Много мест, видов, пейзажей, которые останавливают вечно скользящий взгляд, заставляют любоваться, отчасти обостряют внимание... Что-то можно изобразить непосредственно на пленэре. Да, конечно, во время работы с натуры набирается опыт, отрабатывается техника, происходит тренировка в выборе материала и задач. Всё, что интересно, не изобразить. Слишком всего много. А порой это интересное "пролетает" мимо, но остаётся в памяти в виде более или менее отчётливого образа... Порой в воображении начитает совмещаться видимое и воображаемое, связанное с предполагаемой историей видимого места...
В 2014 году во время участия в международной экспедиции, организованной М.Г.Малаховым с целью обследования мест русских полярных экспедиций, наша группа высадилась на берег фьорда в том месте, где проходила трудная зимовка группы М.А.Рындина в 1765-1766 годах на Шпицбергене. Хотя во время вынужденной незапланированной зимовки русским морякам тогда помогали зимовавшие в нескольких десятках километрах в том же заливе поморы, часть людей всё же погибла. В этом месте я успел выполнить только небольшой этюд масляными красками. Из-за постоянного ожидания начала дождя или снега, браться за акварель в том месте я не стал. Тёмно-серый облака всё клубились и клубились над головой. Для работы в акварели я решил немного сместить взгляд влево,(относительно этюда маслом) а, изображая дальний берег залива, намеренно усилил характер силуэтов нерастаявших к августу сугробов - сделал их ещё более похожими на лапы белого медведя и рога северного оленя. От старинных деревянных крестов на берегах остались только основания в виде небольших трухлявых конусов. А когда-то эти кресты служили и навигационными ориентирами. Так что увиденный мною пейзаж сильно преобразился в этой работе.
О пейзаже, созданном во время моего индивидуального пленэра 2001 года в Бахчисарае, я уже писал в одной из ранее опубликованных статей. Изучал я окрестности тогда, имя в руках карту. А тёмными вечерами внимательно читал толстый том "Истории Крыма". К обрыву Аныхсырта выходил я пару раз. В первый раз я взялся за этюд маслом, чтобы именно в этой технике "взять цветом" массы скал в соотношении с далями. Второй раз выходил специально вечером, чтобы увидеть вид при низком солнце. Тогда стремительно темнело, и я не успел ничего изобразить, поскольку дотемна старался пешком добраться до Бахчисарая. Именно тогда, в 2001 году, я и замыслил сюжет с выезжающими к обрыву монгольскими средневековыми всадниками. А частично осуществить свою идею смог лишь почти через 20 лет... Любовались ли монголы местными природными красотами?
В течение нескольких лет я пытался попасть в светлое время суток на площадку с массовым запуском воздушных шаров в пределах нашего города. Выслеживал, приезжал. Но в одном случае запуск задерживался дотемна, чтобы сделать его эффектнее в лучах заходящего солнца и разгорающихся прожекторов, в другой год площадка запуска оказывалась от меня слишком далеко, в третий я в это время работал и т. д. И вот запуск в центре города рядом с Рязанским кремлём, и можно подойти к шарам плотную. Это только когда ждёшь, кажется что всё происходит медленно. Когда пытаешься остановить время, то оно, напротив, пролетает - слишком скоро. Мне удалось сделать несколько самых коротких зарисовок с натуры цветными карандашами и издали, и сблизи, и даже заглянуть в сам воздушный шар в то время, как его наполняют горячим воздухом с помощью газовой горелки. А когда в одной малочисленной команде не хватило рук, то меня попросили придержать край надувающегося воздушного шара. И я отложил художественные принадлежности ради небольшой помощи. Внутри шара кто-то, оказывается, может ходить, расправляя ткань и ещё что-то делая. О деталях подготовки к полёту лучше спросить у знатоков. А для более крупных работ акварелью я выбрал совсем не акварельную розоватую бумагу, в которую краска заметно впитывалась. Но на этот раз я решил ограничиться условно-графическими средствами, применив три акварельных колера.
Второе трудное для прохождения место на реке Уссури представляло собой лабиринт проток между наваленных и местами сцепленных друг с другом коряг и пней. В 2021 году мне удалось участвовать в экспедиции, организованной М.Г.Малаховым по местам маршрута первопроходца Дальнего Востока М.И.Венюкова. Во время отдыха нашей группы, во время осмотра очередного препятствия я обычно успевал сделать хотя бы зарисовку. Этюды на реке я писал с утра, когда после рассвета все ещё спали. А именно в этом месте у завала все решения принимались довольно быстро. Это препятствие все экипажи преодолели благополучно, не напоровшись на ветки и не перевернувшись во время манёвров. А место было знатное. Тут бы художнику остановиться дня на три. Но нет. Такая "роскошь" в организованной группе, судя по моему опыту, выпадает очень редко. Пришлось все детали "собирать" в композицию, пользуясь элементами памяти, воображения... Мне напомнят тут о фотографиях. Да, они были сделаны, но всё как-то второпях, возможно с не столь удачных ракурсов. Да и во время самого прохода байдарок даже фотографировать времени не оказалось. А в памяти веток осталось в два или три раза больше, чем можно увидеть на снимках. В общем, образ документальности как-то не совпадает с документальностью технической. Ведь динами как бы "прессует" пространство... А потому, думаю, художественная реконструкция в таких случаях может быть очень кстати. Начал я работу с больших заливок, постепенно переходя к более мелким деталям, уточняя и меняя композицию на переднем плане уже во время работы цветом, смывал, снова рисовал... Благо бумага это позволяла. А вообще в акварели несколько меньше "свободы манёвра" уже во время работы, чем в тех масляных красках. И порой я берусь за акварель именно потому, что собираюсь потренироваться в подобной "дисциплинированности"...
В последнее время учебную композицию именно в акварели мало где можно найти в программах обучения, и, думаю, жаль. Подробности можно узнать в "Студии изобразительного искусства (Творческие мастерские)": Рязань, ул. Соборная, д. 62, 4 этаж, 44 каб.