Он говорил, что это «наша традиция». Он говорил, что я должна «поддержать его». Но когда я стояла босиком на льду, дрожа от ужаса, я увидела то, что он прятал от меня 15 лет.
Театр абсурда на льду
Привет, мои хорошие. С вами Настя.
Крещение. Ночь. Мороз минус 20. Пар изо рта, свет прожекторов, толпа людей в тулупах и полотенцах.
Для кого-то это святой праздник. Для кого-то — проверка на прочность. А для моей героини, назовем ее Алина, это был ежегодный ад.
Ее муж, Вадим, был из тех «настоящих мужиков», для которых Крещение — это повод показать удаль молодецкую перед друзьями и партнерами по бизнесу. И у него была прихоть: жена должна нырять с ним. "Ты же моя боевая подруга, Алинка! Не позорь меня, все бабы ныряют, а ты что, рыжая?"
Алина ненавидела холод. У нее были слабые почки и панический страх темной воды. Но каждый год она надевала «приличный» слитный купальник, пила валерьянку и лезла в эту черную дыру. Потому что «надо поддерживать мужа», «нельзя быть скучной», «ты же его любишь».
Но в ту ночь, 19 января 2024 года, вода оказалась не просто холодной. Она стала линзой, через которую Алина впервые увидела свою жизнь без фильтров.
Сцена, от которой стынет кровь (не из-за мороза)
Они приехали к VIP-купели. Друзья мужа, их расфуфыренные жены (которые, кстати, нырять не собирались, а стояли в соболях с глинтвейном). Вадим был уже «подогрет» коньяком.
— Ну, Алинка, давай, пошла! — он подтолкнул ее к лесенке. — Покажи класс!
Алина сняла халат. Ветер хлестнул по мокрому от страха телу. Ей хотелось кричать, убежать, исчезнуть. Но она посмотрела на мужа. Он не смотрел на нее с любовью или поддержкой. Он держал телефон. Он вел стрим.
— Вот, моя русалка пошла! Давай, зайка, улыбнись! — орал он на камеру.
Она спустилась. Вода обожгла, как кислота. Дыхание перехватило. Она окунулась раз. Два. Три. Сердце колотилось где-то в горле.
Она вынырнула, судорожно хватая воздух ртом, пытаясь найти глазами руку мужа, чтобы он помог ей выбраться.
Но руки не было.
Вадим стоял спиной к купели. Он ржал, обнимая за талию жену своего партнера, и что-то шептал ей на ухо, пока та кокетливо хихикала.
Алина стояла в ледяной воде, держась за скользкий поручень. Ее никто не встречал. Полотенце валялось на снегу — его кто-то уронил и наступил грязным сапогом.
Вокруг были люди, смех, вспышки камер. А она была абсолютно, тотально одна. В черной воде. В минус 20.
И в этот момент, в состоянии дикого термического шока, у нее в голове наступила звенящая, кристальная ясность.
Заморозка чувств
Она выбралась сама. Подняла грязное полотенце. Молча прошла мимо мужа, который даже не повернулся.
— О, вылезла! — крикнул он ей в спину через минуту. — Ну ты чего там застряла? Иди в машину, грейся, мы сейчас еще по стопочке и придем.
Алина села в машину. Ее трясло. Но не от холода.
Ее трясло от осознания: Он не любит ее.
Никогда не любил.
Человек, который любит, не заставит тебя лезть в ледяной ад ради лайков.
Человек, который любит, не бросит тебя одну в воде, чтобы пофлиртовать с чужой женой.
Человек, который любит, подаст руку.
Этот холод выморозил в ней всю «хорошую девочку». Всю «терпилу». Всю «мудрую жену».
Она вдруг поняла, что ей больше не холодно. Ей — всё равно.
Ледяная вода, в которую он ее окунул, не смыла ее грехи. Она смыла ее розовые очки. Вместе с тушью и остатками надежды.
Алина посмотрела на мужа через лобовое стекло. Он все еще стоял там, красный, веселый, самодовольный павлин в окружении чужих жен. Он даже не смотрел в сторону машины. Он был уверен, что она, как верная собачонка, будет сидеть и ждать, пока он нагуляется.
Алина перелезла на водительское сиденье. У нее были права, и ключи были в замке зажигания (чтобы грела печка).
Она медленно, спокойно включила передачу.
Посмотрела на мужа в последний раз.
И нажала на газ.
Путь домой (в новую жизнь)
Телефон начал разрываться через пять минут.
«Ты че, офигела?! Ты куда уехала?! А я?!»
Алина не сбрасывала. Она просто выключила звук. Ей нравилось ехать в тишине по ночной зимней трассе. Впервые за 15 лет она чувствовала, что руль — в ее руках. И в прямом, и в переносном смысле.
Вадим приехал домой на такси через два часа. Злой, пьяный, готовый устроить скандал.
Но скандалить было не с кем.
В прихожей стояли его чемоданы. Аккуратно собранные.
Алина сидела на кухне и пила горячий чай с медом.
— Ты что устроила перед пацанами?! — заорал он с порога. — Ты меня опозорила!
— Нет, Вадик, — спокойно сказала она, не оборачиваясь. — Я тебя спасла. Теперь ты можешь нырять, пить и флиртовать с кем хочешь. Я больше не твоя «боевая подруга». Я — женщина, которая хочет тепла.
Она не пустила его в спальню. Он ночевал в гостиной, а утром уехал к маме, уверенный, что «баба перебесится».
Она не перебесилась. Она подала на развод через три дня.
Послесловие: Тепло стоит дорого
С тех пор прошло два года. Алина больше никогда не ныряла в прорубь.
Теперь 19 января она проводит так, как всегда мечтала: в горячей ванне с пеной, с бокалом вина и книгой.
Она больше никому ничего не доказывает. Ей не нужно лезть в ледяную воду, чтобы почувствовать себя достойной.
Она поняла главное: Любовь — это когда тебя греют. А если тебя заставляют мерзнуть ради чьих-то амбиций — это не любовь. Это использование.
............
Крещение — прекрасный праздник. Но Бог не требует от нас жертв, разрушающих наше достоинство.
Если ваш мужчина толкает вас в ледяную воду (или в любую другую ситуацию, где вам страшно и больно), а сам стоит на берегу и снимает сториз — бегите. Не ждите, пока ваше сердце превратится в ледышку.
Цените тех, кто подает вам полотенце, а не тех, кто толкает в спину.
Нажмите ниже кнопочку "Поддержать", если моя история понравилась.
P.S. Девочки, а вам приходилось делать что-то через «не могу» и «не хочу» только ради того, чтобы поддержать статус «хорошей жены»? Нырять, ехать на рыбалку, терпеть его друзей? Расскажите! Давайте составим список вещей, которые мы больше НЕ БУДЕМ делать ради них. ❄️