Найти в Дзене
Ягушенька

Золотая бабушка - продолжение

НАЧАЛО ТУТ Говорят, талант передаётся через поколение. Внучку Аполлинария любила. Единственного человека в своей жизни, кроме себя. Возможно, возраст...Мягче стала, добрей. Не столь категорично судит теперь о людях. И если с дочерью и зятем отношения испорчены, то внучка стала светом в окошке. И ведь она даже извинилась перед Кларой. Признала, что зря не помогала. Надо было попросить, почему ты не просила? -Ты видела рваную простынь, я зашивала, потому что на самое дешёвое постельное бельё не было денег. И то, что в холодильнике - шаром покати. И печенье у нас самое дешёвое, - холодно сказала дочь. - И я просила у тебя денег. Хотя бы в долг. -Неправда, не просила, - строго сказала мать. Действительно, чего не помнишь, того и не было. Бабушка покупала внучке дорогие вещи. Интересовалась успехами. Когда узнала, что Лера поступила в медицинский, подарила золотые серёжки и кулон. На самом деле, Лера не смогла поступить. И уже хотела идти в медицинский колледж, но родители стали насмерть.

НАЧАЛО ТУТ

Говорят, талант передаётся через поколение.

Внучку Аполлинария любила. Единственного человека в своей жизни, кроме себя. Возможно, возраст...Мягче стала, добрей. Не столь категорично судит теперь о людях.

И если с дочерью и зятем отношения испорчены, то внучка стала светом в окошке.

И ведь она даже извинилась перед Кларой. Признала, что зря не помогала. Надо было попросить, почему ты не просила?

-Ты видела рваную простынь, я зашивала, потому что на самое дешёвое постельное бельё не было денег. И то, что в холодильнике - шаром покати. И печенье у нас самое дешёвое, - холодно сказала дочь. - И я просила у тебя денег. Хотя бы в долг.

-Неправда, не просила, - строго сказала мать.

Действительно, чего не помнишь, того и не было.

Бабушка покупала внучке дорогие вещи. Интересовалась успехами. Когда узнала, что Лера поступила в медицинский, подарила золотые серёжки и кулон.

На самом деле, Лера не смогла поступить. И уже хотела идти в медицинский колледж, но родители стали насмерть.

Мы предполагали, что так будет. Потому что кругом одни льготники. И накопили на платное отделение.

Лера наотрез отказалась.

Только сейчас, в полтинник с лишним, родители стали жить хорошо. Ипотека выплачена, оба работают, нормально зарабатывают. Не станет она брать у них деньги.

-Мы это для себя делаем, - уговаривала мать, - Я знаю, каково это - мечтать стать врачом. Нет, я не жалею, что не получилось у меня, но пусть хоть у тебя мечты сбудутся. Сейчас лучше учиться на платном, чтобы не пришлось отрабатывать в глухомани несколько лет, куда тебя сошлют после получения диплома..

-Наставничество тоже закрепляет медиков, - вторил отец.- Подумай, надо ли тебе такое счастье.

Телевизор ожил.

"Государственная дума приняла в двух чтениях поправки к федеральному закону №424 "О наставничестве выпускников медвузов" - хотя они всё ещё должны отработать три года в госклиниках, но теперь смогут в один день в году переходить из одной клиники в другую.

Конкретная дата будет уточнена к третьему чтению. Сейчас парламентарии выбирают между 9 декабря и 16 ноября.

В ближайшем будущем депутаты также намерены подготовить законопроекты о бессрочном сыске беглых медиков и возможности выкупа врача из госклиники."

-Ну вот и хорошо, - обрадовалась Лера.

Она училась на платном отделении и была лучшей в группе.

Раз в неделю приходила в гости к бабушке.

Старушка была очень рада, и просила навещать её почаще. Аполлинария со временем стала сдавать. Особенно память.

Бабушка разрезала торт.

-У меня случай такой интересный был в девяносто третьем. Когда я за шубами в Турцию ездила. Чуть за Турка замуж не вышла, представляешь?

Бабушка улыбнулась.

Лера улыбнулась в ответ.

Бабушка рассказала про "интересный случай" пол часа назад. Придётся послушать ещё раз.

-Кстати, как твой молодой человек? - спохватилась Аполлинария, - Мне он в прошлый раз очень понравился. Такой серьёзный, внимательный. Ты ещё его приводи, Лерочка, мне так скучно одной. И сама приходи, почаще. Твоя мать на меня обижается. Имеет право. Но чего уж теперь. Пытаюсь поправить, да не получается.

"Ты могла бы поправить просто отдав нам квартиру, с...ка старая" - с холодным бешенством подумала Лера.

Она смотрела, как бабушка аккуратно кладёт себе кусок торта, и чувствовала, как внутри поднимается знакомая волна - не ярость даже, а густое, тяжёлое отвращение. Оно не жгло, не рвало, а медленно сдавливало, как тугой воротник.

Ты могла.

Всегда могла.

Могла один раз не купить очередную тряпку. Могла не менять шторы в третий раз за год. Могла не отпарывать этикетки, не прятать доллары "на чёрный день", не считать бедность дочери воспитательным моментом. Могла, чёрт тебя возьми, просто помочь. Не героически, не жертвуя собой - просто по-человечески. Когда мама зашивала простыни. Когда считала мелочь у кассы.

Когда с ума сходила, во время таксовки за отца.

Она не застала.

Откуда знала?

Однажды подслушала разговор родителей. Когда отец спрашивал, почему мать кричала ночью. Родительница ответила, что ей часто снится, как она ждёт его с таксовки. Долго. До рассвета. И понимает, что он не приедет.

Значит, вот как родители выживали, пока ты, ё....я с...ка, по курортам разъезжала.

Ты не помогла.

Ты стояла рядом, сытая, ухоженная, в мехах и золоте, и объясняла, что так и надо. Что это жизнь. Что каждый сам виноват. Что ты "заработала", а они "не дотянули". И теперь ты сидишь напротив, улыбаешься, жалуешься на скуку и одиночество - как будто это случайность, а не логичный итог.

Зачем тебе столько денег?

Зачем тебе эта квартира, если в ней только ты и твоя память, которая разваливается, как старая мебель?

Зачем ты вообще живёшь так долго, если за всю жизнь не научилась самому простому - быть человеком?

Если ты всю жизнь была невыносимым токсичным паразитом, то хотя бы умри быстро, пожалуйста, я не железная.

Никто не будет плакать.

Мир даже не заметит, если однажды эта позолоченная, самодовольная жизнь закончится.

Мир вздохнёт с облегчением.

Она приходила раз в неделю, чтобы создать впечатление заботливой внучки. Потому что с упырихи станется переписать квартиры на соседку. На суде учтут всё, в том числе, что она о ней заботилась.

Парень, которого она привела познакомиться, на самом деле не имел к ней отношения.

Молодой психиатр, которому Лера заплатила.

Она попросила его поговорить с бабушкой. Может, у неё деменция? Выясни аккуратненько.

Психиатр не обнадёжил.

Да, деменция. Самое начало. Она пока всё понимает, но процесс пошёл. И протянется на многие годы.

-Ей восемьдесят три, - с надеждой сказала любящая внучка.

-Ты будущий медик, Лера. И должна знать, что такие люди живут и до ста лет. Мало того, у нас очень сложно отправить в медицинское учреждение, если пожилой человек не захочет. А они не хотят. Всегда.

-Хорошо. Может моя мать стать её опекуном? - Лера постаралась не показать разочарования.

-Может. Но надо подождать. В таком состоянии никто её недееспособной не признает. Я увидел, другие могут не разглядеть, тем более, если она будет знать, что перед ней психиатр, притворится нормальной. Поверь, они это умеют.

Да что за несправедливость такая!

Зачем этой упырихи деньги, квартиры и остальное? По....хнет ведь, но не расстанется даже с копейкой.

Ненависть никогда не проходит, если уже появилась.

Она может только накапливаться.

Лера созрела.

Она - будущий медик.

И знает чуть больше, чем обычные люди.

ОКОНЧАНИЕ УЖЕ ВЫШЛО

НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ. 2202 2005 4423 2786 Надежда Ш. Виктория С., Сусанна С, Елена Б. - огромное Вам спасибо за оценку моего творчества!