— Восемь тысяч? — голос Вадима прорезал тишину квартиры. — Ты что, совсем офигела?
Алена вздрогнула и прижала к себе квитанцию. Катя, сидевшая на полу с игрушками, тоже испуганно подняла глаза на папу.
— Вадим, это за детский сад... — начала она, но муж перебил:
— Я вижу, за что! За место в очереди! Восемь тысяч просто так, за воздух! Ты хоть понимаешь, сколько это денег?
— Но все так делают, иначе мы не попадем...
— Всем плевать, как делают! — Вадим швырнул куртку на диван. — Я тебя с ребенком обеспечиваю, работаю, а ты тратишь деньги на ерунду!
Алена почувствовала, как к горлу подкатывает комок. Это было уже не в первый раз за последние недели. После Нового года Вадим как подменили — раньше он никогда не кричал, не придирался к каждой копейке.
— Я не сижу просто так, — тихо сказала она. — Я с Катей...
— С Катей! — он нервно прошелся по комнате. — Другие как-то справляются, не выкидывают деньги на ветер!
Катя начала хныкать. Алена подхватила дочку на руки, покачала. Девочка уткнулась маме в плечо, сжимая крошечными пальчиками воротник домашней кофты.
— Вадим, давай спокойно поговорим...
— Нет, не давай! — он развернулся к ней. — Все, хватит! Теперь на каждую трату будешь мне отчитываться. Слышишь? Каждую копейку!
Он ушел в спальню и хлопнул дверью. Алена стояла посреди комнаты, прижимая к себе дочку, и чувствовала, как по щекам текут слезы. Она не понимала, что происходит. Три месяца назад они были счастливы, строили планы на лето, хотели поехать на море всей семьей. А теперь...
***
Следующие дни превратились в кошмар. Вадим придирался ко всему. К покупке детского пюре в баночках — раньше дети обходились без этого. К новым колготкам для Кати — она же растет быстро, зачем переплачивать. К двум батонам хлеба вместо одного.
Каждый вечер начинался одинаково.
— Сколько сегодня потратила?
— Чеки где?
— Почему так дорого?
Алена пыталась объяснять, показывать списки покупок, но это не помогало. Вадим находил, к чему придраться. Однажды вечером он долго рассматривал чек из продуктового.
— Триста рублей на фрукты? — он поднял на нее взгляд. — Катя что, не может без клубники зимой?
— Там не только клубника, — устало ответила Алена. — Бананы, яблоки...
— Яблоки по сто рублей за кило! Ты в курсе, что в сезон они стоят тридцать?
— Вадим, сейчас январь.
— И что? Значит, не покупаем! — он швырнул чек на стол. — Я работаю, обеспечиваю семью, а ты как будто в магазине своем, покупаешь все подряд!
Алена закусила губу. Раньше он никогда так не говорил. Никогда не упрекал едой, одеждой, тратами. Что случилось? Что она сделала не так?
Ночью, когда Вадим засыпал, она лежала и смотрела в потолок. Катя сопела в детской кроватке рядом. Малышка недавно научилась говорить первые слова — мама, баба, дай. Алена вспоминала, как месяц назад они втроем радовались каждому новому звуку, который издавала дочка. Вадим подхватывал Катю на руки, подбрасывал вверх, и та заливисто смеялась.
А теперь он приходил с работы хмурый, молчаливый. Даже на дочку почти не смотрел.
***
Через неделю ситуация стала еще хуже. Алена готовила ужин, когда Вадим вернулся домой. Она специально сделала его любимое — картошку с мясом, салат из свежих овощей. Накрыла на стол, надеясь, что хоть сегодня вечер пройдет спокойно.
Вадим сел за стол, посмотрел на тарелку.
— Мясо дорогое брала?
— Обычное, — Алена присела напротив. — Свинину, как ты любишь.
— Сколько?
— Четыреста рублей за килограмм.
Он отложил вилку.
— А могла взять по двести пятьдесят. Или курицу вообще. Зачем переплачивать?
Алена почувствовала, как внутри все сжимается.
— Я хотела сделать тебе приятное...
— Приятное? — он усмехнулся. — Знаешь, что мне приятно было бы? Чтобы деньги зря не тратились! Я вкалываю на фабрике по двенадцать часов, а ты тут как барыня живешь!
— Вадим, при чем тут барыня? Я весь день с ребенком...
— Весь день с ребенком! — он повысил голос. — Другие матери и работают, и детей растят! А ты на моей шее сидишь!
Это было слишком. Алена резко встала из-за стола.
— Ты что несешь?! — она почувствовала, как голос дрожит. — Я год назад родила! Потеряла работу, здоровье подорвала, а ты мне про шею рассказываешь?!
— Ну так иди работай! — Вадим тоже встал. — Хватит дома киснуть! Или думаешь, я всю жизнь буду тебя кормить?!
— Кате год! Куда я ее дену?! В садик очередь два года минимум!
— Вот и не надо было восемь тысяч выкидывать! — он схватил куртку. — Отдала бы матери своей, пусть сидит с внучкой!
— Моя мама работает!
— И что? Пусть в отпуск возьмет! Или на больничный! А ты выйдешь на работу, будешь деньги зарабатывать, а не только тратить!
Он хлопнул дверью. Алена опустилась на стул и закрыла лицо руками. Катя проснулась от шума и заплакала. Алена пошла к ней, взяла на руки, начала качать.
— Тише, солнышко, тише, — шептала она, сама борясь со слезами. — Все хорошо, мама рядом...
Но ничего не было хорошо. Ее муж, которого она знала пять лет, с которым прожила три года в браке, вдруг превратился в чужого человека. Злого, придирчивого, постоянно всем недовольного.
***
На следующий день, когда Катя уснула на дневной сон, Алена не выдержала. Достала телефон и позвонила маме.
— Мам, — голос предательски дрогнул.
— Аленка? Что случилось? — Нина Петровна сразу насторожилась.
— Я... мам, я не знаю, что делать...
И она все рассказала. Про квитанцию за садик, про придирки, про вчерашний скандал. Говорила, сбивчиво, глотая слезы, пока мама молча слушала.
— Вот так вот, — закончила Алена. — Я не понимаю, что с ним. Раньше он таким не был никогда.
Нина Петровна помолчала.
— А когда это началось? Точно помнишь?
— После Нового года. Нет, даже раньше... После корпоратива их в конце декабря. Он пришел какой-то мрачный, ничего не рассказывал. А на следующий день началось.
— Понятно, — в голосе мамы послышались нотки понимания. — Слушай, а что у него на работе? Не сокращают?
— Нет, наоборот, заказов много. Работают даже по выходным сейчас.
— Тогда странно... — мама задумалась. — Знаешь что, позвони Свете. Спроси, не слышала ли она чего про Вадимову фабрику.
— Света при чем? — не поняла Алена.
— Она же в торговом центре работает, там народу много проходит. Вдруг что знает. А я в субботу к вам приеду, хорошо? Поговорю с зятем.
— Мам, не надо... — начала Алена, но мать перебила:
— Надо. Очень надо. Так нельзя. Ты родила ему ребенка, а он тебе нервы мотает. Нет уж, поговорим.
***
Алена позвонила сестре вечером, когда Вадим ушел на работу — у них была ночная смена.
— Света, привет. Как дела?
— Нормально, — сестра что-то шуршала на том конце провода. — Что-то случилось? Ты какая-то грустная.
— Да так... слушай, ты случайно ничего не слышала про мебельную фабрику, где Вадим работает?
— Мебельную? — Света задумалась. — А, стой, я ж на днях Олега видела! Ну, Вадиного друга, помнишь?
— Ну?
— Так они с женой коляску покупали. Дорогую такую, импортную. Я поздоровалась, спросила, как дела. Олег какой-то... не знаю, странный был. Быстро ушел, даже толком не ответил. А Ирина, жена его, сказала, что скоро у них второй ребенок будет, вот готовятся.
Алена нахмурилась.
— Коляску дорогую?
— Ну да. Я цену видела — двадцать восемь тысяч. Представляешь? Хотя у них уже сын трехлетний, Ирина тоже дома сидит, но вроде нормально живут.
Алена попрощалась с сестрой и задумалась. Олег и Вадим работают на одной фабрике, получают примерно одинаково — об этом Вадим сам рассказывал. У Олега жена дома, ребенок, скоро второй. И ничего, покупают дорогие коляски, не считают каждую копейку.
А Вадим устраивает ей сцены из-за баночки пюре за пятьдесят рублей.
Что-то здесь не сходилось.
***
В пятницу вечером, когда Вадим вернулся с работы, Алена решилась спросить напрямую.
— Вадим, у нас что-то с деньгами? Долги какие-то? Проблемы?
Он поднял на нее взгляд.
— С чего ты взяла?
— Ну ты постоянно про деньги говоришь, придираешься к каждой трате... Может, зарплату урезали?
— Не урезали, — он отвернулся. — Просто надоело, что ты тратишь бездумно.
— Я не трачу бездумно! — Алена почувствовала, как закипает. — Я покупаю только необходимое! Когда я последний раз себе что-то брала? Месяца три назад колготки купила, и все!
— Ну вот видишь, сама признаешь — деньги улетают.
— На ребенка! На еду! На коммуналку!
— Хватит орать, — Вадим прошел мимо нее в комнату.
Алена стояла на кухне и чувствовала полное бессилие. С ним невозможно разговаривать. Он как стена — что ни скажи, все отскакивает.
Она вспомнила, каким он был год назад, когда Катя только родилась. Он носился вокруг них обеих, помогал с ночными кормлениями, менял подгузники. Приходил с работы усталый, но всегда находил силы поиграть с дочкой, погулять с коляской.
Что случилось за это время? Куда делся тот Вадим?
***
В субботу утром приехала Нина Петровна. Вадим как раз собирался на работу — сдавали большой заказ, мастера вызвали на выходные.
— Здравствуй, Вадим, — мама обняла зятя.
— Здравствуйте, Нина Петровна, — он натянуто улыбнулся. — Извините, я сейчас на работу.
— Ничего, вечером поговорим, — спокойно сказала мама.
Когда дверь за ним закрылась, Нина повернулась к дочери.
— Рассказывай все подробно. С самого начала.
Они сели на кухне. Катя играла рядом с кубиками. Алена рассказала все — про квитанцию, про придирки, про скандалы. Мама слушала, изредка кивая.
— Понятно, — наконец сказала она. — А корпоратив их когда был?
— Двадцать восьмого декабря.
— И после него началось?
— Ну да. На следующий день он уже какой-то злой был.
Нина задумчиво посмотрела в окно.
— Света говорила, Олег коляску покупал дорогую. Они же с Вадимом вместе работают?
— Да. Вадим говорил, они примерно одинаково получают.
— Вот именно — говорил. А сейчас что-то изменилось, — мама повернулась к дочери. — Я тридцать лет в поликлинике работаю, людей насквозь вижу. Вадим не из-за денег психует. Он из-за чего-то другого.
— Из-за чего?
— Вот это мы сегодня и выясним.
***
Вадим вернулся в шесть вечера. Нина уже накрыла на стол — сделала салат, разогрела котлеты, которые Алена приготовила днем.
— Садись, зять, — позвала она. — С дороги небось голодный.
Вадим сел, но ел неохотно, все поглядывал на тещу. Чувствовал, что разговор предстоит серьезный.
— Как на работе дела? — спросила Нина между делом. — Говорят, заказов много пошло.
— Да, много, — коротко ответил Вадим.
— Это хорошо. Значит, производство развивается. Небось и зарплаты подняли?
Вадим напрягся.
— Не всем.
— А? — Нина подняла бровь. — Как это не всем?
— Тем, кто больше пяти лет отработал. Им подняли.
— А ты сколько?
— Четыре с половиной.
Нина кивнула.
— Обидно, наверное. Полгода не хватило.
Вадим молчал, упорно смотря в тарелку.
— А Олег, друг твой, — продолжила Нина, — ему подняли?
— Откуда вы знаете про Олега? — Вадим резко поднял голову.
— Света его видела, коляску он покупал. Дорогую. Значит, денег хватает. Ему зарплату подняли?
Вадим сжал кулаки.
— Подняли. Семь тысяч прибавили.
— Семь тысяч, — повторила Нина. — Немало. А у него жена дома, ребенок, второй скоро. И справляются. Хвастался небось на корпоративе?
Вадим молчал, но по его лицу все было понятно.
— Вот и злишься с тех пор, — спокойно продолжила Нина. — На себя, на жизнь, на то, что кому-то повезло больше. И вымещаешь это на Алене.
— Я не вымещаю! — он встал из-за стола. — Просто надоело, что деньги улетают непонятно куда!
— Вадим, — голос Нины стал жестким. — Сядь.
Он сел, удивленный таким тоном.
— Объясни мне, при чем здесь Алена? Она виновата, что тебе зарплату не подняли? Она виновата, что Олегу повезло больше?
— Нет, но...
— Никаких но, — Нина наклонилась вперед. — Ты злишься на начальство, на несправедливость, на обстоятельства. И вместо того, чтобы признаться себе в этом, начал упрекать жену. Которая год назад родила тебе ребенка. Которая кормит, стирает, не спит ночами, когда у Кати зубы режутся. Которая потеряла фигуру, здоровье подорвала, карьеру поставила на паузу.
Вадим молчал, отводя взгляд.
— Ты думаешь, ты геройство совершаешь, что работаешь? — продолжала Нина. — Ты семью завел, ребенка родили — это твоя обязанность их обеспечивать. Не одолжение делаешь, а долг свой выполняешь. Алена тоже работает — только ее работа без выходных, без отпусков, без зарплаты. Круглые сутки.
Она встала, подошла к окну.
— Знаешь, что самое паршивое? Что ты не с ней поговорил. Не сказал: дорогая, мне обидно, что другим повезло больше. Давай вместе подумаем, как нам быть. Нет. Ты начал ее в грязь втаптывать, каждой копейкой попрекать. До слез доводить.
Вадим опустил голову.
— Я... я не хотел ее обидеть.
— Не хотел? — Нина повернулась к нему. — А что хотел? Самоутвердиться? Показать, что ты главный? Вадим, ты мужик вроде неглупый. Так веди себя соответственно.
***
Несколько минут стояла тишина. Катя возилась с игрушками в углу комнаты. Алена сидела молча, не зная, что сказать.
Вадим наконец поднял голову.
— Нина Петровна... я правда не понимал. На корпоративе Олег всем рассказывал, как теперь жить будет. Что жена говорит — пора мне на работу, а он ответил — сиди дома, я теперь могу себе это позволить. И все его поздравляли, хлопали по плечу. А я сидел и думал: почему ему можно, а мне нельзя? Я же тоже стараюсь, работаю не хуже.
Он потер лицо руками.
— И когда Алена показала квитанцию на восемь тысяч... у меня как будто что-то сорвалось. Подумал: Олег может себе позволить не считать копейки, а я должен на всем экономить. И начал злиться.
— На Алену, — тихо сказала Нина.
— Да. На нее. Хотя она тут вообще ни при чем, — он посмотрел на жену. — Лен, прости меня. Я повел себя как последний...
— Не надо, — Алена встала. — Просто... почему ты мне не сказал? Я бы поняла. Мы бы вместе думали, как выйти из ситуации.
— Мне стыдно было, — признался Вадим. — Муж должен обеспечивать семью, а я не могу дать вам столько, сколько хотелось бы.
Алена подошла к нему, присела рядом на корточки.
— Вадим, послушай. Нам не нужны дорогие коляски. Не нужны брендовые вещи. Нам нужно, чтобы ты был собой. Добрым, внимательным. Таким, каким был раньше. А деньги... деньги как-нибудь заработаются. Я через год выйду на работу, будем вдвоем тянуть. Вместе легче.
Вадим обнял ее.
— Я полный идиот.
— Нет, — Алена прижалась к нему. — Просто человек. Все мы иногда не справляемся с эмоциями.
Нина Петровна смотрела на них и тихонько улыбалась. Потом встала.
— Ладно, разобрались. Теперь чай попьем. Алена, доставай печенье, что я привезла.
***
Вечером, когда Катю уложили спать, они втроем сидели на кухне. Говорили обо всем — о планах на лето, о том, что Катя скоро в садик пойдет, о работе.
— Знаешь, — сказал Вадим, — я тут подумал. У нас через три месяца мастер на пенсию уходит. Его место освободится. Может, мне попробовать подать заявку?
— А ты справишься? — спросила Алена.
— Не знаю. Но попробовать стоит. Зарплата там на пять тысяч больше. И стаж не важен, главное — квалификация.
— Тогда точно подавай, — поддержала Нина. — Хуже не будет.
— Вот и я думаю, — Вадим посмотрел на жену. — Извини меня еще раз. За все.
— Перестань уже извиняться, — Алена улыбнулась. — Главное, что мы разобрались.
Нина Петровна осталась ночевать. Утром, перед отъездом, она обняла дочь.
— Главное теперь — помни, что вы одна команда. Не друг против друга, а вместе против любых проблем.
— Помним, мам, — Алена поцеловала ее в щеку. — Спасибо тебе.
— Да за что, — отмахнулась Нина. — Я ж мать. Моё дело — детям помогать.
***
Прошла неделя. Вадим правда изменился — перестал придираться к тратам, снова начал помогать с Катей. Вечерами они разговаривали, строили планы.
Однажды он пришел с работы и положил на стол конверт.
— Это тебе.
Алена открыла — там было десять тысяч рублей.
— Вадим, откуда?
— Попросил аванс, — он сел рядом. — Восемь тысяч — на садик, как ты хотела. Две — купи себе что-нибудь. Давно ты себе ничего не покупала.
— Мне ничего не надо, — Алена покачала головой. — Давай лучше отложим. На лето. Может, съездим куда-нибудь?
— Съездим, — Вадим улыбнулся. — Обязательно съездим. Катю к морю свозим.
Вечером, когда дочка спала, они сидели на диване. Вадим обнимал жену, та положила голову ему на плечо.
— Лен, а помнишь, как мы познакомились? — спросил он.
— Еще бы не помнить. Ты за мной три месяца ухаживал, пока я согласилась на свидание.
— Потому что боялся отказа, — признался Вадим. — Ты мне сразу понравилась. Красивая, умная. Думал, не обратишь внимания.
— А я думала, ты несерьезный, — улыбнулась Алена. — Все шутишь, смеешься. Решила, что не мой вариант.
— И что передумала?
— Ты меня на каток позвал. Помнишь? Я упала, ты помог встать. И так внимательно смотрел, так переживал... Поняла, что ошибалась. Что ты как раз серьезный, просто не показываешь.
Вадим поцеловал ее в макушку.
— А потом мы поженились. Катю родили. И я чуть все не испортил своей глупостью.
— Не испортил, — Алена подняла голову. — Просто споткнулся. Бывает. Главное — встал и пошел дальше.
***
Через месяц Вадим подал заявку на должность мастера. Неделю ждали ответа. Алена волновалась больше, чем он сам.
— Что если не возьмут? — спрашивала она.
— Ничего страшного, — отвечал Вадим. — Будем работать дальше. Что-нибудь придумаем.
Но его взяли. Позвонили в пятницу вечером, сказали выходить на новую должность с понедельника.
— Взяли! — Вадим подхватил Алену на руки, закружил. — Взяли меня!
— Поздравляю! — она обняла его за шею. — Я так рада!
Катя, сидевшая на полу, захлопала в ладоши и засмеялась, хотя не понимала, что происходит. Просто родители были счастливы, и она радовалась вместе с ними.
Вечером Алена позвонила маме, рассказала новость.
— Вот и хорошо, — сказала Нина Петровна. — Значит, старания не зря. Вадим молодец, что не побоялся попробовать.
— Мам, спасибо тебе, — тихо сказала Алена. — Если бы не ты...
— Да ладно тебе, — мама рассмеялась. — Вы бы и сами разобрались. Рано или поздно.
— Не знаю. Может, и нет.
— Разобрались бы. Вы друг друга любите, это главное. А остальное приложится.
***
Прошло еще два месяца. Весна пришла в город — снег растаял, потекли ручьи, появились первые листочки на деревьях. Алена гуляла с Катей во дворе. Девочка уже уверенно ходила, топала по лужам в резиновых сапожках, смеялась.
— Мама! — показывала она на птичек. — Мама, ляти!
— Да, солнышко, птички летают, — улыбалась Алена.
Из детского сада позвонили — сказали, что с сентября им дадут место. Алена обрадовалась. Значит, к концу года сможет выйти на работу. Вернуться к своей профессии, снова почувствовать себя не только мамой, но и специалистом.
Вадим на новой должности освоился быстро. Зарплата действительно стала больше, плюс премии появились. Он приходил домой усталый, но довольный. Рассказывал, как прошел день, что удалось сделать.
А вечерами они снова, как раньше, сидели вместе. Играли с Катей, смотрели мультики, смеялись над тем, как дочка пытается повторять слова из телевизора.
— Лен, — сказал как-то Вадим. — Помнишь, ты говорила про море? Давай в августе поедем. Я уже присмотрел место. Недорогое, но хорошее. Рядом с пляжем.
— Правда? — Алена обрадовалась. — Ты уже смотрел?
— Ага. Думаю, нам хватит. Неделю отдохнем, Катю искупаем. Она море еще не видела.
— Вадим, это здорово! — она обняла его. — Спасибо.
— Да за что, — он улыбнулся. — Это ж наш отдых. Нам всем нужен.
Катя подползла к ним, уткнулась в папину ногу.
— Папа, — сказала она. — Папа.
Вадим поднял ее на руки.
— Что, дочка?
— Папа хоёсий, — она обняла его за шею.
Алена засмеялась.
— Она хотела сказать "хороший".
— Понял, — Вадим поцеловал Катю в щечку. — Спасибо, солнышко. Ты тоже хорошая.
И в этот момент Алена подумала, что они справились. Прошли через кризис, через ссоры и непонимание. Но не сломались. Потому что были вместе. Потому что любили друг друга и свою дочку.
А все остальное — деньги, работа, проблемы — это решаемо. Когда есть команда, когда есть поддержка, можно справиться с чем угодно.
Она посмотрела в окно. За стеклом светило весеннее солнце, по небу плыли облака. Впереди было лето, море, новые планы.
И она знала точно — теперь все будет хорошо.
***
Через полгода после того разговора с мамой жизнь Алены снова изменилась. Вадим получил повышение, Катя подросла и стала самостоятельнее. Казалось, все наладилось.
Но именно тогда позвонила Нина Петровна. Голос дрожал от слез: "Аленка, твой отец... Инсульт у него случился." Читать 2 часть...
Если рассказ наберёт 200 лайков, то продолжение бесплатно откроется для всех! Поддержим друг друга ❤️ 👍