– Что ты сказал? – спросила Лера, надеясь, что ослышалась.
Она только что вернулась с работы, усталая, но довольная – день прошёл спокойно, без авралов. А теперь эти слова повисли в воздухе, тяжёлые, как удар.
Сергей стоял у окна, скрестив руки на груди. Его лицо было спокойным, почти равнодушным, словно он обсуждал погоду или планы на выходные. Только в глазах мелькало что-то холодное, чужое.
– Ты всё правильно услышала, – ответил он, не поворачиваясь. – Я подаю на развод. Квартира моя, куплена до брака, так что тебе здесь делать нечего. Соберёшь вещи и уедешь. Неделя – вполне достаточно.
Лера медленно поставила сумку на стол. Руки слегка дрожали, но она старалась держать себя в руках. Пятнадцать лет вместе. Двое детей – хотя старшая дочь уже училась в другом городе, а младший сын сейчас был у бабушки. Сотни совместных вечеров, поездок, разговоров по ночам. И вот теперь он стоит и говорит это так буднично, будто выносит мусор.
– Сергей, – она сделала шаг вперёд, – давай поговорим спокойно. Что случилось? Кто эта... любимая?
Он наконец повернулся. В его взгляде не было ни сожаления, ни тепла – только усталость и лёгкое раздражение, как будто она мешала ему завершить неприятную, но необходимую формальность.
– Не имеет значения, кто она, – отрезал он. – Важно, что я больше не хочу жить с тобой. Всё. Точка.
Лера почувствовала, как внутри всё сжимается. Она опустилась на стул, пытаясь собраться с мыслями. Квартира действительно была куплена Сергеем до их свадьбы – большая, трёхкомнатная, в хорошем районе Москвы. Тогда, пятнадцать лет назад, она только радовалась: наконец-то свой угол, не съёмная однушка, где они ютились вначале. Она сама обустраивала её – выбирала обои, мебель, занавески. Здесь родился их сын. Здесь они отмечали Новый год, дни рождения, просто тихие семейные вечера за просмотром фильмов.
– А дети? – спросила она тихо. – Ты подумал о детях?
Сергей пожал плечами.
– Дети взрослые. Катя сама по себе, Миша... ну, будем решать, как обычно. Алименты я платить буду, не переживай.
Он говорил так уверенно, словно всё уже решил за всех. Лера посмотрела на него внимательнее. За последние месяцы он изменился – новые рубашки, парфюм, частые «командировки». Она замечала, но не хотела верить. Думала, кризис среднего возраста, работа выматывает. А оказывается...
– Как давно это длится? – спросила она, хотя боялась услышать ответ.
– Достаточно давно, – уклончиво ответил он. – Но это не важно. Главное – я хочу начать новую жизнь. И эта квартира будет нашей с ней.
Лера почувствовала, как слёзы подступают к глазам, но моргнула, отгоняя их. Не сейчас. Не при нём.
– Ты понимаешь, что просто так выставить меня не получится? – сказала она, стараясь говорить спокойно. – Мы пятнадцать лет вместе. Это совместное имущество, даже если формально квартира твоя.
Сергей усмехнулся – коротко, безрадостно.
– Лер, не начинай. Юристы всё проверили. Квартира куплена до брака, на мои деньги. Никаких вложений с твоей стороны не было. Суд будет на моей стороне.
Она молчала, переваривая его слова. В голове крутились воспоминания: как они вместе делали ремонт, как она отказывалась от отпуска, чтобы закрыть его кредиты, как работала на двух работах, пока он «раскручивал бизнес». Всё это – не вложения?
Вечер прошёл в напряжённой тишине. Сергей ушёл в свой кабинет, а Лера сидела на кухне, глядя в окно на огни города. Она не плакала – пока. Просто пыталась понять, как всё дошло до этого. Когда он перестал быть тем мужчиной, за которого она выходила замуж?
На следующий день Лера взяла отгул на работе. Нужно было подумать, собраться с силами. Сергей ушёл рано, бросив на ходу:
– Я серьёзно насчёт недели. Не затягивай.
Она осталась одна в квартире, которая вдруг стала чужой. Прошла по комнатам, касаясь знакомых вещей. В спальне – их большая кровать, где они столько лет спали рядом. В гостиной – диван, на котором они смотрели сериалы, обнявшись. В детской – игрушки Миши, его рисунки на стенах.
Телефон зазвонил – подруга Света.
– Лер, ты как? Голос у тебя вчера был странный.
Лера вздохнула.
– Свет, приезжай, если можешь. Мне поговорить надо.
Света приехала через час – с бутылкой вина и коробкой пирожных. Они сели на кухне, и Лера всё рассказала.
– Вот сволочь, – тихо сказала Света, когда Лера закончила. – Просто сволочь. И что ты будешь делать?
– Не знаю, – честно призналась Лера. – Он говорит, квартира его, и всё. А я.. я же здесь всю жизнь построила.
Света задумалась.
– Слушай, а ты уверена, что квартира полностью его? Вы же вместе ипотеку закрывали, нет?
– Нет, ипотеки не было. Он купил до свадьбы, на деньги от продажи своей однушки и помощи родителей.
– Но за пятнадцать лет наверняка были улучшения? Ремонт, мебель...
Лера кивнула.
– Да, всё это было. Но он говорит, это не считается.
Света нахмурилась.
– Лер, не верь ему на слово. Иди к юристу. Сейчас же. Есть специалисты по семейному праву, по разделу имущества. Может, у тебя есть права.
Лера посмотрела на подругу. В её словах была надежда – тонкая, но реальная.
– Ты думаешь?
– Уверена. И ещё – позвони Кате. Она должна знать.
Дочь... Лера вздохнула. Катя училась в Питере, на третьем курсе. Они созванивались почти каждый день, но такую новость по телефону...
– Позвоню вечером, – решила она.
Света осталась до вечера. Они пили чай, говорили о разном, пытаясь отвлечься. Когда подруга ушла, Лера набрала номер дочери.
– Мам, привет! – радостно ответила Катя. – Как дела?
– Кать... – Лера замялась. – У нас с папой... проблемы.
Она рассказала всё – спокойно, без лишних эмоций. Катя молчала долго, потом тихо сказала:
– Мам, я приеду в выходные. Обязательно.
– Не надо, учись...
– Надо. Я уже взрослая. Мы вместе разберёмся.
Вечером вернулся Сергей. Он выглядел довольным – видимо, день прошёл удачно.
– Ну как, собрала вещи? – спросил он, снимая куртку.
Лера посмотрела на него прямо.
– Нет, Сергей. И не буду. Это мой дом тоже.
Он нахмурился.
– Лера, не усложняй. Я не хочу скандалов.
– А я не хочу уходить. Давай поговорим нормально. Может, есть другой выход.
– Какой выход? – он повысил голос. – Я хочу жить с другой женщиной. Здесь. Всё.
Лера почувствовала, как внутри снова всё сжимается.
– Кто она? – спросила тихо.
Сергей помолчал.
– Коллега по работе. Мы вместе уже год.
Год. Целый год он обманывал её, приходил домой, целовал, говорил о любви. А сам...
– Почему ты не сказал раньше?
– Потому что не хотел – Но теперь решил. Всё.
Он ушёл в кабинет, а Лера осталась сидеть, глядя в темноту за окном. Ночь была долгой – она почти не спала, прокручивая в голове их жизнь. Утро, когда они познакомились. Свадьба. Рождение детей. Поездки на море. И вот теперь – это.
На следующий день Лера нашла юриста – по рекомендации Светы. Офис был в центре, женщина средних лет, спокойная, профессиональная.
– Расскажите всё подробно, – попросила она.
Лера рассказала – о квартире, о браке, о том, что Сергей сказал.
Юрист слушала внимательно, делая пометки.
– Валерия Александровна, ситуация не однозначная. Квартира действительно приобретена до брака, но за пятнадцать лет совместной жизни могли быть обстоятельства, дающие вам право на долю. Например, если вы вкладывали средства в ремонт, улучшения, погашение каких-то обязательств...
– Мы делали ремонт вместе, – кивнула Лера. – И мебель покупали, и технику.
– Это может быть учтено. Ещё важный момент – если квартира стала семейным гнездом, местом жительства семьи, суд иногда признаёт право проживания. Особенно с учётом детей.
Лера почувствовала лёгкую надежду.
– То есть я могу остаться?
– Не сразу, но шансы есть. Нужно собрать документы – свидетельство о браке, о рождении детей, чеки на ремонт, если сохранились. И подать встречный иск при разводе.
– А если он подаст на развод первым?
– Ничего страшного. Мы ответим. Главное – не съезжайте сейчас. Если вы уедете добровольно, потом доказать право проживания будет сложнее.
Лера кивнула, записывая всё.
– Спасибо. Я соберу документы.
Вернувшись домой, она почувствовала себя чуть увереннее. Сергей был на работе – видимо, уже планировал свою новую жизнь. Она прошла по квартире, собирая бумаги – старые чеки, договоры на ремонт, фотографии.
Вечером он вернулся поздно.
– Лер, я серьёзно, – начал он сразу. – Неделя истекает.
– Я никуда не уеду, – спокойно ответила она. – Это мой дом тоже.
Он посмотрел на неё с удивлением.
– Ты что, решила воевать?
– Нет, Сергей. Просто защищать свои права.
Он покачал головой.
– Зря ты так. Будет только хуже.
– Хуже уже некуда, – тихо сказала она.
Он ушёл в спальню, а Лера осталась на кухне. Впереди были трудные дни – суд, документы, разговоры. Но впервые за неделю она почувствовала, что не одна. Есть Катя, Света, юрист. И, возможно, закон на её стороне.
Но Сергей явно не собирался сдаваться просто так. На следующий день он привёз какие-то коробки – видимо, для её вещей. И ещё – позвонил какой-то женщине при ней, громко, чтобы она слышала.
– Да, милая, скоро всё решим. Неделя-другая, и будем вместе.
Лера слушала и думала: кто эта женщина, готовая въехать в чужой дом? И что будет дальше?
Выходные приближались, Катя должна была приехать. Может, вместе они найдут выход. А пока Лера решила: держаться. Не сдаваться. Этот дом – её жизнь. И просто так она его не отдаст.
Но в воскресенье утром раздался звонок в дверь. Сергей пошёл открывать, и Лера услышала женский голос – мягкий, уверенный.
– Серёж, милый, я привезла некоторые вещи. Можно пока оставить?
Лера вышла в коридор и увидела её – молодую, красивую, с чемоданом в руках. Сергей выглядел растерянным.
– Подожди, ещё не время...
Но женщина уже входила, улыбаясь.
– Здравствуйте, – сказала она Лере. – Вы, наверное, Валерия?
И в этот момент Лера поняла: война только начинается...
– Да, это я, – ответила Лера, стараясь сохранить голос ровным, хотя внутри всё кипело.
Женщина улыбнулась – открыто, уверенно, словно была здесь хозяйкой. Она была моложе Леры лет на десять, с аккуратной причёской, модной сумкой через плечо и лёгким макияжем, который подчёркивал её ухоженность. В руках она держала небольшой чемодан, а за спиной маячил Сергей с растерянным видом.
– А я Ольга, – представилась она, протягивая руку. – Рада наконец познакомиться. Сергей столько о вас рассказывал.
Лера не пожала протянутую руку. Она просто стояла в коридоре, чувствуя, как пол уходит из-под ног. Это было слишком – эта женщина в их доме, с вещами, с улыбкой победительницы.
– Ольга, подожди, – вмешался Сергей, пытаясь взять чемодан. – Я же сказал, ещё рано.
– Но ты сам просил привезти некоторые вещи заранее, – мягко возразила она, не отрывая взгляда от Леры. – Чтобы не бегать потом. И вообще, милый, сколько можно тянуть? Ты обещал, что всё решится быстро.
Сергей бросил быстрый взгляд на Леру – в нём мелькнуло что-то вроде вины, но тут же исчезло.
– Лера, давай не при ней, – тихо сказал он. – Иди в комнату, мы разберёмся.
– Разберёмся? – Лера почувствовала, как голос всё-таки дрогнул. – В моём доме? С ней?
Ольга слегка нахмурилась, но улыбка не исчезла.
– Валерия, я понимаю, это сложно для вас. Но мы с Сергеем любим друг друга. Уже давно. И он хочет начать всё заново. Со мной.
Лера посмотрела на неё внимательнее. В словах Ольги не было злобы – только уверенность в своей правоте, словно она действительно верила, что имеет на это право.
– А вы понимаете, что это мой дом тоже? – спросила Лера тихо. – Пятнадцать лет. Дети здесь выросли.
Ольга пожала плечами.
– Сергей объяснил. Квартира его, до брака. Юридически всё чисто.
Сергей кивнул, ставя чемодан в угол прихожей.
– Лер, хватит. Я подал заявление в загс. Развод по обоюдному согласию. Подпишешь – и разойдёмся мирно.
– А если не подпишу?
Он вздохнул.
– Тогда через суд. Но результат будет тот же.
Ольга мягко коснулась его руки.
– Серж, может, я подожду в машине? Не хочу мешать вашему разговору.
– Нет, оставайся, – отрезал он. – Это теперь и твой дом тоже.
Лера почувствовала, как слёзы подступают, но взяла себя в руки. Она повернулась и ушла в кухню, закрыв дверь. Там села за стол, обхватив голову руками. Как он мог? Привести её сюда, при ней говорить такое?
Через минуту в кухню зашёл Сергей. Один.
– Лер, прости за этот... инцидент. Ольга просто торопится. Она квартиру свою сдаёт, нужно куда-то вещи девать.
– Вещи девать? – Лера подняла на него взгляд. – В мой дом?
– В наш, – поправил он. – Мой, если точно.
– Ты правда думаешь, что всё так просто? – спросила она. – Что я возьму и уйду?
Он сел напротив.
– А что тебе остаётся? Куда ты пойдёшь? К родителям? В съёмную? С твоей зарплатой?
Лера молчала. Он был прав – финансово она всегда зависела от него. Он зарабатывал больше, бизнес его раскрутился. Она работала бухгалтером в небольшой фирме, хватало на жизнь, но не на отдельное жильё в Москве.
– Я найду выход, – сказала она наконец.
– Не усложняй, Лер. Подпиши бумаги – и я помогу. Деньги дам на первый взнос за студию или что-то. Детям скажем, что разошлись по-доброму.
– По-доброму? – она горько усмехнулась. – После всего этого?
Он встал.
– Думай. Время идёт.
Когда он ушёл, Лера услышала, как они разговаривают в коридоре – тихо, но она разобрала слова Ольги:
– Она подпишет, не переживай. Куда ей деваться?
Вечером приехала Катя. Дочь вошла молча, обняла мать крепко, без слов. Они сидели на кухне, пока Сергей с Ольгой были в гостиной – Ольга осталась на ужин, словно ничего не происходило.
– Мам, это правда? – тихо спросила Катя, когда они остались одни.
Лера кивнула.
– Правда. Он хочет развода. И чтобы я уехала.
Катя сжала кулаки.
– А квартира?
– Говорит, его.
– Но мы же здесь всю жизнь! Я здесь росла, Миша...
– Я знаю, солнышко. Я пошла к юристу. Есть шансы.
Катя посмотрела на мать с надеждой.
– Какие?
– Если доказать, что я вкладывала в квартиру – ремонт, улучшения. Или что это совместное имущество по факту.
– А доказательства есть?
– Чеки старые, договоры. Что-то найду.
За ужином атмосфера была напряжённой. Ольга пыталась вести светскую беседу – спрашивала Катю об учёбе, о Питере. Катя отвечала односложно, не глядя на неё.
– А вы надолго в Москве? – наконец спросила Ольга.
– Пока не знаю, – холодно ответила Катя. – Зависит от обстоятельств.
Сергей кашлянул.
– Катя, давай без этого.
– Без чего, пап? Без правды?
Ольга улыбнулась натянуто.
– Я понимаю, вы за маму переживаете. Но всё будет хорошо.
Катя посмотрела на неё прямо.
– Хорошо для кого?
После ужина Ольга уехала – Сергей проводил её до машины. Катя осталась с матерью.
– Мам, я поговорю с папой.
– Не надо, Кать. Это наша с ним жизнь.
– Нет, мам. Это и моя тоже. Он не имеет права так с тобой.
Но Сергей, вернувшись, сам начал разговор.
– Катя, ты взрослая. Пойми – люди иногда расходятся. Мы с мамой... просто устали друг от друга.
– Устали? – Катя повысила голос. – А привести сюда свою... подругу – это не усталость?
– Не кричи, – сказал он тихо. – И уважай мой выбор.
– А ты уважаешь мамин?
Он молчал.
Ночь Лера провела без сна. На следующий день она собрала все документы – старые чеки на ремонт, выписки по счетам, где были общие траты. Юрист обещала помочь с иском.
Прошла неделя. Сергей становился всё нервнее – Лера не собирала вещи, не подписывала бумаги.
– Лер, я серьёзно, – сказал он однажды вечером. – Ольга уже квартиру сдала. Ей негде жить.
– А мне есть где? – спросила Лера.
– Я же предлагал помочь.
– На твоих условиях.
Он вздохнул.
– Тогда через суд. Я подал заявление.
Лера кивнула.
– Я тоже подала. Встречный иск.
Он замер.
– Какой иск?
– На раздел имущества. И на право проживания.
– Ты с ума сошла? – он повысил голос. – Юристы сказали, шансов нет!
– Мои юристы сказали иначе.
Он ходил по комнате, нервно потирая руки.
– Это будет стоить денег. Времени. Детям плохо сделаем.
– Ты уже сделал, – тихо ответила она.
Ольга звонила ему часто – Лера слышала обрывки разговоров. Ольга торопила, говорила о свадьбе, о планах.
– Серж, когда уже? Я устала ждать.
– Скоро, милая. Она упрямится, но я разберусь.
Катя уехала обратно в Питер, но обещала приехать на суд. Мишу Лера забрала от бабушки – сын был в шоке, но держался.
– Мам, а мы куда поедем? – спросил он однажды.
– Никуда, сынок. Останемся здесь.
Месяцы тянулись. Суд назначил заседание. Лера собрала все доказательства – свидетелей из соседей, которые помнили ремонт, выписки, где она переводила деньги на общие нужды.
Сергей нанял дорогого адвоката. Ольга приходила на заседания – сидела рядом с ним, держала за руку.
На первом заседании судья слушала обе стороны.
– Истец просит расторжения брака и выселения ответчицы, – говорил адвокат Сергея. – Квартира приобретена до брака, на личные средства.
Адвокат Леры возражала:
– За период совместной жизни ответчица вкладывала средства в улучшение жилья, оно стало семейным. Просим признать право на долю или компенсацию.
Судья отложила дело – запросила дополнительные документы.
Сергей был в ярости.
– Лер, сколько это будет тянуться? Ольга уже на съёмной, нервничает.
– А я нервничаю? – спросила Лера. – Живу с мыслью, что чужая женщина хочет мой дом.
– Не чужая, – поправил он. – Моя женщина.
Лера молчала.
Напряжение росло. Ольга однажды пришла сама – без Сергея.
– Валерия, можно поговорить? – спросила она в дверь.
Лера впустила – любопытно было.
Они сели на кухне.
– Я не враг вам, – начала Ольга тихо. – Просто люблю Сергея. И хочу семью.
– А у него уже есть семья, – ответила Лера.
– Была. Он говорит, что давно не счастлив с вами.
Лера посмотрела на неё.
– А вы уверены, что он будет счастлив с вами? Надолго?
Ольга помолчала.
– Уверена.
– Тогда почему торопите? Почему в мой дом?
– Потому что это его дом. И он хочет там жить со мной.
Лера вздохнула.
– Ольга, вы молоды. Найдёте другого. А я.. я здесь всю жизнь.
Ольга встала.
– Нет, Валерия. Я его люблю. И останусь.
После этого Сергей стал жёстче. Он перевёл вещи в другую комнату, спал отдельно. Иногда не приходил ночевать.
Миша спрашивал:
– Папа с тётей Олей?
Лера не знала, что ответить.
Второе заседание. Адвокаты спорили о вкладах. Судья слушала свидетелей.
Соседка вспоминала:
– Да, они вместе ремонт делали. Лера обои клеила, Сергей полы.
Друг Сергея – неловко:
– Ну, деньги общие были...
Но адвокат Сергея возражал:
– Нет документальных подтверждений значительных вложений ответчицы.
Лера сидела в зале, чувствуя, как сердце колотится. Катя приехала – сидела рядом, держала за руку.
После заседания Сергей подошёл.
– Лер, давай договоримся. Я дам денег – купишь себе квартиру. Однокомнатную, но свою.
– А если нет?
– Тогда проиграешь. И уйдёшь с ничем.
Она посмотрела на него.
– Посмотрим.
Но внутри она боялась. А вдруг он прав?
Третье заседание приближалось. Ольга снова была – бледная, нервная.
– Серж, если она выиграет... что тогда?
– Не выиграет, – уверял он.
Но в его голосе Лера услышала сомнение.
А потом пришло письмо от суда – экспертиза. Нужно оценить улучшения квартиры за годы брака.
Сергей взорвался.
– Это сколько денег вылетит! Лер, ты разрушаешь всё!
– Ты разрушил, – тихо сказала она.
Он ушёл, хлопнув дверью.
Ольга звонила ему – Лера слышала крики в трубку.
– Ты обещал! А теперь суд, деньги, нервы!
Катя шепнула матери:
– Мам, кажется, у них не всё гладко.
Лера кивнула.
Кульминация приближалась – финальное заседание. Экспертиза показала: улучшения значительные, часть за счёт общих средств.
Судья объявила перерыв для решения.
Все ждали. Лера не спала ночами. Сергей ходил мрачный. Ольга перестала приходить.
А потом – звонок от адвоката.
– Валерия Александровна, хорошие новости. Но есть неожиданный поворот...
Лера замерла. Что же случилось дальше?
– Валерия Александровна, – голос адвоката в трубке звучал спокойно, но с ноткой торжества, – суд вынес решение. Ваша доля в квартире признана. Пятьдесят процентов.
Лера села на стул на кухне, чувствуя, как ноги подкашиваются. Она ждала этого звонка неделю – после последнего заседания, когда экспертиза подтвердила значительные улучшения жилья за счёт общих средств. Но услышать это вслух...
– Пятьдесят? – переспросила она тихо. – Точно?
– Точно. Суд учёл ремонт, покупку мебели, техники, ваши переводы на общие нужды. Плюс факт совместного проживания и воспитания детей. Сергей обязан либо выкупить вашу долю, либо продать квартиру и разделить деньги. А до полного расчёта вы имеете право жить здесь.
Лера закрыла глаза. Слёзы всё-таки потекли – тихие, облегчающие. Столько месяцев напряжения, бессонных ночей, разговоров с детьми...
– А этот... неожиданный поворот? – вспомнила она.
Адвокат помолчала.
– Ольга подала заявление о расторжении помолвки или как там они это называли. И требует от Сергея компенсацию – за сданную квартиру, за переезд, за моральный ущерб. Говорит, он обещал всё быстро решить, а теперь она на съёмной, нервы, работа пострадала.
Лера невольно усмехнулась. Значит, вот оно что.
– Спасибо вам огромное, – сказала она искренне. – Вы спасли меня.
– Вы сами себя спасли, – мягко ответила адвокат. – Тем, что не сдались.
Вечером того же дня вернулся Сергей. Он выглядел уставшим, осунувшимся – костюм помятый, глаза красные. Лера сидела на кухне с чаем, Миша делал уроки в своей комнате.
– Решение вынесли, – сказал он сразу, не здороваясь. Голос был глухим.
– Знаю, – кивнула Лера.
Он сел напротив, опустив голову.
– Лер... я не думал, что так выйдет. Мой адвокат говорил, шансов у тебя нет.
– А ты ему верил, – тихо сказала она. – Как верил, что всё просто: сказал – и я уйду.
Сергей молчал долго.
– Ольга ушла, – наконец выдохнул он. – Сказала, что не хочет ждать, пока я буду выкупать долю или продавать. У неё нервы не выдержали. Собрала вещи и.. всё.
Лера посмотрела на него. В его глазах была пустота – не злость, не раскаяние даже, а просто усталость человека, который понял, что потерял больше, чем планировал.
– Ты её любил? – спросила она прямо.
Он пожал плечами.
– Думал, что да. Думал, что с ней будет новая жизнь, легче, ярче. А оказалось... просто иллюзия.
– А со мной что было не так?
Сергей поднял взгляд.
– Не знаю, Лер. Рутина. Усталость. Хотелось почувствовать себя снова молодым, нужным. Глупость, наверное.
– Не, наверное, – мягко сказала она. – Точно глупость. Но теперь поздно.
Он кивнул.
– Я найду деньги. Выкуплю твою долю. Или продадим – как решишь.
Лера помолчала.
– Продавать не хочу. Это наш дом. Детей. Я останусь. А ты... решай сам.
Сергей встал.
– Я уеду. К родителям пока. Или сниму что-то.
Он пошёл в свою комнату – ту, куда переселился месяцы назад. Лера услышала, как он собирает вещи – тихо, без хлопанья дверями.
Миша вышел из комнаты.
– Мам, папа уезжает?
– Да, сынок, – Лера обняла его. – Но он всегда будет твоим папой. Будет приезжать, звонить.
Миша кивнул – серьёзно, по-взрослому.
– А мы останемся?
– Останемся. Это наш дом.
На следующий день Сергей уехал. Он оставил ключи, забрал только личные вещи. Попрощался с Мишей – неловко, но тепло. Лере просто кивнул.
– Если что нужно – звони, – сказал он на пороге.
– Хорошо, – ответила она.
Дверь закрылась. В квартире стало тихо – непривычно, но спокойно.
Катя приехала в выходные. Они сидели втроём на кухне – Лера, дочь и сын. Пили чай с пирогом, который Лера испекла сама.
– Мам, ты молодец, – сказала Катя тихо. – Я так гордилась тобой в суде. Ты была такая сильная.
– Я боялась, Кать, – призналась Лера. – Каждый день. Но не могла просто уйти. Это же наш дом.
– Теперь точно наш, – улыбнулся Миша.
Лера посмотрела на детей. В их глазах была гордость – и за неё, и за себя. Они прошли это вместе.
Прошёл месяц. Сергей звонил – спрашивал о Мише, перевёл алименты, даже предлагал помощь по дому. Но Лера чувствовала: он изменился. Стал тише, задумчивее. Однажды сказал по телефону:
– Лер, прости меня. Я правда не понимал, что делаю.
– Я прощаю, – ответила она. – Ради детей. И ради себя.
Ольга исчезла из их жизни полностью. Ходили слухи – от общих знакомых, – что она быстро нашла кого-то другого. Сергей не комментировал.
Лера начала новую жизнь – в том же доме, но уже по-своему. Она переставила мебель, повесила новые шторы – светлые, лёгкие. Записалась на курсы – давно хотела выучить английский по-настоящему. На работе предложили повышение – она согласилась.
Вечерами они с Мишей гуляли в парке рядом, а по выходным Катя приезжала из Питера. Дом снова наполнился смехом, запахом домашней еды, тихими разговорами.
Однажды вечером Лера стояла у окна, глядя на огни города. В руках – чашка чая. Она подумала: сколько всего было – слёз, страхов, сомнений. Но теперь – спокойствие. И сила, которую она в себе открыла.
– Мам, ужин готов! – крикнул Миша из кухни.
Лера улыбнулась.
– Иду, сынок.
Она повернулась и пошла – в свой дом, в свою жизнь. Ту, которую отстояла. Ту, которую теперь строила сама.
А за окном Москва жила своей жизнью – шумной, яркой, полной возможностей. И Лера знала: теперь она готова к ним. Ко всему.
Рекомендуем: