Режим аятолл в Иране пал. В стране началась гражданская война. "Принц в изгнании" уже на полпути к своему многострадальному народу. Дальше только лучше: освобождение от санкционных оков, мир с Израилем на веки вечные и жизнь под крылом большого американского брата.
Такой сценарий последнюю неделю рисуют западные СМИ. Пишут, что протесты продолжают набирать обороты. Иранская же пресса опровергает: всё под контролем, волнения почти сошли на нет. Правда, видимо, где-то посередине.
О том, что стало причиной народного недовольства, писали здесь. И всё-таки непонятно: протесты для иранцев — это форма "национальной забавы" или дело правда пахнет жареным? Режим аятолл продолжит закручивать гайки или немного ослабит поводья? И неужели в Иране собираются восстановить монархию? Разобрались во всём вместе с бессменным экспертом, сотрудником отдела Ближнего и Постсоветского Востока ИНИОН РАН Василием Останиным-Головнёй.
Ближневосточный протест
Массовые протесты в регионе — не что-то необычное, говорит Василий Останин-Головня:
Вывести людей на улицу достаточно просто. Они сами себя выводят, если сталкиваются с какими-то острыми социальными или экономическими проблемами.
Но, отмечает эксперт, чтобы "рядовые" протесты переросли в нечто большее, нужны внешние координаторы. И к Ирану таковых, судя по всему, приставили. Об этом свидетельствует как минимум образ сильной, независимой, прогрессивной иранки, которая дерзко прикуривает сигарету от горящего портрета аятоллы.
"Иран, который мы потеряли"
В стране не особо развита протестная активность и акционизм как способ продвигать свой медийный образ. А то, что лицом протестов из раза в раз становятся женщины, — это напоминание: вот как хорошо жилось при шахе. Голову покрывать не нужно, мини-юбки носить можно.
Эти перформансы ориентированы на то, чтобы создать определённый имидж уличных протестов у западного зрителя. Там подобные образы гораздо лучше воспринимаются как молодёжью, так и старшим поколением.
В Иране это тоже имеет воздействие на молодёжные круги, но очень ограниченно. На людей с высшим образованием, обеспеченных, тех, кто имеет возможность выезжать за границу. В основной же массе иранцы — это жители маленьких городов и деревень, консерваторы. Там и женщины покрывались ещё до революции, и мужчины были готовы выступить против шаха.
Затянут или ослабят
Если смотреть на тренды последних десяти лет на Ближнем и Среднем Востоке, как правило, подавление острой фазы протестов происходит жёстко, силовым путём.
Параллельно будут, вероятно, обрабатывать тех, кто ещё "не определился". Обещать дотации, соцпрограммы, как-то краткосрочно попытаются стабилизировать экономическую ситуацию.
После того как всё уляжется (если уляжется), есть шанс, что власти реально пойдут на послабления. Как это было, например, в 2022-2023 годах после антихиджабных протестов.
Восстановление монархии
"Реставрация монархии мне кажется маловероятным сценарием", — считает Останин-Головня. Да и у Шахзаде Резы Пехлеви, в отличие от его отца Мохаммеда Резы Пехлеви, нет ни официального статуса, ни права на престол.
Насчёт "принца в изгнании" эксперт сказал следующее:
Забавно, конечно, как американцы пытаются разгонять тему с возвращением Пехлеви. Даже если он вернётся и даже если его будут поддерживать извне, есть другой вопрос. Как долго он там сможет продержаться и найдёт ли он среди местных элит тех, кто будет готов его поддерживать.
Всё чаще местные парламентарии выступают за нормализацию отношений с Западом, чтобы снять санкции, улучшить экономическое положение, прийти к новой ядерной сделке. Возможно, постепенно республика начнёт отходить от исламской составляющей в сторону усреднённого строя, ближе к националистическому правлению с сохранением элементов нынешней системы.