Аркадий Борисович, привыкший ничего не откладывать на потом, протянул руку и взял со стола телефон.
- А чего ждать завтра, позвоню ей сейчас, всё объясню и приглашу…, - искал он в телефоне номер Тамары. Нашёл. Позвонил. Долго слушал гудки. Соединение было, но она почему-то не отвечала. Несколько раз его телефон отключался, но он настойчиво повторял вызов снова и снова.
Глава 136
Телефон в кармане Тамары то замолкал, то начинал вибрировать снова. Он отвлекал и сбивал её с ритма. Тамара доиграла мелодию весёлой песенки. Две девочки в красных юбочках и зелёных шапочках раскланивались перед пришедшими на праздник родителями под их аплодисменты. Тамара, наконец, вытащила из кармана вибрирующий телефон и, не глядя на экран, произнесла всего несколько слов.
- Извините. Утренник! Перезвоню через час, - сказала она и сунула телефон обратно в карман, даже не отключив связь. Времени на разговоры у неё не было. Она тут же заиграла следующую по сценарию песенку.
Аркадий Борисович, услышав знакомую с детства новогоднюю мелодию и нестройный хор детских голосов, невольно улыбнулся.
«Утренник! Веселятся…, - покачал он головой и, отключив связь, отложил телефон в сторону. - У всех праздники. Кто-то уже празднует, кто-то только готовится праздновать. А я, как всегда, вкалываю как вол с утра и до ночи. Здесь, в холдинге, на объектах, в машине, пока еду на работу, дома. Совещания, заседания, оперативки…. И никто не остановит, никто не скажет: «Аркаша, ты устал…, отдохни хоть немного…, всех дел всё равно не переделаешь. Расслабься, сходи в театр, на футбол, на концерт, на охоту, - грустная улыбка скользнула по его лицу. Он вспомнил, как что-то подобное говорила ему Катя, когда они жили вместе. А потом появился Марик. Аркадий Борисович не стал удерживать эти промелькнувшие в его сознании воспоминания, позволил им унестись дальше. - Каникулы скоро…, новогодние выходные! Вот и отдохну. Мама приедет…, - подумал он и почувствовал какое-то внутреннее напряжение. – Да, ладно, чего я…, я же не один буду…, - Аркадий Борисович попытался представить встречу с матерью. Не смог. Не увидел он чёткой картинки ни встречи, ни её присутствия в его особняке. Почему-то его взрослое воображение отказывалось рисовать эти картины. Оно не рисовало абсолютно ничего…- Чёрт, - чертыхнулся он, - картины нет! Чистый лист! Ну, а что я могу представить? Как? Я ж её не знаю, - подумал он. - Я совершенно не знаю свою мать, - почти по слогам повторил он. - Пятьдесят с лишним лет прошло, а у нас с ней нет никакого общего прошлого. Точек соприкосновения нет…, нет ни одной. И с братом никакого общего прошлого нет. Вспоминать нечего – Чистый лист! – Он положил свои крепкие руки на стол и сжал пальцы в кулаки. - Брат своё прошлое не помнит, из-за каких-то идиотов. А я? Я не знаю ничего из-за человека, которого любил, и считал своим отцом. Да чтоб тебе, Борис, вместе с Кларой и всему вашему роду…, - проклятье готово было слететь с его языка. Аркадий Борисович ещё крепче сжал пальцы, почти до хруста, и посмотрел на потолок. – Эх, вы…, - осуждающе он покачал головой. – За что вы так со мной, а? И не только со мной…»
Мысли хороводом ещё долго крутились в сознании Аркадия Борисовича. Крутились бы и дальше, но раздавшийся телефонный звонок остановил их.
- Алло, - ответил Аркадий Борисович.
- Здравствуйте, Аркадий. Извините…
- Здравствуйте, Тамара. Не извиняйтесь. Я всё понимаю, бывает, что нет возможности сразу ответить, – прервал он её. - Как прошёл ваш утренник? Весело было? – спросил он.
- Весело. Ребятишки и их родители довольны, - ответила Тамара.
- Я вам даже чуточку завидую, каждый день праздник, - сказал он.
- По два, а иногда и по три раза в день Дедов Морозов маршем встречаю и провожаю с двадцать четвёртого числа…, - смеясь, ответила Тамара.
- А тридцатого числа тоже будете встречать Деда Мороза, - спросил Аркадий Борисович.
- Ну а как же, конечно буду. Новогоднее представление для детишек и их родителей будет в нашем доме творчества. Мои ученики участвуют в этом представлении. К счастью, это последнее представление с моим участием. Потом всё…, можно выдохнуть и спокойно отдыхать, – ответила Тамара.
«Действительно к счастью! Возможно и для меня», - подумал Аркадий Борисович, но вслух не сказал этих слов.
- Тамара, я звонил вам, чтоб сообщить, что адвокат Сергей Михайлович сегодня выехал к вам…, - и Аркадий Борисович подробно объяснил, что поручено Коровину. Какие вопросы и как он будет решать в их провинциальном городе, где будет жить и когда намерен вернуться обратно. Не забыл он и о своём приглашении, сказал и о том, что Самойловы могут приехать в Москву на минивэне вместе с Сергеем Михайловичем. – Мы будем вас ждать, - сказал он в конце и, даже не попрощавшись, отключил связь.
Тамара недоумённо смотрела на погасший экран.
«Ага, сначала выпытал у меня, когда я освобожусь от всех празднований, удостоверился, что я не стану препятствием…, а потом пригласил. Ну, ты и хитёр…, - кусала она верхнюю губу. – Мама с Володей будут рады. А Сашка? А я? А что мы? Мы не решаем…, решают они»…, - Тамара убрала телефон в карман и начала складывать в сумку Новогодние подарки, которые ей вручили на утренниках.
**** ****
От решения встречать Новый Год в особняке Сашка был не в восторге. Он сидел в кресле, молчал и покусывал верхнюю губу.
- Саш, ты не рад, что мы поедем в Москву? – спросила его Лариса Васильевна, у которой горели глаза, и учащённо билось сердце.
- Мам, он рад. Просто у него были другие планы на эту ночь. Да, сын? – пришла ему на выручку Тамара.
- Да, были другие планы, - буркнул Сашка и, встав с кресла, ушёл в свою комнату.
Тамара понимала сына. Она, как и он не очень то и рада была этому приглашению и совсем не рвалась в особняк. Ловить на себе презрительные взгляды бывших жён миллиардера и выглядеть рядом с ними нещебродкой ей совсем не хотелось, но что поделать… Решает не она. Всё решено.
- Ну, кто так делает, а? За три дня до торжества пригласил… Ждёт он нас… Мог бы раньше сказать, - ворчала Лариса Васильевна и охала. – Ох-хо-хо- хо-хо . Три дня. Надо всё успеть, а тут ещё и адвокат, как снег на голову…
- Мам, что ты собираешься успевать? – не понимал Владимир ничего.
- Да всё! Обо всём надо подумать…, всё решить.
- Не понимаю. Что ты собираешься ещё решать? Всё уже решили. Едем!
- Ай, Вов, ты как маленький. А подарки? А гостинцы?
- Мам, у Аркашки всё есть, - возразил Владимир.
- Есть-то, есть, а нам что, с пустыми руками ехать, да? Нет, сын, так не пойдёт. Мы не нахлебники. Как обычно в компании Новый год встречают? Забыл? А я напомню. В складчину встречают, да ведь, Том, - искала поддержку Лариса Васильевна у невестки. – Вот и мы не поедем к нему с пустыми руками.
- И что ты хочешь везти? – спросил Владимир.
- То, чего нет в особняке у них.
- Например?
- Ну, наши соленья, варенья, компоты. Можем с Тамарой торт испечь, печенье. Ты сам говорил, что повариха…, как там её…
- Валентина, - подсказал Владимир.
- Во, во, Валентина такое печенье, как у нас, не печёт. Не получается у неё.
- Я б, конечно, не возился, на вашем месте…, - Владимир посмотрел на супругу, - но делайте что хотите, - махнул он рукой и встал с дивана.
- Ты куда? – остановила его мать.
- К Саше.
- Ну, ну, - покачала головой она.
- Мам, да пусть идёт. Он же не знает, что у нас есть, а чего нет. И торты с печеньем не будет печь, - встала на защиту супруга Тамара.
- Так значит ты согласна со мной, с пустыми рукам не поедем? – прищурившись, смотрела Лариса Васильевна на невестку.
- Конечно, согласна, - кивнула Тамара. О причине своего согласия говорить она не стала, чтоб не обидеть свекровь.