Лена застегнула пуговицы халата и устало посмотрела на настенные часы. Без пятнадцати одиннадцать. В коридоре больницы стихли последние голоса — коллеги разошлись по домам, к накрытым столам, к семьям, к шампанскому и салатам. А она осталась. Как всегда.
— Леночка, ты точно не хочешь домой? — в последний раз заглянула в ординаторскую Марина Петровна, главврач. — Ну хоть сегодня!
— Спасибо, Марина Петровна, — Лена улыбнулась. — Мне правда всё равно. А вам с детьми надо быть.
— Золотая ты наша, — вздохнула Марина Петровна. — Ну смотри, если что — звони сразу. Хотя вряд ли что-то случится, все уже дома сидят.
Когда за главврачом закрылась дверь, Лена откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Тишина. Удивительная, почти нереальная тишина больничного корпуса в новогоднюю ночь. Даже пациенты притихли — те немногие, кто остался на праздники.
Она не врала Марине Петровне. Ей действительно было всё равно. Пятый год подряд она дежурила тридцать первого декабря, и это стало своего рода традицией. Коллеги уже даже не спрашивали, просто благодарно кивали, составляя график. Лена не возражала. Дома её всё равно никто не ждал. После развода прошло уже три года, родители жили в другом городе, подруги обзавелись семьями...
В полночь она вышла на балкон ординаторской, посмотрела на салют, расцветающий над городом, подняла бумажный стаканчик с остывшим чаем:
— С Новым годом, Лена, — сказала сама себе и усмехнулась.
В половине первого она закрыла историю болезни последнего обработанного пациента, переоделась и вышла в морозную ночь. Снег скрипел под ногами. Город был пьян и счастлив — из окон доносились смех, музыка, звон бокалов.
Магазин возле дома горел неоновой вывеской, как маяк. Лена зашла внутрь, где продавщица скучающе листала журнал.
— Вам что? — оторвалась та от глянцевых страниц.
— Шампанское... и вот эти сосиски, — Лена показала на упаковку.
— Салат не берёте? У нас оливье свежий.
— Нет, я сама сделаю.
Дома она разделась, приняла душ, надела мягкий домашний халат. Нарезала огурец, помидор, добавила консервированную кукурузу — получился импровизированный салатик. Открыла шампанское — хлопок был громким в тишине квартиры.
— За что выпьем? — спросила она у пустой комнаты. — За новый год? За надежды? За то, чтобы что-то изменилось?
Выпила, закусила салатом. Усталость навалилась разом, как будто тело только сейчас вспомнило про двенадцатичасовую смену. Лена добрела до спальни и провалилась в сон, едва голова коснулась подушки.
Спала она всегда крепко — профессиональная привычка медика, научившегося отключаться полностью, чтобы восстановиться за короткий отдых.
Звонок в дверь сначала вплелся в сон. Ей снилось, что она в больнице, и звонит телефон... Потом звонок повторился, настойчивее, и Лена открыла глаза.
Темнота. Часы на тумбочке показывали три ночи.
— Кто там, чёрт возьми? — пробормотала она, натягивая халат.
Звонок не прекращался. Длинный, требовательный.
— Да иду, иду!
Лена подошла к двери, посмотрела в глазок. Никого. Пустая лестничная площадка, залитая желтоватым светом лампочки.
— Совсем озверели, — буркнула она. — Хулиганы новогодние.
Развернулась, чтобы уйти, но звонок раздался снова. Три коротких, как азбука Морзе.
— Да что такое!
Она рывком открыла дверь — и замерла.
На пороге, важно восседая на задних лапах, сидел кот. Огромный, рыжий, толстый, как тыква. Он посмотрел на Лену круглыми янтарными глазами и мяукнул. Не жалобно, не просяще — а скорее приветственно, как старый знакомый.
— Ты что... — Лена растерянно моргнула. — Ты что, в звонок звонил?
Кот мяукнул ещё раз, и, пока она стояла столбом, просочился между её ног в квартиру. Прошёл по коридору уверенной походкой хозяина, свернул в гостиную и запрыгнул на диван, где уселся, поджав лапы под себя.
— Эй! — Лена захлопнула дверь и бросилась за котом. — Ты куда?! Кто тебя звал?!
Кот посмотрел на неё совершенно невозмутимо. Лена замерла посреди комнаты, глядя на незваного гостя.
— Это сон, — сказала она вслух. — Точно сон. Сейчас проснусь.
Ущипнула себя за руку. Больно. Кот продолжал сидеть на её диване, изредка облизывая лапу.
— Господи, — Лена присела накрай дивана. — Я, видимо, совсем устала.
Рыжий гость мурлыкнул, и в этом звуке было что-то удивительно уютное. Лена посмотрела на стол, где стояла недопитая бутылка шампанского.
— Ну раз я всё равно не сплю, — пробормотала она, наливая себе полный бокал. — Составишь компанию?
Кот моргнул, что она интерпретировала как согласие.
Она выпила, закусила остатками салата. Потом вспомнила про сосиски, достала одну из упаковки, разделила пополам.
— На, — протянула она коту.
Тот деликатно взял угощение, обнюхал и принялся уплетать, причмокивая.
— Воспитанный какой, — усмехнулась Лена. — Интересно, где твой хозяин? Наверное, напился и не заметил, как ты сбежал.
Она допила шампанское, погладила кота — тот замурлыкал ещё громче, — и почувствовала, как приятное тепло разливается по телу.
— Знаешь, рыжик, — сказала она задумчиво, — а ведь это первый раз за пять лет, когда я встречаю Новый год не одна. Пусть и с котом.
В ответ раздался звонок в дверь.
Лена вздрогнула. Кот навострил уши.
— Ещё кто-то? — она посмотрела на часы. Половина четвёртого. — Это какое-то безумие.
Подошла к двери, посмотрела в глазок. На этот раз на площадке стояли двое мужчин. Одного она смутно узнала — сосед из квартиры напротив, они иногда здоровались в лифте. Высокий, лет сорока, всегда в деловом костюме. А второй...
Второй был моложе, в мятом свитере, с взъерошенными тёмными волосами и встревоженным лицом.
— Да? — Лена приоткрыла дверь на цепочку.
— Простите за беспокойство, — заговорил сосед напротив. — Я Игорь Викторович, мы с вами соседи. А это Максим, он живёт двумя этажами выше. У него пропал кот. Рыжий, толстый...
— Огромный, как диван, — встрял Максим, заглядывая через плечо соседа. — Вы случайно не видели? Он убежал, когда я дверь открывал — пиццу получал. Я весь дом обыскал!
Лена хотела сказать «нет», но в этот момент за её спиной раздалось громкое «мяу», и рыжее чудовище неспешно вышло в коридор, сев рядом с её ногами.
— Барсик! — выдохнул Максим. — Нашёлся!
Лена обречённо вздохнула и сняла цепочку.
— Проходите, наверное.
Максим метнулся к коту, но тот, как назло, прижался к ноге Лены и замурлыкал.
— Предатель, — пробормотал Максим. — Барсик, пошли домой!
— Вам не кажется странным, — медленно проговорила Лена, — что кот... звонил в дверь?
Оба мужчины уставились на неё.
— В смысле? — не понял Игорь Викторович.
— Ну, он же позвонил. В звонок. Я открыла — он сидел на пороге.
Максим присел перед котом:
— Барсик, это правда? Ты научился звонить?
Кот с достоинством промолчал.
— Он у меня вообще уникальный, — Максим почесал кота за ухом. — Умнейший. Я когда его подобрал три года назад, сразу понял — это не просто кот.
— Может, на кухню пройдём? — предложил Игорь Викторович. — А то неудобно в коридоре.
Лена растерялась, но кивнула. Странная новогодняя ночь становилась всё страннее.
На кухне она поставила чайник, достала оставшиеся сосиски. Максим сел на стул, водрузив Барсика себе на колени — тот тут же свесил лапы и принял вид пушистой горы.
— Вы тоже одна встречали Новый год? — спросил Максим негромко.
— Я дежурила, — Лена пожала плечами. — Я врач. Каждый год тридцать первого дежурю.
— Специально?
— Ну... так получается. Коллегам надо с семьями быть. А мне всё равно.
— Понимаю, — кивнул Максим. — Я тоже один. Развёлся два года назад. Остался кот да пустая квартира.
Игорь Викторович деликатно кашлянул:
— Я, пожалуй, пойду. Жена с детьми спят, вдруг проснутся...
— Спасибо, что помогли искать, — поблагодарил Максим.
Когда сосед ушёл, повисла тишина. Лена разливала чай по кружкам, чувствуя себя нелепо. Незнакомый мужчина на её кухне в четыре утра первого января...
— Извините, что ворвались так, — сказал Максим. — Я просто с ума сходил. Барсик никогда не убегал. Думал, всё, потерял.
— Он, кажется, знает, куда идти, — Лена кивнула на кота, который дремал, положив голову на руку хозяина.
— Он вообще странный, — Максим улыбнулся. — Однажды привёл домой соседскую кошку, когда она рожала. Прямо к моей двери притащил, мяукал, пока я не открыл. Пришлось звать ветеринара, принимать роды...
Лена рассмеялась — впервые за весь вечер.
— Кот-акушер. Мне, врачу, это понятно.
Они пили чай, и Максим рассказывал — про Барсика, которого нашёл возле помойки, худого и больного. Про то, как выхаживал, как кот оказался невероятно умным и добрым. Про свою работу программиста, которая позволяет ему работать из дома.
Лена слушала и вдруг поняла, что ей интересно. Что она не хочет, чтобы он уходил.
— А вы? — спросил Максим. — Всегда врачом хотели быть?
И она рассказала. Про мечту с детства, про медицинский институт, про первую смену в реанимации, после которой плакала от ужаса и восторга одновременно. Про развод, про одиночество, про то, как удобно дежурить в Новый год — не надо притворяться счастливой.
Часы на стене показывали шесть утра, когда Максим неохотно поднялся:
— Мне правда пора. Барсик, пошли.
Кот спрыгнул с колен, потянулся и посмотрел на Лену. Ей показалось — благодарно.
У двери Максим замешкался:
— Знаете... я тут подумал. У меня послезавтра день рождения. Можно, я приглашу вас? Ну, формально вас и Барсика, он вообще виновник...
Лена улыбнулась:
— Можно.
Когда дверь закрылась, она прислонилась к косяку и тихо рассмеяла. Говорят, как встретишь Новый год, так его и проведёшь. С незваным рыжим котом, странным соседом и разговором до утра.
Может, в этом что-то есть.
Может, это и правда будет хороший год.