начало истории
- Вы всё правильно поняли, — кивнул полицейский. — Он похитил девушку не для работы. Дело в том, что Петрович… он нездоров. Причём давно. Жизнь у него была сложная. Я не оправдываю преступника, и всё же выслушайте его историю. Николай вырос в деревне.
Отца своего он никогда не знал. Мать родила его, что называется, для себя. Правда, особой любви к сыну женщина не питала. Наоборот — он стал для неё обузой, помехой на пути к счастливой личной жизни. И маленький Николай всегда чувствовал это.
Петрович рос замкнутым, нелюдимым. У него не было друзей и особых увлечений. Парень окончил восьмилетку, потом поступил в училище на фрезеровщика, а позже устроился на завод в городе. Ему даже дали квартиру — как молодому работяге. С матерью он к тому времени почти не общался, к обоюдному удовлетворению обоих. Так и жил Николай один, считая мир унылым и бесприютным местом.
Но жизнь казалась серой и тяжёлой ровно до тех пор, пока он не встретил Светлану. Скромная девушка пришла работать в буфет — помощницей повара. Приветливая, милая, улыбчивая. Другие парни не особенно обращали на неё внимание: маленькая, кругленькая, немногословная. Их привлекали более яркие и красивые девчонки. А вот сердце Николая замирало каждый раз, когда он видел Светлану.
Таких добрых глаз и тёплой улыбки он ещё ни у кого не встречал. Самое приятное заключалось в том, что Светлана часто улыбалась именно ему и даже иногда заговаривала. Однажды Николай набрался смелости и пригласил девушку на настоящее свидание — первое для них обоих. Они гуляли, разговаривали, смеялись, и к концу вечера парень понял: произошло какое‑то волшебство, мир вокруг окрасился яркими красками.
Жизнь стала светлее и веселее, и сотворила это чудо она — девушка, с которой Николаю так не хотелось расставаться. Парень прямо признался в этом своей очаровательной спутнице. Лицо её осветила счастливая улыбка. Светлана сказала, что чувствует то же самое.
Светлана и Николай поженились. Они поселились в небольшой квартире, которую завод выделил молодому специалисту. Вскоре у них родилась дочь — Анюта. И вот тут-то и начались первые сложности. Светлану будто подменили. От её прежнего спокойствия и доброты не осталось и следа. Молодая мать перестала готовить и убираться. Но это ещё полбеды — она срывалась на кричащего младенца.»
Светлана доставалось и Николаю, который пытался урезонить супругу. Это было что-то невероятное. Девушка, покорившая его своей кротостью и скромностью, попросту исчезла. Светлана потянулась к бутылке.
Сначала Николай ничего не замечал. Потом, конечно, понял, но сделать уже ничего не мог. Вскоре выяснилась поразительная вещь. Оказалось, Светлана соврала мужу, будто она сирота. На самом деле у неё были родители — запойные алкаши из глухой деревни. Женщина ненавидела их и, как только появилась возможность, сбежала подальше, решив начать новую жизнь.
Она призналась в этом Николаю, когда тот в очередной раз упрекнул её в злоупотреблении горячительным.
«А что ты хотел? — улыбнулась Светлана мужу в лицо. — Яблочко от яблоньки недалеко падает. Я пыталась измениться, честно пыталась… Не вышло».
Светлана начала гулять. У неё появились новые друзья, разделявшие тот же образ жизни. Николай ничего не мог поделать с женой, которую ещё недавно так любил. Все силы он направлял на дочку.
Маленькая Анюта росла болезненной девочкой: часто подхватывала инфекции в детском саду, и отцу приходилось брать больничные — это плохо сказывалось на зарплате. Светлана постепенно теряла человеческий облик. Николай видел — конец близок. Так и вышло: однажды она попросту замёрзла в сугробе, не добравшись до дома после очередной гулянки.
Как ни странно, но Николаю стало легче, спокойнее. Он полностью посвятил себя дочери — единственному родному человеку на всей земле. Снова жениться Николай так и не решился: боялся, что мачеха будет обижать Анюту. Нет уж. Он хотел, чтобы его дочь была счастлива и жила в любви и полном принятии.
Анюта стала для отца единственной отрадой и смыслом жизни. Но проблемы грянули в подростковом возрасте. Вот тогда-то Николай и вспомнил слова покойной супруги: «Яблочко от яблоньки недалеко падает».
Анюта связалась с плохой компанией, начала пить и гулять. Отец пытался образумить отбившуюся от рук дочь, но куда там — она смеялась ему в лицо и продолжала жить, как хотелось. Что только ни предпринимал бедный Николай! Он боролся за Анюту, как мог: подкупал подарками, пугал страшным будущим, даже водил к психологам — что для того времени было и вовсе невиданным делом.
А однажды, в полном отчаянии, просто пристегнул рвущуюся к очередному ухажёру Анюту наручниками к батарее. Наручники он сделал сам, на заводе, именно для этой цели. Отец не видел иного выхода — ведь его единственная дочь стремительно катилась в бездну, и он должен был удержать её любой ценой.
Но ушлая девица каким-то образом открыла окно и позвала на помощь. Люди, ворвавшиеся в квартиру, увидели жуткую картину: молодая девушка, прикованная к батарее самодельными наручниками. Аня в красках расписала спасителям историю о «безумном отце-тиране», который якобы сошёл с ума после смерти жены. Рыдая, она просила защиты от «строгого родителя».
Николая тогда чуть не лишили родительских прав. Его даже хотели посадить. Но соседи вступились — объяснили, что отец доведён до отчаяния поведением дочери. Николая отпустили, проведя профилактическую беседу.
С тех пор он больше не смеялся вмешиваться. Только молча наблюдал, как его совсем ещё молоденькая дочь превращается в свою мать.
В конце концов Николай потерял и её. Аня умерла в больнице от ран развившегося цирроза печени. Не выдержал молодой, неокрепший организм лошадиных доз крепких напитков. Николай винил себя — и только себя. Это он не смог правильно воспитать дочь. Не уберёг, не объяснил, оказался слишком мягкотелым.
Как же он корил себя за то, что не продолжил тогда практику с наручниками. «Лучше бы навсегда приковал Анюту к той батарее, зато жива осталась бы…» — твердил он. Соседи и друзья жалели безутешного отца, пытались объяснить, что его вины здесь нет. Ведь невозможно всю жизнь держать ребёнка под замком. Но Николай никого не слушал.
Прошли годы. Николай состарился, переехал из города в маленький тихий посёлок. Его всё время тянуло к земле — детство-то прошло в деревне. Вот и на старости лет захотелось пожить в домике со своим участком. Почти ни с кем он не общался, а в общественных местах казался вполне адекватным. Потому-то никто и не заметил, когда у старика начало развиваться психическое расстройство.
Николай Петрович вдруг забыл, что ему уже под восемьдесят, и что единственная дочь, красавица Анюта, давно похоронена на городском кладбище. Теперь он считал, что Аня просто где-то гуляет, проводит время в плохой компании. Взрослые друзья спаивают его девочку, превращают её в чудовище без будущего.
Нет, Николай не мог сидеть сложа руки. Он знал, где обычно собирается молодёжь — бары, ночные клубы, парки, скверы. И начал слежку. Ему нужно было найти свою дочь. Он был уверен: Анюта обязательно, рано или поздно, попадётся на глаза. Тогда Николай заберёт её домой.
Он всё продумал. В подвале своего небольшого дома оборудовал комнату — уютную, хоть и крошечную. Там будет тепло и спокойно. Аня пересидит под замком, пока не минует опасный возраст. Отец станет ухаживать за ней, читать Библию, объяснять, как должна вести себя женщина. Обязательно исправится, думал он.
И пусть другие называют это преступлением — они ничего не понимают. Отец знает лучше. Сердце подсказывает: если не спрятать Анюту в подвале от грешного мира, её попросту не станет. От этой мысли у Николая Петровича холодело сердце.
Однажды ночью он нашёл её. Нашёл свою дочь. Худенькая девушка шла по тёмной безлюдной улице, возвращаясь из ночного клуба. Замёрзшая, заплаканная, беззащитная. Кто-то обидел её в этом чёртовом заведении. Анюта… Та ещё затейница. Даже теперь утверждала, будто зовут её иначе — ведь имя, данное родителями, ей никогда не нравилось.
Николай знал: по доброй воле строптивая дочь не пойдёт с ним. Потому заранее подготовился — подсыпал снотворное в бутылку воды, аккуратно введя препарат шприцем через крошечное отверстие в крышке. Умная девочка, она бы не стала пить из открытой — заподозрила бы неладное.
Всё вышло так, как он задумал. Конечно, сначала кричала, угрожала, бросалась чем под руку попадёт. Пришлось показать силу. Ну а куда деваться? Всё это ради её спасения.
«Не сердись, дочка, — говорил Николай, прикрывая засов. — Всё ради тебя. Ради твоего будущего».
И Анюта смирилась. Притихла. Потом даже начала помогать отцу в его маленьком, но прибыльном деле. У неё неплохо получалось шить одежду на продажу — ловкие руки, талант… Вся в мать. Молодец. Талантливый ребёнок.
Жизнь будто начинала налаживаться.
Николай заботился о своей любимой доченьке: покупал девушке её любимые продукты, много разговаривал с ней о жизни. Давненько Николай Петрович не чувствовал себя таким спокойным и умиротворённым.
А потом, однажды днём, когда ничего не предвещало беды, в дом ворвались люди. Скрутили Николая Петровича, увезли куда-то. Наверное, опять Анюта смогла позвать кого-то на помощь… Ничего. Соседи объяснят людям в форме, что Николай Петрович — просто отец, переживающий за дочь. Всё будет хорошо. Прямо как в тот раз.
— Мне его жалко стало, — призналась Вика, когда полицейский закончил рассказ. — Он ведь не злодей получается, а просто человек, который пережил слишком много потерь. Тут у кого хочешь крыша поедет.
— И всё же он не имел права лишать девушку свободы, — покачала головой категоричная Арина. — Хорошо, что его схватили. Кстати, что с ним теперь будет?
— На лечение, в закрытое учреждение, — ответил полицейский. — Экспертиза признала его невменяемым и опасным для окружающих. Так что проведёт Николай последние свои дни в комнате с мягкими стенами. Там всё очень серьёзно. Болезнь быстро прогрессирует. Если бы вы не подняли тревогу — неизвестно, чем бы закончилась история Киры.
— А с ней-то что? — спросила Вика. Теперь она знала многое об авторе записки, наделавшей столько шуму.
— С ней всё в порядке, — улыбнулся полицейский. — Психика у девчонки, на удивление, крепкая. Она почти не пострадала. Надеюсь, Кира сделает из этой ситуации правильные выводы и больше не попадёт в подобные истории. Кстати, она очень хочет с вами увидеться. Можно дать ей ваши контакты?
— Да, — хором ответили девушки. Конечно же, им тоже не терпелось познакомиться с Кирой.
— По секрету вам скажу, — заговорщицки подмигнул им полицейский, — у неё для вас подарок. Родители Киры не знают, как вас благодарить, и купили вам путёвки на какой-то заграничный курорт.
Вика и Арина переглянулись. Вот это да! Похоже, их мечта сбудется гораздо раньше, чем они предполагали.