История Светланы Лободы сейчас очень напоминает ее подмосковный особняк: вроде всё еще красиво, дорого и с претензией на «лакшери», но желающих прикоснуться к этому счастью нет.
Тот самый дом под Москвой, где когда-то кипела гламурная жизнь, уже несколько лет стоит пустой. Певица уехала, а «замок суперзвезды» завис на рынке недвижимости как чемодан без ручки: и держать неудобно, и выбросить жалко.
Логика обычного человека проста: нет спроса — снижай цену. Логика Лободы иная. Сначала особняк выставили примерно за 650 миллионов рублей, покупатели, мягко говоря, не выстроились в очередь. Ответ? Правильно — поднять ценник до 850 миллионов. Какая там инфляция, рынок, здравый смысл — это всё для смертных.
«Маленький» замок на большой кошелёк
Надо признать, продается не сарай у электрички. Это целый комплекс в поселке Николо-Урюпино на Новорижском шоссе. Главный дом — больше 1200 квадратных метров, классика, колонны, всё как положено для жизни «суперзвезды».
Внутри — набор мечты для любителя красивой, но уже прошедшей жизни:
- несколько больших спален, каждая — как отдельная квартира
- гостиная, из которой виден крытый бассейн
- библиотека, бильярд, свой бар
- СПА-зона с сауной и джакузи
Снаружи тоже не экономили: лес, высокий забор, гостевой дом, помещения для охраны и персонала, гараж размером с небольшой ТЦ. Пруд с карпами, десятки деревьев, аккуратные беседки. Картиночка, а не дом.
Вот только картинку никто не покупает.
Почему «дворец Лободы» не нужен богатым
Дело не только в цене, хотя она и выглядит как вызов здравому смыслу. Есть еще один нюанс, о котором риелторы предпочитают говорить тихо.
Для солидного, демонстративно патриотичного богача въехать в дом, принадлежащий человеку, который с немалым энтузиазмом поливает Россию в публичном поле, — такое себе удовольствие. Это и дурной тон, и невнятные репутационные перспективы.
Жить в стенах, где каждый метр пропитан историей чужого успеха, который потом развернулся против твоей страны, — удовольствие на любителя. Особенно когда за это просят почти миллиард.
Рынок примерно так и реагирует:
- фанатам Лободы такие деньги просто недоступны;
- иностранцы, которые не в курсе местных шоу-бизнес-разборок, смотрят на ценник и вежливо интересуются, не идет ли в комплекте еще и остров в теплых морях.
Пока же дом стоит, стареет и напоминает хозяйке о временах, когда она была «главной певицей страны», а не выездным артистом на закрытых юбилеях.
Когда принципы стоят 15 миллионов
И пока особняк безуспешно ищет нового владельца, его хозяйка зарабатывает по старинке — песнями. Только теперь всё это происходит тише, без афиш и громких анонсов.
Свежий скандал вспыхнул вокруг закрытого выступления Лободы на дне рождения Елены Дробиной. Имя для широкой публики мало знакомое, зато в Кузбассе её знают как крупного игрока угольного бизнеса. В прошлом — руководитель «Кузбассразрезугля» и «Разреза Южный», сейчас — совладелица управляющих компаний с оборотами под десятки миллиардов рублей в год.
Именно для такой публики певица, которая еще недавно уверяла, что на российскую сцену больше ни ногой, согласилась открыть рот микрофона ради 15 миллионов рублей гонорара.
Никаких «новых смыслов», «нового этапа» и прочих высоких слов. Старые хиты, старый добрый русский язык, знакомые мотивы — всё то, что принесло ей когда-то популярность в стране, от которой теперь, по официальной версии, она тщательно дистанцируется.
Принципы, конечно, дело хорошее. Но, как показывает практика, микрофон они включать не мешают — особенно когда счет идет на миллионы.
Интернет расписал гибкость позвоночника
Когда в сеть просочилась информация о том, что деньги угольной империи оседают в кармане артистки, активно поддерживающей антироссийскую повестку, реакция пользователей была предсказуемой и беспощадной.
Комментарии варьировались от ехидных до откровенно злых.
Кто-то восхищался феноменальной «гибкостью позвоночника» певицы: оказывается, если гонорар внушительный, русский язык внезапно перестает быть проблемой, а политическая позиция идет «покурить за угол».
Другие недоумевали: неужели из всего многообразия артистов нельзя было найти никого, кроме певицы с «подзабытыми шлягерами прошлого десятилетия» по цене хорошей квартиры в Москве или элитного дома в регионе?
Сарказм лился рекой, но история на этом не остановилась.
Когда шоу-бизнес интересует силовиков
Тема привлекла внимание не только комментаторов, но и людей, которые привыкли работать с документами и проверками, а не с лайками.
Руководитель Федерального проекта по безопасности Виталий Бородин высказался предельно жестко. По его мнению, деятельность Светланы Лободы давно пора оценивать не только с моральной, но и с юридической точки зрения — вплоть до признания ее экстремисткой и террористкой.
Особо интересный момент: речь зашла не только о самой артистке, но и о тех, кто платит за подобные выступления.
Призыв проверить организаторов и спонсоров приватного торжества звучит для элиты как предупреждение:
финансирование людей с подобной репутацией может оказаться не просто странной прихотью, а вполне конкретным риском для бизнеса и статуса.
Карьера между двух стульев
Если вынести эмоции за скобки, картина получается грустная и достаточно типичная.
За границей Лобода пытается собрать карьеру заново, выпускает новые треки, но в европейские топы они не рвутся. Там своих артистов хватает, а экс-звезда из Восточной Европы никому особенно не нужна.
В России же прежний статус утрачен.
Роль «главной певицы страны» давно занята другими, а возвращаться открыто — значит признать, что все громкие заявления последних лет были, мягко говоря, гибкими.
В итоге остается странный гибрид:
- публично — дистанцирование, резкие заявления и демонстративная принципиальность;
- по факту — частные выступления за крупные гонорары для людей, которых в публичной риторике она предпочитает не замечать.
Проще говоря, певица живет за счет собственного прошлого: старых песен, старой славы и старых связей. Дом под Москвой не продается, европейская публика не подпрыгивает от восторга, зато корпоративы и закрытые вечера с деньгами в чемоданах еще никто не отменял.
Одинокие карпы и рубли, от которых «невозможно отказаться»
Пока японские карпы в пруду на Новой Риге в одиночестве кружат по воде, особняк пустеет, а ценник в объявлениях растет, банковский счет певицы пополняется очень земным, вполне российским рублем.
Тем самым рублем, от которого вроде бы следовало бы отказаться — если уж до конца соответствовать собственным лозунгам и заявлениям. Но отказ, судя по происходящему, — это не про эту историю.
А что делать с теми, кто платит?
И вот главный вопрос, который всплывает после всей этой истории.
Должны ли правоохранительные органы проверять тех, кто заказывает выступления артистов с такой репутацией? Или у человека с миллиардами на счету есть священное право тратить их на кого угодно — хоть на певицу, которая вчера поливала страну, а сегодня поет ей же за 15 миллионов?
Как вы к этому относитесь?
Напишите свое мнение, не стесняйтесь — интересно понять, где для общества проходит граница между «его деньги — его дело» и «поддержкой тех, кого лучше бы обходить стороной».
Читайте также: