг захотелось хоть немного его позлить.
Он появился в дверях в старой футболке:
— Кать, ну серьезно, где вещи?
— А серьезно в стирке.
— Понятно.
Костя посмотрел на меня внимательно. Как будто пытался понять, что происходит. А потом махнул рукой и ушел к себе.
У нас давно уже всё было раздельно. Он к своему компьютеру, я к своим книгам. Он к своим друзьям, я к своим. Мы как соседи по коммуналке, которые изредка встречаются на кухне и делают вид, что у них отношения.
Может, развод — это даже хорошо? Может, мне просто страшно остаться одной, а на самом деле я давно уже одна?
Я села за стол, открыла ноутбук. Надо было работать, но мысли путались. Всё время думала: а что, если он сейчас сидит и пишет адвокату? Или звонит сестре и жалуется, что я не ведусь на его уловки?
За стеной послышался его голос. Тихий, но я все равно расслышала:
— Алло? Да, это я... Нет, пока не получается... Она какая-то подозрительная стала...
Подозрительная! Я встала и на цыпочках подошла к стене. Приложила ухо.
— ...попробую через неделю... Да, понимаю, что время идет... Нет, думаю, она ничего не знает, просто женская интуиция...
Женская интуиция. Если бы он знал, что я стою за стеной и слушаю каждое его слово...
— ...хорошо, созвонимся завтра...
Трубка была брошена. Я быстро прошмыгнула на кухню, сделала вид, что мою посуду.
Костя вышел из комнаты, зевая:
— Кать, я спать. Завтра рано вставать.
— Спокойной ночи.
Он чмокнул меня в щеку. Механически, по привычке. И пошел в спальню.
А я осталась на кухне. Стояла у окна и смотрела на огни в соседних домах. Интересно, сколько там семей на грани развода? Сколько людей притворяются, что любят друг друга? Сколько играют в счастье, хотя всё давно кончилось?
Телефон завибрировал. Сообщение от подруги Маши:
"Как дела? Давно не виделись!"
Набрала ответ:
"Все хорошо. Костя хочет перевести мое наследство на общий счет."
Отправила.
Через секунду Маша звонила.
— Катя, ты что, спятила?! Ни в коем случае!
— Почему?
— А зачем ему это вдруг понадобилось?
— Говорит, семейный бюджет.
— Катя — Маша говорила серьезно, — мужчины не просто так начинают интересоваться деньгами жен. Либо у него проблемы, либо...
— Либо что?
— Либо он готовится к разводу.
Вот и подруга пришла к тому же выводу. Значит, всё очевидно. Интересно, почему сам Костя думает, что я ничего не понимаю?
— Маш, а что если...
— Что?
— Что если я ему скажу, что знаю?
— О разводе? А ты уверена?
— Почти.
— Тогда сначала обратись к адвокату. Пусть твои интересы защитят. А потом уже разговаривай с мужем.
Мужем. Странно слышать это слово применительно к Косте. Был муж, а стал... кто? Сосед? Враг? Бывший?
Мы говорили с Машей еще полчаса. Она рассказывала про своего Петю, про работу, про планы на Новый год. А я слушала и думала: вот так и должно быть. Легко. Просто. Без подковырок и тайных планов.
Когда повесила трубку, в квартире было тихо. Костя спал. Или делал вид, что спит.
Я прошла мимо спальни. Дверь в спальню была приоткрыта, и я увидела его силуэт под одеялом. Лежал на боку, спиной ко мне. Раньше он всегда спал лицом к моей половине кровати. Говорил, что так ему спокойнее. А теперь — спиной.
Может, это тоже знак? Может, он уже мысленно от меня отвернулся?
Я села за стол, открыла ноутбук. Набрала в поиске: "Как узнать, что муж хочет развестись."
Первая ссылка: "10 признаков того, что ваш брак на грани развода."
Ну и как, интересно? Что там пишут умные люди?
Первый признак:
"Он избегает серьезных разговоров."
Да, избегает. Мы уже месяц не говорили ни о чем важном. Только "передай соль" да "кто будет выносить мусор".
Второй признак:
"Он больше не интересуется вашими планами."
Тоже да. Раньше Костя всегда спрашивал, как дела на работе, что я планирую на выходные, хочу ли я куда-то поехать. А теперь... теперь он живет в своем мире, а я в своем.
Третий признак:
"Он стал скрытным."
О да! Телефон теперь всегда с собой. Пароли поменял. Звонки принимает в другой комнате.
Я закрыла ноутбук. Хватит. И так всё ясно.
Завтра я позвоню адвокату. Маша правильно сказала — сначала защитить свои интересы, а потом уже выяснять отношения.
А пока... пока я просто лягу спать. И подумаю о том, что будет дальше.
Интересно, когда он планирует мне сказать? На Новый год? Или дождется весны? А может, вообще после того, как наконец получит мои деньги?
Нет. Теперь я знаю его планы. И у меня есть свои.
Игра началась
Утром Костя встал раньше обычного. Я лежала с закрытыми глазами и слушала, как он собирается. Душ, кофе, шуршание бумаг.
— Кать, я поехал — крикнул он из прихожей.
— Давай — ответила я, не открывая глаз.
Дверь хлопнула. Машина завелась во дворе и уехала.
Я встала, заварила себе крепкий чай и села за телефон. Нашла контакт адвоката Светланы Игоревны — Маша когда-то давала её номер, когда у соседки были проблемы с разводом.
— Алло? Добрый день. Меня зовут Екатерина... да, по рекомендации Марии Петровой... мне нужна консультация по семейному праву...
Светлана Игоревна оказалась приятной женщиной лет пятидесяти. Говорила спокойно, без лишних эмоций. Назначила встречу на вечер.
— Подготовьте все документы на имущество — сказала она.
Я оделась и поехала на работу. Весь день пыталась сосредоточиться, но мысли возвращались к вчерашнему. К его просьбе о деньгах. К телефонному разговору.
В обед позвонила Маша:
— Ну как? Решилась на адвоката?
— Еду к ней вечером.
— Молодец. А Костя что-нибудь подозревает?
— Пока нет. Утром вёл себя как обычно.
— Катя — Маша помолчала. — А может, проще сказать ему, что ты всё знаешь и дать ему развод. Разойтись мирно?
Я подумала. Да, может, и проще. Но мне стало противно от его лжи. От того, как он улыбается мне в лицо и планирует за спиной.
— Нет — сказала я. — Если уж разводиться, то честно. А не через обман и кражу.
Вечером я сидела в офисе Светланы Игоревны и рассказывала всю историю. Она слушала внимательно, изредка задавая вопросы.
— Итак — подвела она итог. — Имущество оформлено на вас, наследство было получено до брака... это хорошо. Но вы говорите, он пытается получить доступ к деньгам?
— Да. Предлагает общий счет.
— А вы что ответили?
— Пока отказываюсь.
— Правильно. Ни в коем случае не соглашайтесь. — Светлана Игоревна откинулась в кресле
Я вернулась домой около девяти. Костя сидел в гостиной, смотрел футбол.
— Привет — сказал он, не отрываясь от экрана. — Как дела?
— Нормально. А у тебя?
— Да так... работа. — Он зевнул. — Слушай, я тут подумал про наш разговор вчера...
Вот и началось.
— Про какой разговор?
— Про общий счет. — Он повернулся ко мне. — Может, мы все-таки съездим в банк на выходных? Просто посмотрим условия.
— Костя, я же сказала — не хочу пока.
— Но почему? — В его голосе появились нотки раздражения. — Мы же семья!
Семья. Это слово резануло как нож.
— А что изменилось за эти четыре года? — спросила я. — Почему вдруг так важно стало?
Костя встал с дивана, подошел ко мне:
— Катюш, ну что ты как маленькая? Я просто хочу, чтобы у нас все было честно...
Честно! Вот это поворот.
— А сейчас нечестно?
— Ну... в каком-то смысле да. У тебя есть деньги, а я об этом даже не знаю, сколько там...
Ага. Вот в чем дело. Его интересует сумма.
— А зачем тебе знать?
— Как зачем? — Костя начал нервничать. — Я же твой муж!
— И что это значит?
— Это значит, что мы должны доверять друг другу!
Доверие. От человека, который тайком готовит развод. Я чуть не рассмеялась.
— Хорошо — сказала я. — А ты мне доверяешь?
— Конечно!
— Тогда скажи, с кем ты вчера разговаривал по телефону?
Костя замер. На его лице промелькнуло что-то похожее на панику.
— О чем ты?
— Вчера вечером. Ты с кем-то говорил в своей комнате.
— А... — Он расслабился. — С Максом. По работе.
Соврал. Максим его коллега, у него совсем другой голос. И потом, Костя никогда не говорит с коллегами шепотом.
— Понятно — сказала я. — Значит, с Максом.
— Да. А что?
— Ничего. Просто интересно стало.
Костя внимательно посмотрел на меня:
— Катя, ты себя странно ведешь. Что происходит?
— Ничего не происходит.
— Происходит. Ты какая-то... подозрительная стала.
Подозрительная. Точно то же слово, что он говорил вчера по телефону.
— В каком смысле подозрительная?
— Ну... задаешь странные вопросы. Отказываешься ехать в банк. Смотришь на меня как-то...
— Как?
— Как будто я тебе что-то должен.
Должен. Он мне должен честность. Уважение. Четыре года жизни.
— Может, и должен — сказала я.
— Что?!
— Ничего. Забудь.
Я пошла на кухню. Костя пошел за мной.
— Кать, давай поговорим нормально. Что тебя беспокоит?
Что меня беспокоит? То, что ты врешь мне в глаза. То, что планируешь украсть мои деньги. То, что я четыре года жила с человеком, которого, оказывается, совсем не знаю.
— Меня беспокоит, что ты внезапно заинтересовался моими финансами — сказала я.
— Внезапно? — Костя сел за стол. — Катя, мы женаты! Это нормально — интересоваться финансами жены.
— Четыре года тебя это не интересовало.
— Четыре года я был дураком! — Он ударил кулаком по столу. — Четыре года я думал, что каждый сам за себя, а теперь понял — так нельзя!
Вот так поворот. Теперь он "понял". Как удобно.
— И что тебя так внезапно просветило?
Костя замялся:
— Ну... я с ребятами разговаривал на работе... они говорят, что у них общие счета, общие планы... А у нас что? Ты сама по себе, я сам по себе...
Ребята на работе. Конечно. Максим небось посоветовал.
— И ты решил последовать их примеру?
— Да! Решил, что пора становиться настоящей семьей!
Настоящей семьей. А развод — это тоже часть "становления"?
Я посмотрела на Костю. Он сидел напротив, такой искренний, такой убедительный. Актер. Хороший актер.
— Знаешь — сказала я. — Давай отложим этот разговор. До лучших времен.
— Каких лучших времен?
— Когда я буду готова к переменам.
Костя нахмурился:
— А когда это будет?
— Не знаю. Может, через месяц. Может, через год.
— Через год?! — Он вскочил со стула. — Катя, ты что, издеваешься?
— Нет. Просто не готова пока.
— Не готова к чему? К тому, чтобы доверить мужу свои деньги?
— Не готова к переменам вообще.
Костя прошелся по кухне. Нервно, как загнанный зверь.
— Слушай — сказал он. — А что если мы сходим к семейному психологу?
О! Вот это новое слово в нашем лексиконе.
— Зачем?
— Ну... у нас явно проблемы с доверием. Может, специалист поможет...
Специалист поможет мне довериться человеку, который готовит развод? Сомневаюсь.
— Подумаю — сказала я.
— Когда?
— Когда подумаю.
Костя остановился посреди кухни и посмотрел на меня:
— Катя, ты меня пугаешь.
— Чем?
— Ты стала какая-то... чужая.
Чужая. А он мне родной, да? Человек, который строит планы за моей спиной?
— Может, мы оба стали чужими — сказала я.
— Что ты имеешь в виду?
— То, что имею в виду.
Костя сел обратно за стол. Взял мою руку:
— Катюш, ну давай без загадок. Скажи прямо, что тебя беспокоит?
Его рука была теплой. Знакомой. Четыре года я засыпала, держа эту руку. Четыре года доверяла этому человеку. А теперь... теперь эта рука казалась мне чужой.
— Меня беспокоит, что ты изменился — сказала я.
— В каком смысле?
— Стал скрытным. Перестал рассказывать о работе. Телефон теперь всегда с собой носишь...
Костя быстро отдернул руку:
— Катя, ты что — следишь за мной?
— Нет. Просто наблюдаю.
— И что ты наблюдаешь?
— То, что ты от меня что-то скрываешь.
Пауза. Долгая пауза. Костя смотрел на меня, и я видела, как в его голове крутятся мысли. Сказать правду? Соврать еще раз? Перевести разговор в другое русло?
— Я ничего не скрываю — сказал он наконец.
Соврал. Опять соврал.
— Хорошо — сказала я. — Тогда покажи мне телефон.
— Что?!
— Покажи телефон. Если ты ничего не скрываешь.
Костя побледнел:
— Катя, это... это неправильно. Мы же не подростки...
— Тогда не говори, что ничего не скрываешь.
— Я не скрываю! Просто... у каждого должно быть личное пространство...
Личное пространство. Для планирования развода?
— Понятно — сказала я и встала из-за стола.
— Куда ты?
— В комнату. В свое личное пространство.
Я ушла, а Костя остался на кухне. Через стену я слышала, как он ходит туда-сюда. Потом хлопнула дверь в спальню.
А через полчаса он снова заговорил по телефону. Тихо, осторожно. Я не стала подслушивать и так всё понятно.
Завтра я ещё раз встречусь со Светланой Игоревной. Расскажу про сегодняшний разговор. Может, она что-то посоветует.
А пока... пока я просто буду ждать. Ждать, когда Костя покажет свои карты. Потому что терпение у него не бесконечное.
И тогда начнется настоящая игра.
Ждать пришлось недолго.
Через три дня Костя пришел домой с букетом роз и бутылкой вина. Улыбался так, будто у него день рождения.
— Катюша — сказал он, целуя меня в щеку. — Я тут подумал... может, мы слишком серьезно всё обсуждаем?
— В каком смысле?
— Ну, про деньги, про банк... — Он поставил розы в вазу. — Давай просто расслабимся. Проведем вечер как раньше.
Как раньше. Когда он ещё не планировал развод.
— Хорошая идея — сказала я.
Мы ужинали при свечах. Костя рассказывал анекдоты, спрашивал про работу, был внимательным и заботливым. Почти как в самом начале наших отношений.
— Знаешь — сказал он, наливая вино. — Я понял, что был неправ.
— В чем?
— Давил на тебя с этим общим счетом. Прости. Если ты не готова — значит, не готова.
Я чуть не поперхнулась вином. Такого поворота я не ожидала.
— Серьезно?
— Серьезно. — Костя взял мою руку. — Главное, что мы вместе. А деньги... деньги подождут.
Странно. Очень странно. Еще три дня назад он так настаивал, а теперь вдруг смирился?
— А что изменилось? — спросила я.
— Я подумал о наших отношениях. О том, что важно. А что нет. — Он посмотрел мне в глаза. — Важно то, что я тебя люблю.
Любит. Человек, который готовит развод, говорит мне, что любит.
— И я тебя люблю — соврала я.
Мы допили вино, посмотрели фильм. Костя был идеальным мужем. Массировал мне плечи, приносил чай, рассказывал о планах на выходные.
А я думала: что он задумал? Новая тактика? Усыпить бдительность, а потом ударить?
В спальне он обнял меня и прошептал:
— Прости меня за эти дни. Я был дураком.
— Все хорошо — сказала я.
Но ничего не было хорошо. Я лежала рядом с человеком, которому больше не доверяла. Делала вид, что всё в порядке. Мы оба играли роли в этом спектакле, который никому не нужен.
Утром он уехал на работу.
Я позвонила Светлане Игоревне.
— Странно — сказала она, выслушав мой рассказ. — Либо он действительно передумал. Либо меняет стратегию. В любом случае, будьте осторожны.
— А что мне делать?
— Ждать. И собирать информацию. Если он действительно планирует развод, рано или поздно проявится.
Проявилось через неделю.
Я пришла домой пораньше и услышала голоса в гостиной. Костя говорил с кем-то. Мужской голос, незнакомый.
Я тихо подошла к двери и прислушалась.
— ...документы готовы — говорил незнакомец. — Осталось только подать заявление.
— А имущество? — спросил Костя.
— С имуществом сложнее. Если она не переведет деньги на общий счет, претендовать будет не на что. Наследство, полученное до брака...
— Понимаю. А если я докажу, что деньги тратились на семейные нужды?
— Нужны документы. Чеки, выписки, свидетели...
— Хм... — Костя помолчал. — А что, если она узнает о разводе раньше времени?
— Тогда она может подать встречный иск. И тогда уже вы будете в невыгодном положении.
Я слышала достаточно. Тихо прошла обратно к входной двери, хлопнула ею и громко крикнула:
— Костя, я дома!
Быстрые шаги, шепот, тишина.
— Привет! — Костя появился в прихожей с широкой улыбкой. — Как рано ты сегодня!
— Отпустили пораньше. А у тебя гости?
— Да, коллега зашел. По работе. — Костя обнял меня. — Он уже уходит.
Из гостиной вышел мужчина лет сорока в строгом костюме. Точно не Макс. У Макса совсем другая внешность.
— Знакомьтесь — сказал Костя. — Это моя жена Катя. Катюш, это... Андрей. Наш новый юрист в компании.
Юрист. Ну конечно.
— Очень приятно — сказал Андрей, пожимая мне руку.
— Взаимно — ответила я и посмотрела ему в глаза.
Он отвел взгляд. Виноватый какой-то.
— Ну, я пойду — сказал он Косте. — Завтра созвонимся.
— Конечно. До свидания.
Андрей ушел, а мы остались одни.
— Интересный человек — сказала я.
— Да, толковый юрист. Помогает нам с контрактами.
Помогает с разводом, хотел сказать.
— А что за контракты такие срочные? Дома обсуждаете?
Костя заметался:
— Ну... крупная сделка намечается... сроки поджимают...
— Понятно.
Я прошла на кухню, поставила чайник. Костя пошел за мной.
— Слушай — сказал он. — А давай сегодня куда-нибудь сходим? В ресторан или в кино?
— Давай.
— Серьезно? — Он обрадовался. — Отлично! Я столик закажу в том итальянском, который ты любишь.
Костя ушел звонить, а я села за стол и подумала. Всё ясно. Он играет роль любящего мужа до последнего. Наверное, думает, что я ничего не подозреваю.
А я..., а я уже приняла решение.
Вечером мы сидели в ресторане. Костя заказал моё любимое вино, любимое блюдо. Был внимателен и нежен.
— Катюша — сказал он. — Я хочу тебе кое-что сказать.
Вот оно.
— Слушаю.
— Я понял, что был плохим мужем. Мало времени тебе уделял, мало внимания...
— Костя...
— Нет, дай досказать. — Он взял мою руку. — Я хочу всё изменить. Хочу, чтобы мы были настоящей семьей.
Настоящей семьей. Опять эти слова.
— И что ты предлагаешь?
— Давай начнем сначала. Как будто мы только познакомились. — Его глаза блестели от вина и вдохновения. — Съездим куда-нибудь вместе, проведем время...
— Хорошая идея — сказала я. — А куда поедем?
— Не знаю... в Египет? В Таиланд? Куда хочешь!
— А деньги на поездку где возьмем?
Костя замялся:
— Ну... можем взять кредит... или...
— Или что?
— Или... ну, у тебя же есть наследство...
Вот и всё. Вот зачем весь этот спектакль. Чтобы я сама предложила потратить деньги.
— А, ну да — сказала я. — Наследство.
— Ну что ты так говоришь? — Костя нахмурился. — Это же наши деньги...
Наши. Вчера он отказался от них, а сегодня они уже наши.
— Костя — сказала я. — Мне нужно тебе кое-что сказать.
— Что?
Я посмотрела на него. На этого человека, с которым прожила четыре года. Которому доверяла. Которого любила.
— Я знаю про развод.
Костя побледнел. Бокал с вином дрогнул в его руке.
— О чем ты?
— Про то, что ты уже месяц готовишь документы. Про юриста Андрея. Про то, как ты хочешь получить половину моего наследства.
Пауза. Долгая, тягучая пауза. Костя смотрел на меня, и я видела, как рушится вся его стратегия.
— Катя, ты что-то не то поняла...
— Я всё поняла правильно. — Я достала из сумочки конверт. — Это для тебя.
— Что это?
— Документы о разводе. Я подала заявление сегодня утром.
Костя разорвал конверт дрожащими руками. Прочитал. Поднял на меня глаза:
— Но... как ты...
— Узнала? Да очень просто. Ты плохой актер, Костя.
Он откинулся в кресле. Маска любящего мужа наконец спала.
— Как давно ты знаешь?
— Недели три. С того дня, как ты впервые заговорил об общем счете.
— И что теперь?
— А теперь мы разводимся. Честно. Без обмана и краж.
Костя налил себе вина. Выпил залпом.
— Знаешь — сказал он. — В каком-то смысле я даже рад.
— Почему?
— Надоело играть счастливую семью.
Наконец-то правда.
— Мне тоже надоело — сказала я.
Мы сидели молча. Официант принес счет. Костя расплатился.
На выходе из ресторана он спросил:
— А почему ты молчала? Могла бы сразу сказать...
— Хотела посмотреть, как далеко ты зайдешь.
— И как? Впечатляет?
— Не очень. Ожидала большей изобретательности.
Костя усмехнулся:
— В следующий раз буду умнее.
— В следующий раз не обманывай с самого начала.
Мы дошли до машины. Сели. Поехали домой в тишине.
— А что теперь? — спросил Костя, когда мы остановились у дома.
— Теперь ты съезжаешь. Завтра. Или сегодня.
— Куда?
— К сестре. К друзьям. Не мое дело.
Костя кивнул:
— Справедливо.
Мы поднялись в квартиру. Костя прошел в спальню собирать вещи. Я села на кухне и заварила чай.
Странно. Я думала, что буду плакать. Кричать. Обвинять. А вместо этого чувствовала только облегчение.
Костя вышел с чемоданом:
— Я завтра за остальными вещами приеду.
— Хорошо.
— Катя... — Он остановился у двери. — Прости.
— За что?
— За всё. За обман. За то, что мы дошли до этого.
Я посмотрела на него. Ещё утром я его ненавидела. А теперь... теперь он казался мне просто чужим человеком. Каким-то уставшим и потерянным.
— Ничего — сказала я. — Бывает.
— Бывает — согласился он и вышел.
Я осталась одна в квартире, которая внезапно показалась огромной и тихой.
Заварила себе ещё чай. Села у окна. На улице горели фонари, ехали машины, жили люди.
А я была уже свободна. Впервые за четыре года — по-настоящему свободна. Наконец-то кончилась эта нервотрёпка…
И это было прекрасно.
Рекомендую:
Подписывайтесь, чтобы не пропустить следующие публикации.
Пишите комментарии 👇, ставьте лайки 👍