Глава 1
Ольга Николаевна Крылова всегда просыпалась в половине седьмого. Не от будильника — организм сам знал, что пора. За окном её маленького домика ещё серела зимняя мгла, но в библиотеке её ждали книги, которые нужно было переставить, и формуляры, которые требовалось подклеить. После смерти мужа три года назад эта рутина стала для неё спасением — размеренная, предсказуемая жизнь в тихом подмосковном посёлке Сосновка.
Но в то утро что-то было не так.
За окном слышались голоса — встревоженные, возбуждённые. Ольга накинула халат и выглянула во двор. У дома напротив, где жила Татьяна Артемьева, толпились соседи. В центре группы стояла Нина Петровна, хозяйка ближайшего к Татьяне дома, размахивала руками и что-то объясняла участковому Сергею Васильевичу.
— Говорю же вам, с вечера света нет! — доносился до Ольги взволнованный голос Нины Петровны. — Машина во дворе стоит, а её нет. Звонила-звонила — не отвечает.
Ольга быстро оделась и вышла на улицу. Утренний воздух был прохладен, но несмотря на это, никто не ощущал холода. Сергей Васильевич, массивный мужчина в форме, записывал что-то в блокнот, периодически поднимая глаза на окна Татьяниного дома.
— Доброе утро, — поздоровалась Ольга, подойдя ближе. — Что случилось?
— А, Ольга Николаевна, — Нина Петровна тут же переключилась на неё. — Татьяна Владимировна пропала! Вчера вечером ещё была дома, а сегодня утром — след простыл!
Сергей Васильевич поморщился:
— Рано ещё говорить про пропажу. Может, к подруге уехала, может, в больницу вызвали. Она же врач.
— Так она же на пенсии уже! — возразила Нина Петровна. — И потом, машина дома. Пешком что ли пошла?
Ольга разглядывала знакомый двухэтажный дом с мансардой. Татьяна вышла два года назад на пенсию и купила этот дом. Она решила переехать из Москвы в тихую Сосновку, где прошло её детство. Они с Ольгой учились в одном классе, но дружбы особой не было — Татьяна всегда была звездой, отличницей, лидером, а Ольга... Ольга была серой мышкой, которую никто особо не замечал.
— А когда вы её в последний раз видели? — спросил участковый.
— Вчера в магазине, — отозвалась Нина Петровна. — Около пяти вечера. Хлеб покупала и что-то ещё. Галина Ивановна там тоже была...
При упоминании Галины Ивановны в голосе Нины Петровны появились особые интонации. Галина Ивановна Морозова была неформальным главой посёлка — руководила дачным кооперативом, знала все новости и никому не давала спуску. С Татьяной у неё сложились натянутые отношения с самого момента её приезда.
— Они что, поругались в магазине? — поинтересовался Сергей Васильевич.
— Да нет... — Нина Петровна замялась. — Просто как-то холодно разговаривали. Галина Ивановна что-то про благоустройство говорила, а Татьяна Владимировна ей резко ответила, что, мол, не всем же участки от папы достались.
Ольга вздрогнула. Она помнила ту старую историю, о которой сказала Татьяна. Лет тридцать назад участок, на котором теперь стоял большой дом Галины Ивановны, принадлежал родителям Татьяны. Но семья Артемьевых продала его за копейки, когда у отца Татьяны начались проблемы с алкоголем. Галина Ивановна, тогда ещё молодая учительница, каким-то образом сумела этот участок купить.
— Хорошо, — сказал Сергей Васильевич, закрывая блокнот. — Если до вечера не объявится, подавайте заявление.
— Как до вечера?! — возмутилась Нина Петровна. — А если с ней что-то случилось?
— Пока что ничто не указывает на преступление, — терпеливо объяснил участковый. — Взрослый человек может отлучиться по своим делам.
Он развернулся и пошёл к машине. Группа соседей начала расходиться, обсуждая случившееся приглушёнными голосами. Ольга постояла ещё немного у дома Татьяны, разглядывая плотно задернутые шторы на окнах, потом тоже направилась домой переодеться и идти на работу.
В библиотеке, размещавшейся в старом здании клуба, было тихо и прохладно. Ольга включила свет, поставила чайник и принялась за привычные дела. Но мысли постоянно возвращались к Татьяне.
Они почти не общались после её возвращения в Сосновку. Татьяна была занята обустройством дома, изредка появлялась в поселковом магазине, вежливо здоровалась при встрече. Иногда Ольга видела, как она гуляет по вечерам одна — красивая женщина с седеющими волосами, всегда подтянутая, элегантная. Говорили, что в Москве у неё была успешная практика, что она оперировала важных людей, что копила на квартиру в центре, но так и не купила, решив вернуться к истокам.
Около одиннадцати в библиотеку заглянула Зоя Семёновна, местная пенсионерка, большая любительница детективов.
— Ольга Николаевна, а вы слышали про Татьяну Владимировну? — с порога начала она.
— Слышала. Наверное, просто по делам уехала.
— Да какие у неё дела? — Зоя Семёновна устроилась в кресле возле стола библиотекаря. — Вы знаете, что Валентина Михайловна говорит?
Ольга не знала и не особенно хотела знать, но промолчала.
— Валентина Михайловна вчера поздно вечером видела, как к дому Татьяны кто-то подходил. Темно было, не разглядела кто, но точно видела фигуру возле калитки.
— Может, сама Татьяна возвращалась?
— А может, и не сама... — многозначительно протянула Зоя Семёновна. — Вы же помните, какие у неё отношения с Галиной Ивановной были? А Галина Ивановна такая... властная. Не любит, когда ей перечат.
Ольга вспомнила недавний эпизод на собрании дачников. Галина Ивановна предложила сделать общий взнос на ремонт дороги, а Татьяна спросила, почему именно та фирма, которую предлагает Галина Ивановна, и не завышена ли цена. Лицо Галины Ивановны тогда покраснело так, что стало похоже на переспелую свёклу.
— Да ладно вам, Зоя Семёновна, — Ольга отмахнулась от тяжёлых мыслей. — Людей же не убивают за то, что они задают неудобные вопросы.
— А вы уверены? — Зоя Семёновна наклонилась ближе, и от неё пахнуло валерьянкой и старой пудрой. — У нас в посёлке всё не так просто, как кажется. Помните историю с тем участком, который теперь у Галины Ивановны?
Конечно, Ольга помнила. Всё село тогда только об этом и говорило. Отец Татьяны, Владимир Артемьев, работал главным инженером на заводе, пока не запил. А пил он потому, что попал в аварию — насмерть сбил пешехода. Говорили, что виноват был пешеход, перебегал дорогу в неположенном месте, но Владимир себя винил. Начал пить, потерял работу, влез в долги. И тогда молоденькая учительница Галина предложила помочь — купить участок за хорошие деньги.
Только деньги эти оказались смешными, когда через несколько лет началась приватизация, и стоимость земли взлетела в десятки раз. Галина оказалась дальновидной — или просто хорошо информированной.
— Ладно, хватит сплетничать, — Ольга встала из-за стола. — Лучше скажите, что читать будете?
Зоя Семёновна выбрала очередной детектив Дарьи Донцовой и ушла, оставив Ольгу наедине с тревожными мыслями.
После обеда, когда в библиотеке стало совсем тихо, Ольга решила разобрать стопку книг, которые вернули накануне. Среди них оказалась "Анна Каренина" — та самая потрёпанная копия, которую Ольга помнила ещё со школьных времён. Странно, никто не записывался за ней в формуляре.
Ольга открыла книгу, чтобы проверить, не повреждена ли она, и между страниц выпал сложенный вчетверо листок. Почерк был ей незнаком — торопливый, но чёткий:
"Если что-то со мной случится, знай — это не несчастный случай. Галина знает про Вадика. Я не могу больше молчать. Ищи в старых документах кооператива. О.Н. — ты единственная, кому я могу доверять. Извини за школьные обиды. Т."
Руки у Ольги задрожали. Вадик... Это же Вадим, сын Галины Ивановны, который погиб в автокатастрофе десять лет назад. Официально — выехал на встречную полосу, не справился с управлением. Но тогда ходили слухи, что он был пьян, что скрывали результаты экспертизы...
Ольга перечитала записку ещё раз. Почему Татьяна решила довериться именно ей? Они ведь практически не общались. И что за школьные обиды? Ольга напрягла память... А, да! В девятом классе Татьяна списала у неё контрольную по химии, а когда учительница заподозрила неладное, Татьяна сказала, что это Ольга у неё списывала. Ольга тогда промолчала — привыкла, что ей не верят.
Но сейчас было не время вспоминать давние обиды. Если записка настоящая, то Татьяна предчувствовала опасность. А теперь она исчезла.
Ольга заперла библиотеку раньше обычного и поспешила домой. Нужно было подумать, что делать. Идти к участковому? Но тот уже дал понять, что считает исчезновение Татьяны временным. К тому же, если в деле замешана Галина Ивановна... У неё в посёлке большое влияние, много связей.
Дома Ольга заварила крепкий чай и достала записку. Перечитала в третий раз. "Ищи в старых документах кооператива". Эти документы хранились в правлении кооператива, которое размещалось в доме Галины Ивановны. Попасть туда было невозможно.
Но Галина Ивановна каждую среду ездила в районный центр, к врачу. У неё проблемы с давлением. Обычно уезжала утром и возвращалась только к вечеру. А завтра как раз среда...
Ольга покачала головой. О чём она думает? Она же не частный детектив из романов, которые читают её посетительницы. Она обычная библиотекарь, тихая вдова, которая боится собственной тени.
Но Татьяна доверилась именно ей. И теперь Татьяна пропала.
За окном начинало смеркаться. Ольга подошла к окну и выглянула на улицу. У дома Татьяны всё ещё горел фонарь над калиткой, но сам дом утопал в темноте. Машина стояла на том же месте.
Внезапно в глубине участка мелькнула тень. Ольга замерла, всматриваясь в темноту. Показалось или действительно кто-то двигался возле дома? Тень скользнула от одного дерева к другому, потом исчезла.
Сердце у Ольги забилось чаще. Нужно вызвать полицию? Но что она скажет? Что ей показалось, будто она видела тень? Сергей Васильевич и так считает её сплетницей и фантазёркой.
Ольга схватила куртку и выбежала на улицу. Если там действительно кто-то есть, она должна это увидеть. Осторожно подкравшись к забору Татьяны, она заглянула во двор.
Никого. Только качающиеся на ветру голые ветки деревьев да играющие в них отблески фонаря.
— Ольга Николаевна? Что вы тут делаете?
Ольга вздрогнула и обернулась. За её спиной стояла Галина Ивановна собственной персоной — высокая, крупная женщина в дорогой шубке. Глаза у неё были внимательные и холодные. Они хоть и учились в одном классе, обращались друг к другу на вы. Так поставила себя Галина Ивановна.
— Я... я думала, может, Татьяна вернулась, — пролепетала Ольга.
— А-а-а, — протянула Галина Ивановна. — Понятно. Ну что же, соседская забота похвальна. Только не стоит паниковать раньше времени. Каждый имеет право на личную жизнь. Тем более Татьяна Владимировна взрослая женщина.
В голосе Галины Ивановны слышалась ирония — как будто она была рада исчезновению Татьяны.
— Вы думаете, у неё есть... личная жизнь? — неловко спросила Ольга.
— А почему бы и нет? Красивая женщина, обеспеченная. Наверное, кто-то из московских знакомых пригласил. — Галина Ивановна помолчала, потом добавила: — Хотя... характер у неё, скажем так, не сахар. Помнишь, ещё в школе была такая. Всегда считала себя лучше всех остальных.
Ольга почувствовала, как в голосе Галины Ивановны проскользнула старая неприязнь. Значит, корни их конфликта уходили глубже, чем просто разногласия по поводу участка.
— Да, она всегда была... яркой, — осторожно согласилась Ольга.
— Яркой, — усмехнулась Галина Ивановна. — Хорошее слово. Ну ладно, мне пора. А вам, Ольга Николаевна, советую не нервничать понапрасну. Всё образуется.
Она развернулась и пошла к своему дому, оставив Ольгу стоять у забора с растущим ощущением тревоги. В кармане куртки лежала записка Татьяны, а в голове крутились вопросы, на которые пока не было ответов.
Но одно Ольга знала точно — завтра, в среду, когда Галина Ивановна поедет к врачу, она попытается добраться до старых документов кооператива. Что бы ей это ни стоило.
Далее глава 2: