Иногда правда всплывает слишком поздно. Не тогда, когда можно что-то исправить, а тогда, когда остаётся только назвать вещи своими именами.
В 2013 году в Подмосковье вскрылась история, от которой у многих ветеранов сжались кулаки. Человек, десятилетиями ходивший в первых рядах, выступавший на митингах, принимавший поздравления и подарки от государства, оказался тем, кого на войне называли коротко и без сантиментов — изменник.
Звали его Сергей Маслов. Возраст — за девяносто. Должности — председатель ветеранской организации. Биография — участник Ржевской битвы, пленный, кавалерист, герой парадов 1941 и 1945 годов. По крайней мере, так он сам рассказывал.
Легенда, в которую удобно было верить
История Маслова звучала убедительно. Доброволец, ранение, плен, чудом спасённое донесение, уважение немцев к советским кавалеристам, работа с лошадьми до освобождения американцами.
Красивая, гладкая, киношная версия. Именно такие истории любят газеты и чиновники на торжественных мероприятиях.
Его награждали.
Ему вручали юбилейные медали.
В 2011 году — автомобиль «Лада Калина».
Позже — квартира.
Он был удобным ветераном. Говорил правильные слова и не задавал неудобных вопросов.
Что было на самом деле
А правда выглядела совсем иначе.
Да, Маслов действительно воевал в начале войны. Да, попал в плен в 1942 году. Но дальше начиналась не «трагедия солдата», а осознанный выбор.
Он выдал немцам советских офицеров, скрывавшихся в лесу.
Вскоре перешёл на сторону врага.
Сначала обучал карателей борьбе с партизанами.
Потом получил чин и возглавил карательный отряд «Митте», действовавший во Франции.
Это не слухи и не домыслы — это материалы уголовного дела.
Приговор, о котором он предпочёл забыть
В 1945 году Маслова вернули в СССР.
Никакой героики.
Десять лет лагерей.
Лишение звания лейтенанта.
Статья — измена Родине.
Он отсидел. Вышел. Начал жить обычной жизнью: работа, карьера, даже должности в ведомствах. И на этом месте история могла бы закончиться. Но Маслов решил иначе.
Он захотел не просто жить — он захотел почёта.
Как рождается фальшивый герой
Постепенно неудобная часть биографии исчезла из рассказов.
Появились новые «воспоминания».
Путаница в званиях, орденах, датах.
Он то был майором, то полковником, то кавалером ордена Славы — который в его годы офицерам вообще не вручали.
Личного дела в архивах не находилось.
Но удостоверение ветерана он получил. В 1980 году — бессрочное.
Почему? Версий много. Самая простая — договорились.
Когда ложь начала трещать
Настоящие ветераны долго терпели. До поры.
Сергей Бутурлин, кавалерист, фронтовик, однажды услышал от Маслова рассказ о бое… в котором сам участвовал. Только Маслова там не было. В это время он находился в плену.
Запросы. Архивы. Документы из Белоруссии.
И всё встало на свои места.
Суд, который всё-таки состоялся
В 2013 году прокуратура потребовала лишить Маслова статуса ветерана и всех наград. Многие боялись, что возраст сыграет свою роль. Что снова включат жалость.
Но на этот раз не получилось.
Суд лишил его:
- звания ветерана
- всех полученных медалей
Оставили только то, что юридически уже нельзя было отнять — квартиру и машину.
Главное здесь не льготы
Речь не о «корочках».
И даже не о машине.
Речь о том, что человек, участвовавший в карательных операциях, десятилетиями стоял рядом с теми, кто действительно прошёл войну. Смотрел им в глаза. Получал аплодисменты.
Для мужчин, которые выросли на фронтовых рассказах отцов и дедов, это особенно мерзко. Потому что война — не декорация. И не повод для карьеры.
Вывод без морализаторства
Все участники той истории уже ушли.
Наказать Маслова по-настоящему было невозможно — слишком поздно.
Но важно другое:
даже через 70 лет предательство остаётся предательством, а правда — правдой.
И если её не называть своими именами, она начинает гнить. А вместе с ней — память.
Если считаете важным такие истории — поддержите материал.
И пишите в комментариях: должна ли возрастная «неприкосновенность» защищать тех, кто однажды сделал свой выбор не в пользу Родины.