«Она может уничтожить монархию»
Принц Чарльз не плакал перед тем, как произнести эту фразу. Он боялся.
4:30 утра, 31 августа 1997 года. Балморал, летняя резиденция королевской семьи. Секретарь Её Величества позвонил Чарльзу и сообщил, что в парижском туннеле произошла автокатастрофа. Принцесса Диана была в критическом состоянии.
Страх вместо скорби
По воспоминаниям Кристофера Андерсена, автора биографии Чарлза 3, первая реакция Чарльза была физической: он побледнел, начал дрожать, издал крик, который, как описал свидетель, звучал как «вой раненого животного». Персонал нашел его рыдающим.
Но потом, когда эмоциональный шок прошел, Чарльз сказал это:
«Они все будут винить меня, не так ли? Мир сойдет с ума. Мы столкнемся с такой реакцией, которую даже не представляли. И она может все уничтожить. Она может уничтожить монархию».
Это были не слова горя. Это была ледяная политическая оценка. Да, он оказался прав почти в каждом пункте. Но неужели в нем не оставалось хоть капля любви к матери своих детей?
Когда Диана была еще жива, Чарльз уже думал о последствиях. Не о том, как спасти бывшую жену. О том, как спасти себя.
Можно возразить: это человеческая реакция. Когда случается трагедия, мы думаем не только о жертве, но и о себе. Но Чарльз думал не о себе как о вдовце.
Он думал о себе как о наследнике престола.
Диана, Чарльз и Камилла
Чарльз и Диана развелись ровно за год до катастрофы — в августе 1996 года. Бракоразводное заседание было публичным скандалом. Диана потеряла титул «Её Королевского Высочества», получила внушительный финансовый пакет, но остались вопросы. Все вопросы укладывались в два имени: Чарльз и Камилла.
Дело не в том, что Чарльз имел любовницу. Королевские мужья имели их всегда. Дело в том, что об этой любовнице знал весь мир.
В 1992 году британское издание опубликовало отрывки из телефонных разговоров Чарльза и Камиллы. В разговорах Чарльз называл себя тампоном, который хотел бы быть внутри Камиллы. Это было унизительно. И для него, и для Дианы, и для всей королевской семьи.
Диана, в свою очередь, дала интервью в ноябре 1995 года. В эфире с 23 миллионами зрителей она плакала, рассказывала о своем одиночестве, о том, что Чарльз никогда не любил её. Она сказала, что их отношения закончились потому, что появилась Камилла. И весь мир согласился с ней.
К 1997 году в сознании британцев произошла переоценка. Диана перестала быть просто красивой принцессой и стала символом женщины, которую предала королевская система. Чарльз перестал быть наследником и стал врагом. Тогда еще не убийцей - но врагом.
На первый взгляд кажется, что Чарльз справедливо опасался общественного суда. Но опасался ли он справедливого суда?
Когда Диана умерла, королева медлила
Королева Елизавета II тоже находилась в Балморале - в нескольких шагах от своего сына. Она узнала о смерти Дианы в то же время, что и Чарльз. И она не спешила...
Позднее Чарльз захочет полететь в Париж и привезти тело Дианы на королевском самолете. Это будет жест. Королева сначала скажет нет — Диана потеряла титул, она не королева, её нельзя везти на государственном самолете. Но Чарльз будет настаивать. И он победит.
Это был конфликт между матерью и сыном. Журналисты напишут позже:
«Никогда еще отношения сына и матери не были более натянутыми».
Королева медлила не потому, что была жестока. Она медлила потому, что боялась. Боялась того же, чего боялся Чарльз.
Но Чарльз действовал, а королева ждала. И именно поэтому потом вся ненависть упадет на сына, а не на мать.
Мир сошел с ума
Королевская семья вернулась в Лондон. И тут начало происходить то, что Чарльз предвидел.
Люди несли цветы к Букингемскому дворцу. Горы цветов. Сотни тысяч цветов. Они забивали площадь вокруг дворца. Они загромождали подъезды. Люди плакали без контроля, незнакомцы обнимали друг друга на улицах. В какой-то момент запах гниющих цветов стал настолько сильным, что их пришлось убирать специальными машинами.
Но это еще не самое странное.
Британское государство столкнулось с конфликтом протокола. Королевский флаг над дворцом должен был висеть на половине мачты только когда умирает сам монарх. Диана была просто разведённой княгиней. Но народ требовал флага. Требовал, чтобы государство признало её смерть как государственную трагедию.
Королева согласилась.
Компания, управляющая электроэнергией Британии тогда зафиксировала рекордный скачок потребления электроэнергии: люди одновременно включали телевизоры, чтобы смотреть похороны, и чайники, чтобы заварить чай. Это был пик потребления энергии в истории страны.
6 сентября 1997 года похороны Дианы смотрели 2,5 миллиарда человек. На улицах Лондона стояло 2 миллиона людей. Брат Дианы, Чарльз Эдвард Морис Спенсер, произнес речь, которая стала одной из самых жестких критик королевской семьи в её истории. Он прямо сказал, что Диана была убита не пулей, а системой, которую представляла эта семья.
Чарльз сидел в соборе Вестминстера и слушал это. Он знал, что эти слова были про него.
«Моя дражайшая Диана»
Вот что усложняет всю историю.
За несколько месяцев до смерти Чарльз и Диана начали переписываться. Как люди, которые пришли к чему-то вроде понимания. Подруга Дианы позже скажет, что её любовь к Чарльзу никогда по-настоящему не исчезла. А письмо от Чарльза к Диане, написанное перед её смертью, было нежным и осторожным. Он называл её «Моя дражайшая Диана».
Они не вернулись друг к другу. Но они перестали быть врагами.
Чарльз действительно рыдал. Свидетели видели, как он падает в обморок, когда видел тело Дианы в парижской больнице. Он действительно боролся с королевским протоколом, чтобы дать ей достойные похороны. Он действительно разбудил своих сыновей и сказал им, что все будет хорошо.
Но первое, что пришло ему в голову, когда он услышал о смерти Дианы, была монархия. Не она.
Чего он боялся, и чего боятся до сих пор
Чарльз боялся, что монархия развалится. Что люди скажут: это ненужный институт, который разрушает людей. Что королевская семья — это система, которая пожирает своих членов.
И люди сказали ровно это. Даже сейчас, спустя 29 лет, когда говорят о Диане, говорят о жертве монархии. О женщине, которая была куклой в чужих руках. О красивой, но несчастной принцессе, которую никто не смог спасти.
Брак Чарльза и Дианы был спектаклем. Её выбрали потому, что она была красива и молода, потому что казалось, что она дарует наследнику нужную репутацию. Никто не спросил, любят ли они друг друга. И когда выяснилось, что нет — система поглотила обоих.
Чарльз стал королём в 2022 году. Он носит венец, который, как он боялся, монархия едва сохранила. Люди всё ещё помнят Диану. И всё ещё считают его виноватым. Особенно, когда видят рядом с ним Камиллу.
Вопрос не в том, виноват ли Чарльз в смерти Дианы. Вопрос в том: должна ли существовать система, которая ставит людей перед таким выбором?
Читайте на канале: