Рассказ "Грешница"
Глава 1
Глава 25
Алексей, царапая длинными грязными ногтями плечи Дарьи, приподнял её, пытаясь заставить посмотреть ему в глаза. Она должна видеть его и отвечать ему, обнимая руками за шею. Алексей знал, как это бывает. Часто, поздними вечерами бродя по деревне, он, крадучись, подбирался к окнам и заглядывал в дом через плохо задёрнутые шторы. Порой он не видел там ничего интересного: люди смотрели телевизор, кто-то читал, женщины вязали или занимались другим рукоделием.
Но иногда, особенно у одной молодой пары, происходило что-то необыкновенное и интересное. Не такое, как у его бесстыдной матери, которая никогда не стеснялась сыновей, встречаясь с очередным кавалером. Ненавистная пьянчужка всегда вызывала у него только отвращение.
Но эта женщина в комнате была другой. Как она вскидывала руки, как смотрела на мужа… Не в силах оторваться от происходящего, Алексей припадал к окну и замирал, не замечая, как из уголка приоткрытого рта вытекает струйка горячей липкой слюны…
Однажды женщина, случайно бросив взгляд на окно, увидела приплюснутое к стеклу лицо и страшно закричала от испуга. Её муж бросился на улицу, чтобы поймать того, кто подглядывал за ними, но Алексей чёрной тенью перемахнул через забор и скрылся в темноте. Только через несколько дней он решился снова заглянуть в знакомое окно, но едва подошёл к забору, его встретил громкий лай злобного пса. Хозяева стали спускать его с цепи на ночь и Алексею ничего не осталось, кроме как, ворча и ругаясь, убраться оттуда.
Потом он часто вспоминал то, что видел в чужой спальне, и дрожь, нараставшая в нём где-то внутри, каждый раз доводила его до исступления.
Но сегодня он уже не волновался от мучивших его воспоминаний. Теперь у него была своя женщина, которая останется с ним навсегда. Только почему она не хочет открыть глаза и посмотреть на него. Она должна сделать это!
Алексей снова принялся трясти Дарью. Он разорвал её рубашку в клочья и вдруг остановился, с интересом разглядывая свои руки, покрытые жёсткими волосами. На фоне белой кожи Дарьи они казались почти черными…
И этот её запах… Он сводил Алексея с ума, и сдерживаться у него больше не было сил.
– Смотри на меня! – зарычал Алексей, тряся Дарью, чтобы привести её в чувство. – Смотри на меня!!! Смотри!!!
Дарья открыла глаза, и Алексей закричал от радости, но вдруг прислушался к чему-то и отбросил девушку от себя.
– Иё-ошка!!! Иё-ошка!!!
– Саушка…
Алексей поднялся, быстро осмотрелся и, схватив какую-то тряпку, свернул его и сунул ей в рот. Потом, сняв со стены верёвку, крепко связал руки и ноги девушки.
А Саушка был уже совсем близко…
– Чего ты? – тяжело дыша, выскочил к нему Алексей.
Взмокший, растрёпанный, с диким взглядом, он был страшен как никогда, но Саушка при виде старшего брата расплылся в радостной улыбке:
– Иё-ошка… – прижался он к его плечу щекой. – Иё-ошка…
– Ну чего тебе? – в хриплом голосе Алексея не было ни раздражения, ни злости. Он совсем не сердился на брата, хоть тот и явился так не вовремя.
А Саушка достал из-за пазухи узелок и стал торопливо разворачивать его, весело поглядывая на брата. В чистенькой тряпочке он принёс ему четыре просфорочки, две булочки с повидлом и горсть дешёвеньких шоколадных конфет, подаяние, которое ему сегодня дала какая-то старушка.
Усевшись на ступеньку крыльца, братья поделили лакомство поровну и тут же съели всё до крошки. Вместо благодарности Алексей погладил брата по голове.
– Иё-ошка… – блаженно заулыбался Саушка, прижимаясь к брату и вдруг, заметив торчавший из его кармана красно-чёрный лоскут, вытащил его и засмеялся, так уж ему понравилась красивая тряпочка.
– Бери…– кивнул Алексей, довольный, что смог хоть чем-то угодить брату. – Нюхай…
Саушка прижал ткань к носу и снова засмеялся, но вдруг насторожился и повернулся к срубу: там, внутри, слышалась какая-то возня.
Алексей поднялся, опустил дверной засов, и потянул за собой Саушку:
– Пойдём! Я провожу…
Ещё несколько раз обернулся Саушка на странные звуки, но тут же забыл об этом. Он весело подпрыгивал, торопясь за широко шагающим братом и лепетал что-то непонятное на одному ему известном языке.
– Иди домой, – махнул рукой Алексей в сторону тропинки, которая вела к Ольховке.
– Иё-ошка… – ласково протянул Саушка, припадая к плечу брата.
– Ну, иди, иди, – погладил его по голове Алексей. – Я потом приду.
Саушка закивал головой и, бормоча что-то незатейливое себе под нос, поплёлся к дому по лесной тропинке.
Постояв ещё немного и дождавшись, когда Саушка пропадёт с глаз, Алексей метнулся к кустам и диким зверем помчался в хутор. Брат больше не сможет помешать ему завладеть той женщиной. А если придёт кто-то чужой, он просто убьёт его. Вот и всё!
***
Егор обследовал все окрестности, находившиеся между Ольховкой и Ольшанкой, но так и не нашёл следов пропавшей Дарьи. Он вернулся к брошенной на развилке между двумя деревнями Ниве и, сев на сиденье, устало откинулся на спинку и вытянул ноги.
Он осмотрел все места, где могла быть Дарья, значит, делать больше нечего и надо привлекать к розыскам участкового и какие-то поисковые группы. Но положенные по закону три дня ещё не прошли. Да и что ей делать в глубине леса? Там же самая настоящая глушь! Может быть, она всё-таки добралась как-то до города?
Голова Егора шла кругом от всех этих мыслей, но что произошло с девушкой, он понять так и не мог. Она пришла к нему домой поздно вечером и поговорила с Катериной, потом ушла… Но куда?! Он ведь почти сразу приступил к её поискам, объездил всю округу, а теперь и ближайшую окраину леса.
Чувствуя, как дремота наваливается на него, Егор прикрыл глаза. Спал он или нет, Егор так и не понял, но спохватился, услышав у своей открытой двери чей-то голос.
– А-а-а… Это ты, Саушка… – узнал он местного юродивого. – Что так поздно по лесу гуляешь? Волков не боишься?
Саушка изо всех сил затряс головой, а потом засмеялся и сунул под нос Егора красный лоскут, сопя и как бы показывая, что он должен понюхать его.
– Ну что ты… – Егор убрал от лица его руку, но вдруг крепко сжал запястье Саушки: – Погоди-ка! Откуда это у тебя?
Ему вспомнились язвительные слова Катерины: «Стоит, фифа городская, рубашечка модная, приталенная, в красную клетку. Джинсы в обтяжечку. Модель, да и только!»
Сердце Егора дрогнуло: лоскут в руке Саушки тоже был в красную клетку…
– Где ты взял его? – ласково спросил юродивого Егор, стараясь никак не выдать своего волнения.
– Иё-ошка! – похвастался Саушка и махнул рукой в ту сторону, откуда пришёл.
Егор достал обед, собранный ему Катериной, и протянул несчастному парню.
– Это тебе, Саушка! Иди домой и там поешь, ладно?
Саушка принял свёрток, как всегда радостно засмеялся, и, не забыв сунуть красивый лоскут в карман, продолжил свой путь. А Егор, взревев мотором и, выжимая из машины всё, на что она была способна, помчался в хутор Петровский, где, как он знал, неделями мог жить Алексей.
– Надо, надо было забираться глубже в лес! – ругал себя Егор. Но как он мог догадаться, что Дарья окажется там, так далеко от их деревень…
Дорога была узкой и местами почти полностью заросла порослью – молодыми деревцами и кустарниками с хлёсткими, колючими ветвями, которые, нещадно били по автомобилю, оставляя на кузове длинные царапины. Но вот петлявший между деревьями путь преградило упавшее дерево и Егор, выскочив из машины, бросился бежать к хутору, до которого оставалось ещё около километра. Воздух был прохладным и наполненным запахом сырой земли и гниющей листвы. Темнота опускалась на лес, делая его непроглядным, но Егор не останавливался, даже для того, чтобы перевести дыхание. И только у края поляны замер, прислушиваясь к тому, что происходило вокруг.
Егор осторожно приблизился к срубу и заглянул в окно, но ничего там не увидел. Тогда он подошёл к двери и толкнул её, обрадовавшись тому, что она не заперта. А в следующую минуту вскрикнул, подняв с пола разорванную рубашку Дарьи. Значит, она была здесь!
Но он опоздал. Алексей ушёл отсюда вместе с попавшей в его плен девушкой…
(подпишитесь, чтобы не пропустить продолжение)