30 апреля 1945 года, около 14:25. Берлин, центр города. Здание Рейхстага, несмотря на полуразрушенный вид, всё ещё является мощным узлом сопротивления. В его подвалах и на этажах засели около 1500 человек: эсэсовцы, моряки, фольксштурмовцы, которые отчаянно отбиваются. Штурм идёт несколько часов, 150-я стрелковая дивизия 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта несёт большие потери. В этой неразберихе боя, среди дыма, гула стрельбы и криков, рождается один из главных символов ХХ века. Но его рождение было не мгновенным озарением, а стихийным, яростным соревнованием.
Идея водрузить знамя на самом здании германского парламента витала в воздухе ещё с утра, и её пытались воплотить десятки бойцов и групп из разных подразделений. Знаменитый снимок военкора Евгения Халдея «Знамя Победы над Рейхстагом», сделанный 2 мая, и официальная версия о Егорове и Кантарии создали в массовом сознании чёткую, но упрощённую картину: два бойца подняли флаг, и война символически закончилась. Реальность была гораздо хаотичнее, трагичнее и человечнее. На самом деле, 30 апреля на Рейхстаге появилось множество красных флагов, полотнищ и флажков, установленных разными людьми в разное время. Это была не одна победа, а множество личных побед солдат, которые, не сговариваясь, рвались отметить конец своего страшного пути самым понятным им способом — воткнуть палку с тряпкой в сердце вражеской столицы.
Предыстория: «Знамена Победы» как приказ
Идея водружения знамени на Рейхстаге была спущена сверху. В 3-й ударной армии по инициативе Военного совета было изготовлено 9 специальных штурмовых знамён (по числу дивизий в армии), которые были вручены стрелковым дивизиям 26 апреля. Знамя под номером 5 досталось 150-й стрелковой дивизии. Именно оно и станет официальным «Знаменем Победы». Но кроме этих официальных стягов, в войсках были десятки, если не сотни, самодельных флагов, флажков, кусков красного материала, которые бойцы и командиры готовили на свой страх и риск, мечтая именно о таком финале.
Штурм начался утром 30 апреля. Первые попытки прорваться в здание через замурованные двери и окна, под шквальным огнём, стоили огромных потерь. К полудню удалось зацепиться за первые этажи. И здесь началась та самая, не санкционированная приказами, «битва за флаги».
Хроника флагов: Кто, где и когда
Вот лишь некоторые из достоверно известных эпизодов водружения красных знамён на Рейхстаге 30 апреля 1945 года:
- Около 14:25 — «Знамя разведчиков». Группа бойцов 136-й армейской пушечной артиллерийской бригады: сержанты Григорий Петрович Булатов, Виктор Николаевич Провоторов и другие. Они первыми (согласно ряду докладов и исследований) прорвались на крышу через окно второго этажа и закрепили самодельное красное знамя на конной скульптуре на фронтоне главного входа (западный фасад). Это было одно из первых, если не первое, знамя на самой конструкции Рейхстага.
- 14:30 — «Знамя 674-го полка». Бойцы 1-го батальона 674-го стрелкового полка (150-я сд) во главе со старшим сержантом Иваном Никифоровичем Лысенко. В ходе боя на втором этаже Лысенко с группой бойцов установил красный флаг из перины на одном из окон второго этажа с колоннами (тоже западный фасад).
- Около 22:30 — «Знамя №5» на крыше. Это — кульминация официальной версии. Группа под командованием лейтенанта Алексея Прокопьевича Береста в составе: красноармеец Алексей Леонтьевич Ковалёв, младший сержант Абдулхаким Исакович Исмаилов и сержант Леонид Павлович Горычев прорвались на крышу через отверстие от снаряда в куполе. Именно они, по заданию командира 756-го полка полковника Ф.М. Зинченко, установили на скульптуре «Богиня Победы» на восточной стороне крыши штурмовое знамя №5, которое и будет считаться официальным Знаменем Победы. Михаил Егоров и Мелитон Кантария, согласно приказу командира дивизии генерала В.М. Шатилова, были назначены знаменосцами для его охраны и замены, и водрузили это же знамя на куполе уже 2 мая, когда бои стихли, для фото- и киносъёмки.
Интересный факт: Многие из первых знамён, установленных днём 30 апреля, были сбиты или уничтожены целенаправленным огнём немцев, ещё сидевших в здании и вокруг него. Немцы прекрасно понимали символическое значение этих алых пятен и старались их уничтожить. Поэтому знамя №5, установленное поздно вечером, когда активность противника снизилась, и успевшее попасть в донесения, оказалось «главным».
Таким образом, к вечеру 30 апреля на Рейхстаге развевалось несколько красных полотнищ в разных точках. Командующий 1-м Белорусским фронтом Маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков в своём донесении Верховному Главнокомандующему в 23:30 30 апреля писал:
«Войска 3-й ударной армии генерала Кузнецова, продолжая бои по очищению улиц в центральной части Берлина, сегодня, 30 апреля, овладели зданием германского Рейхстага и в 14 часов 25 минут подняли на нём наш советский флаг. Бой внутри здания продолжается. Части армии ведут бои в кварталах, прилегающих к Рейхстагу».
Это донесение фиксирует факт, но не конкретных людей. Оно о «нашем советском флаге» вообще, что точно отражало ситуацию: флагов было много, и все они были «нашими».
Как вы думаете, почему в итоге официальными героями стали именно Егоров и Кантария, а не, например, Булатов или группа Береста? Было ли это вопросом случайности, грамотного представления наградных документов или более глубокими политико-пропагандистскими причинами? Поделитесь своим мнением в комментариях.
Почему именно Егоров и Кантария? Создание официального мифа
После войны потребовался упрощённый, ясный и идеологически выверенный символ. Группа из двух человек — русского (Егоров) и грузина (Кантария) — идеально отвечала этому запросу, символизируя братство народов СССР. Их фамилии были удобны, они выжили, они были из той самой 150-й дивизии, которой официально вручили знамя №5. История с их дозором на купол 2 мая, запечатлённая на плёнку, стала канонической.
Подвиги же других бойцов, установивших флаги раньше, часто оставались в тени по разным причинам: кто-то погиб в последующие часы боя, как лейтенант Берест (который, кстати, сыграл ключевую роль в водружении знамени №5, но из-за сложной биографии после войны не получил звания Героя сразу); на кого-то просто не успели или не смогли грамотно оформить наградные документы в хаосе последних дней войны; чьи-то подвиги были «затерты» более массовой и удобной для пропаганды версией.
Сам Мелитон Варламович Кантария много лет спустя, уже в 1970-е годы, с грустью и честностью говорил в интервью:
«Нас, кто лез на Рейхстаг с красным тряпьём, было много. Каждый хотел. Помню, как мы с Женей [Егоровым] бежали по лестнице, а мимо нас, уже с пустыми руками, спускались другие ребята — они своё уже повесили. Кричали нам: «Давай, ребята, место ещё есть!». Мы не были первыми. Мы были теми, кого потом выбрали. И знамя, которое мы ставили, было не наше — оно было дивизионное, номер пять. Наша заслуга в том, что мы его донесли, поставили, а потом охраняли, чтобы не сбили. Но герои — все, кто штурмовал. Все, кто тогда поднял что-то красное над этой чёрной дырой».
Эта цитата — редкое признание, показывающее, что сами участники событий понимали коллективность подвига.
Символ, рождённый массовым порывом
Таким образом, Знамя Победы над Рейхстагом — это не история одного флага и двух героев. Это история десятков флагов и сотен героев. Это символ, который родился стихийно, из кровной потребности каждого солдата-победителя поставить свою личную точку в войне. Официальная история выбрала и канонизировала один из эпизодов, самый документированный и удобный. Но истинная сила этого символа в том, что он общий.
Он принадлежит не только Егорову и Кантарии, но и Булатову, Лысенко, Бересту, Ковалёву, Исмаилову, Горычеву и тысячам безымянных бойцов 150-й и других дивизий, которые в тот день 30 апреля 1945 года, не дожидаясь приказа, рвались вперёд с одной мыслью: «Дойти и повесить своё знамя». Их коллективный порыв, их кровь и их победа и создали тот самый образ, который навсегда остался в истории человечества — образ Красного знамени над поверженным логовом нацизма.
История водружения Знамени Победы на Рейхстаге — это зеркало самой Победы: сложной, многогранной, достигнутой ценой неимоверных усилий и героизма миллионов, но в итоге сведённой к ясным и мощным символам для потомков. Флагов было много, и каждый из них был по-своему правдив и важен. Официальное Знамя №5, установленное группой Береста и позднее поднятое на купол Егоровым и Кантарией, стало законным, документально подтверждённым символом, взятым на вооружение государством.
Но оно не отменяет и не умаляет подвигов тех, кто был раньше. Напротив, их усилия лишь подчёркивают, насколько велико было всеобщее стремление к этому акту. Рейхстаг стал пьедесталом не для одного флага, а для всей Красной Армии. И в этом — подлинная правда и величие того дня. Когда мы смотрим на знаменитые кадры, мы должны помнить, что за ними стоит не два человека, а вся армия-победительница, каждый боец которой в тот день мечтал дойти и водрузить своё знамя. И они это сделали. Все вместе.