Предыдущая часть:
Ольга уже была на подработке и энергично мыла полы, когда ей позвонил Даниил. Он сообщил, что передал бабушке лекарства, попил у неё чаю и давно вернулся домой. Бабушка просила передать Ольге, чтобы та пришла к ней завтра ровно в пять вечера и не опаздывала, вопрос очень важный. Ольга спросила сына, не намекнула ли бабушка, по какому поводу зовёт, но Даниил ответил, что пытался выведать, однако она ничего не сказала.
Когда женщина вернулась из больницы, Даниил ещё не спал, сидел за ноутбуком. Он пошёл разогревать матери ужин и как бы невзначай заметил:
— Мам, я тоже думал, чего бабушке от тебя надо, — сказал он, ставя тарелку в микроволновку. — И у меня только одна версия. Думаю, она тоже хочет тебя поуговаривать, чтобы ты к папе вернулась.
Ольга кивнула, садясь за стол.
— Точно, — согласилась она. — Как я сама не сообразила. Мне очень жаль Тамару Петровну, но ей не удастся меня уговорить.
Даниил повернулся к ней.
— Ну и правильно, мама, — заявил он с юношеской прямотой. — Ей надо было лучше сына воспитывать.
Ольга только покачала головой, услышав слова сына. На следующий день она отработала первую смену в цветочном магазине и сразу направилась к дому свекрови. Когда она подходила к нужному подъезду, часы показывали без пяти пять. Молодая женщина заметила новенькую машину у входа — раньше здесь такие дорогие автомобили не стояли.
На лифте она поднялась на седьмой этаж и нажала кнопку звонка. Маленькая сухонькая свекровь сразу открыла дверь. Несмотря на семьдесят два года, пожилая женщина выглядела превосходно: всегда аккуратно причёсанная, с маникюром, лёгким макияжем и искорками в глазах. У Тамары Петровны был целый набор возрастных недугов, но по её виду никто бы не догадался. Она умела подать себя в выгодном свете. Видимо, сказывался долгий опыт преподавания: перед учениками всегда нужно быть в форме и готовой к неожиданностям.
Вот и в жизни Тамара Петровна всегда оставалась начеку, подготовленной ко всему. Она никогда не признавалась, но в последние месяцы мысленно готовилась даже к уходу из жизни. Анализы ухудшались, лекарства помогали всё слабее, а единственный сын Алексей огорчал всё сильнее. Только одна отрада оставалась — невестка Ольга, чистая и добрая душа, которой пришлось столько пережить. Перед ней Тамара Петровна чувствовала огромную вину. Пенсионерка понимала, что её замечательная невестка могла бы быть счастливой с любящим и заботливым мужчиной, а не с сыном Алексеем. Теперь, предчувствуя конец, Тамара Петровна решила сделать хоть что-то для тихой, доброй, заботливой и безотказной Ольги.
Старушка приветливо встретила Ольгу и провела её в большую комнату своей двухкомнатной квартиры. Оля увидела за столом незнакомого мужчину средних лет и молодую девушку с ноутбуком.
— Знакомься, Олечка, — произнесла Тамара Петровна, указывая на гостей. — Это мой бывший ученик Серёжа Морозов, он нотариус, а девушка — его секретарь Мариночка. Я пригласила Серёжу, чтобы он составил договор дарения квартиры. Хочу свои хоромы передать твоему сыну Дане, чтобы хоть какая-то память обо мне осталась.
Свекровь вздохнула.
— Виновата я и стыдно мне перед тобой, Оля, — продолжила она. — Сама знаешь за что. Уж ты на меня зла не держи.
Ольга растерянно моргнула.
— Да что вы такое говорите, Тамара Петровна? — возразила она, садясь на стул. Для Ольги это звучало как несправедливость. — Какая вина, какой стыд. Я всегда относилась к вам с большим уважением и благодарностью. Я ведь помню, как вы до двух лет с Даниилом сидели, когда мне нужно было работать. Помню, как помогали, когда он болел. Вы так много для нас сделали.
Тамара Петровна прервала её.
— Ладно, — сказала она, махнув рукой. — Хватит разговаривать. Серёжа, доставай документы.
Оказалось, нотариус с помощницей уже подготовили договор дарения, и Ольге с Тамарой Петровной осталось только подписать его. Оля прочитала текст, и её одолели сомнения. Неудобно было принимать такой документ.
— Тамара Петровна, — произнесла Ольга, откладывая бумаги. — Вы бы не торопились с этим, подумали бы ещё, может, с Лёшей посоветовались бы. Вопрос ведь очень серьёзный.
Свекровь кивнула.
— Вот именно, — согласилась она. — Поэтому и тороплюсь. Пока силы и здоровье хоть какое-то есть, хочу всё уладить и оформить. А про Лёшку и не вспоминай. Не думала, что он таким вырастет. Хотя удивляться нечему: у него отец тоже был падок на деньги, даже за растрату чуть не посадили. Я с ним сразу разошлась, но гены, видать, сказались. Так что Лёшка все семейные деньги прибрал к рукам, а вам с внуком остаётся моя квартира.
Тамара Петровна продолжила.
— Я ведь её сначала на тебя хотела оформить, — добавила она. — А потом подумала, что ты добрая душа, если Лёшка начнёт канючить, переоформишь на него. А у Даниила характер уже мужской, правильный. Этого отец ни за что не уговорит.
Через пятнадцать минут договор дарения был подписан. Сын Ольги Даниил стал единственным владельцем просторной дорогой квартиры в центре города. Правда, документ ещё требовалось зарегистрировать, но нотариус взял это на себя. Он договорился с Ольгой, что как только зарегистрирует, пригласит её в контору и объяснит дальнейшие шаги.
Ошарашенная случившимся Ольга возвращалась домой, где её с нетерпением поджидал сын. Ему не терпелось узнать, зачем бабушка звала мать. А когда Ольга рассказала о квартире, Даниил воскликнул:
— Ну, бабуля, молоток! — сказал он, хлопнув в ладоши. — Мам, надо будет сходить к ней в воскресенье, спасибо сказать, купить что-нибудь вкусненькое.
В субботу Даниил получил аванс на работе в типографии и сразу позвонил матери. Спросил, что взять бабуле в подарок, ведь завтра они собирались в гости. Ольга посоветовала выбрать что-то от себя лично, а она уже приобрела свой презент.
В воскресенье Тамара Петровна с радостью встречала невестку и внука. Она не очень надеялась, что они придут. Знала, что Ольга сейчас трудится на двух работах, а пятнадцатилетний внук вкалывает в типографии, перетаскивая тяжёлые пачки бумаги, поэтому её радость удвоилась.
Долго они сидели за столом, и уже провожая гостей, Тамара Петровна призналась, что ей поставили страшный диагноз, и через десять дней предстоит операция.
— Не знаю, перенесу я операцию или нет, — произнесла пожилая женщина с лёгкой, но грустной улыбкой. — Если больше не увидимся, не поминайте лихом.
Ольга покачала головой.
— Не говорите так, Тамара Петровна, — возразила она. — Сейчас медицина на такой высоте, что людям по нескольку операций делают, а им хоть бы что. А вы вон какая молодец у нас, всё будет хорошо.
Старушка только улыбнулась в ответ и слегка подтолкнула гостей к выходу. Не хотела углубляться в эту неприятную тему. А когда они вышли из подъезда на улицу, Даниил вдруг разревелся.
— Ты чего? — растерялась Ольга, обнимая его.
Даниил шмыгнул носом, пытаясь унять слёзы.
— Бабушку жалко, — ответил он. — Хорошая она. Не хочу, чтобы она умирала.
Ольга тепло обняла сына и тихо произнесла:
— Как я рада, что ты совсем не похож на отца, — сказала она с облегчением.
А вскоре состоялось повторное заседание суда. Перед его началом Ольга подошла к Алексею, который сидел рядом с адвокатом.
— Лёша, я хотела поговорить с тобой, — произнесла она, останавливаясь напротив.
Алексей настороженно взглянул на неё.
— Слушаю, — отозвался он, жестом показывая адвокату оставаться на месте и слушать весь разговор.
Ольга понизила голос.
— Ты давно видел свою маму? — спросила она.
Алексей на миг наморщил лоб, пытаясь вспомнить.
— Да где-то два месяца назад она звонила, поговорили, — ответил он. — А видеть не видел. Вы же с Даней постоянно у неё бываете. Что мы там всем скопом толкаться будем? Если бы ей нужно было что-то, она сама бы позвонила кому-нибудь из нас.
Ольга вздохнула.
— Лёша, — произнесла она тише. — Через неделю у твоей мамы очень серьёзная операция. Ты бы её навестил.
Алексей строго посмотрел на жену.
— Что, прямо очень серьёзная? — переспросил он.
Ольга печально кивнула.
— Серьёзнее не бывает, — ответила она.
Алексей перевёл взгляд на адвоката.
— Матвей, а что там с документами на квартиру надо делать? — спросил он.
— Какое же ты… бесчувственный, — выдохнула Ольга. — Десятки больных после такой операции живут долго и счастливо, а ты уже о наследстве думаешь!
Алексей усмехнулся.
— А десять процентов нет, — бросил он. — И это как раз может быть мама, так что документы на квартиру лучше подготовить заранее.
Оля больше не могла находиться рядом с мужем и его адвокатом. Она вернулась на своё место в зале. Вскоре зашла судья. Как и в прошлый раз, она предоставила первое слово Ольге.
Женщина встала.
— Моя позиция не изменилась, — произнесла она, поправляя сумку на плече. — Я хочу как можно скорее получить развод и ни на что не претендую, ни на имущество, ни на алименты, ни на что-либо ещё.
Затем выступил адвокат Алексея. Он подчёркивал, что всё нажитое должно остаться у его клиента, ведь именно Алексей не покладая рук трудился круглые сутки, зарабатывая эти средства.
Потом слово предоставили самому Алексею, и он поддержал своего представителя.
— Я полностью согласен с адвокатом, — заявил он, опираясь на трибуну. — Моя жена не имеет никакого права претендовать на бизнес или мои личные сбережения, ведь это плоды моих собственных усилий, и только моих.
Решение суда обрушилось как гром среди ясного неба. Судья объявила: суммы на счетах и в банковской ячейке разделить между супругами поровну. Назначить Алексею алименты на сына Даниила до достижения им восемнадцати лет. Но настоящим потрясением для Алексея стал пункт о том, что автосервис тоже подлежит разделу пополам, хотя с возможностью — он может выплатить Ольге половину его стоимости деньгами.
На Алексее и его адвокате не было лица. Они были готовы к чему угодно, только не к такому суровому вердикту.
Адвокат повернулся к Ольге.
— Мы непременно подадим апелляцию, — прошипел он, собирая бумаги.
Женщина расстроенно поморщилась. Она тоже не слишком обрадовалась такому исходу. Ведь это означало, что Алексей не отступит без борьбы, и ей придётся снова являться в суд, тратить время и силы.
А на следующее утро Ольге позвонил нотариус. Мужчина сообщил, что договор дарения зарегистрирован, и они могут встретиться. Ольга помнила, что её обещали пригласить за документом в контору, поэтому попросила назвать адрес. Но нотариус пояснил, что Тамара Петровна пожелала собрать всех у себя дома. К тому же Сергею нужно было передать пенсионерке её экземпляр.
Сергей и Ольга договорились подъехать к ней в шесть вечера. Когда Ольга и нотариус вошли в квартиру, Тамара Петровна тепло обняла невестку и провела в комнату. За большим столом, накрытым к чаю, сидел Сергей. Он вручил Ольге папку с её копией договора дарения квартиры.
— А что с этим договором делать дальше? — спросила Ольга, открывая папку.
Но Тамара Петровна не позволила Сергею ответить.
— Это вот когда вы от меня выйдете, тогда и поговорите про договор, — произнесла она, указывая на стол. — А сейчас давайте все будем пить чай, не то остынет.
Ольга послушно убрала папку в сумку и взялась разливать чай.
— А меня завтра в больницу кладут, — произнесла Тамара Петровна, разворачивая шоколадную конфету. — Сказали, пора готовиться к операции. Сладкого есть нельзя, жирного тоже. Так что я решила сегодня съем одну конфетку и кусок торта, и всё, буду готовиться.
Ольга улыбнулась.
— Хорошо, что вы сказали, — отозвалась она, передавая чашку. — Теперь мы с Даниилом будем знать, что конфеты вам в больницу приносить не стоит. Я потом у врача спрошу, что вам можно.
Пенсионерка приветливо кивнула.
— Да ты не беспокойся, Олечка, — ответила она. — Мне ничего и не хочется. Вот навестите меня после операции, а больше мне ничего и не нужно.
Но всё, устала я, идите, а мне полежать надо.
Ольга быстро убрала со стола, помыла чашки, и они с Сергеем попрощались со старушкой. Ольга надеялась, что сейчас мужчина кратко объяснит, что делать дальше с договором, но он предложил зайти в соседнее кафе и продиктовать необходимую информацию на диктофон, чтобы она ничего не упустила и не забыла.
— Пожалуй, вы правы, Сергей, — согласилась Ольга, выходя из подъезда. — Я сегодня очень устала, голова вообще ничего не соображает.
Мужчина улыбнулся.
— И где же вы так устаёте, если не секрет? — поинтересовался он, шагая рядом.
Ольга пожала плечами.
— Да какой секрет! — откликнулась она. — Ночью я дежурила в больнице, подрабатываю нянечкой, а утром оттуда сразу в цветочный магазин поехала. Там у меня основное место.
Сергей восхищённо поднял брови.
— А вы героическая женщина, — заметил он. — Я бы так не смог.
Ольга невесело рассмеялась.
— И не говорите, — согласилась она. — Я героиня по неволе. Жилья нет, денег нет. Приходится совершать героические трудовые подвиги.
Сергей внимательно посмотрел на неё.
— У меня пустует хорошая однокомнатная квартира, — сказал он. — Досталась по наследству от двоюродного дедушки. Сдавать в аренду незнакомым людям не хотел, а вот вас с сыном охотно пущу, причём бесплатно. Просто поддерживайте там порядок и следите за старенькой сантехникой.
Ольга замялась.
— Когда я сказала, что неудобно жить совсем ничего не оплачивая, Сергей предложил платить за коммунальные услуги, — продолжила она размышлять вслух. — На том и сошлись.
Пока беседовали, дошли до кафе. Но Ольга к этому времени так вымоталась, что у неё не осталось ни сил, ни желания заходить внутрь и разбираться с договором. Решение подсказал Сергей. Он сказал, что послезавтра у него выходной, он заедет за Ольгой и её сыном, поможет перевезти вещи в однокомнатную квартиру и там же объяснит, что делать дальше с документом. Женщина с радостью согласилась.
Продолжение :