В последний день каждого месяца Алексей возвращался домой с ощущением лёгкого подъёма, предвкушая свой любимый ритуал. Это занятие, связанное с подсчётом доходов от его небольшого, но стабильно прибыльного автосервиса, он предпочитал проводить не в офисе, а в уютной домашней обстановке, где ничто не отвлекало. Уже одиннадцать лет он управлял этим делом, и за это время ежемесячный учёт превратился в нечто особенное, почти священное. Сперва он тщательно просматривал отчёты, подготовленные пожилой бухгалтершей Галиной Ивановной, которая трудилась у него на полставки, а затем переходил к самой приятной части — пересчёту наличных средств, которые не отражались в официальной документации.
Вот и в этот вечер всё шло по привычному сценарию. Алексей принял душ, заглянул на кухню, где его жена Ольга хлопотала над ужином, и направился в спальню. У окна стоял скромный столик с одним выдвижным ящиком, закрывавшимся на ключ. Именно здесь он обычно устраивался для своего ежемесячного занятия, разложив бумаги и пачки купюр.
Алексей давно привык к тому, что его автосервис всегда приносил доход, и с каждым месяцем сумма увеличивалась. Порой прирост составлял всего три-пять тысяч рублей по сравнению с предыдущим периодом, но иногда доход подскакивал на пятьдесят-семьдесят тысяч. В целом бизнес развивался стабильно, без спадов. Алексей неспешно разместил на столе бухгалтерские документы и вытащил из сумки увесистую пачку банкнот, стянутую резинкой, готовясь погрузиться в расчёты, когда дверь в спальню приоткрылась.
На пороге появилась Ольга.
— Лёша, ужин уже на столе, — тихо сказала она. — Когда будешь?
Алексей нахмурился, раздражённый прерыванием в такой важный момент. Шестнадцать лет вместе, а она до сих пор не чувствует, когда его нельзя отвлекать, особенно в такие моменты, когда он сосредоточен на финансах. Она же знает, как он не любит, чтобы его отвлекали от этого дела, но каждый раз вмешивается с какими-то бытовыми вопросами.
Он бросил на неё строгий взгляд — ясно дал понять: сейчас важнее всего работа, а всё остальное может подождать. Ольга молча обвела взглядом стол с разложенными бумагами и деньгами, затем вышла, закрыв дверь за собой.
Алексей углубился в отчёт, изучив каждую цифру от начала до конца, и довольно потёр ладони. Двести семьдесят тысяч рублей поступили на счёт автосервиса за месяц — результат вполне достойный. Теперь настала очередь наличных. Когда и с ними было покончено, он насчитал двести девяносто три тысячи. Отличный итог. Выбрав самые потрёпанные купюры, он отсчитал тридцать тысяч и неторопливо достал шкатулку, куда они с женой откладывали средства на повседневные нужды. Положив туда деньги, он аккуратно убрал документы и пачку в ящик стола, запер его и, чувствуя удовлетворение от проделанной работы, направился на кухню, прихватив шкатулку.
Поставив её на подоконник, он уселся за стол и посмотрел на жену.
— Ещё пару месяцев, и я накоплю на новый джип, — сказал он, вспоминая модель, которую присмотрел в автосалоне.
Ольга подняла глаза от тарелки.
— Лёша, какой джип! — возразила она, и в её тоне сквозило недовольство. — У сына куртка и кроссовки совсем износились, ты же знаешь, какие цены в магазинах сейчас.
Алексей, всё ещё пребывавший в благодушном настроении после подсчётов, удивлённо уставился на неё. Он не понимал, почему она так вспыхнула.
— Оля, ну чего ты… — отмахнулся он. — Смотри, я тридцать тысяч в шкатулку положил. Разве не хватит на куртку и обувь?
Он искренне недоумевал, ожидая от неё ответа, и вопросительно смотрел, пока она не ответила.
— Лёша, хватит на куртку и обувь, — тихо произнесла Ольга, и в её глазах блеснула влага. Для него эти слова прозвучали как упрёк. — И даже на пару новых футболок с джинсами для Даниила останется. Мальчик совсем обносился, а в его классе все одеваются прилично, ты же понимаешь. Он один ходит как сирота, в коротких штанах и старых майках, а ему уже пятнадцать лет. Пока был маленьким, вещи занашивал до дыр, но теперь стесняется, когда одежда ему мала.
Алексей кивнул, размышляя над её словами.
— Я всё понимаю, — великодушно отозвался он, помешивая еду в тарелке. — Купи ему то, что он хочет.
Ольга сжала губы.
— Я-то куплю, — согласилась она, но сразу добавила. — А на что мы весь месяц жить будем?
Алексей пожал плечами, словно это было пустяком.
— Оля, ты же третьего числа зарплату получаешь, — напомнил он. — Вот на твои тридцать тысяч и проживём.
Ольга, ожидавшая подобного поворота, протянула ему листок с расчётами, которые она заранее подготовила.
Алексей взял бумагу и внимательно изучил записи. Из них следовало, что если потратить на одежду для сына, шкатулка опустеет уже к середине месяца. В глубине души он признавал, что жена очень бережливая и тратит только на необходимое: квартплата, секция сына, оплата телефонов и интернета, плюс еда. К тому же он сам ежедневно брал по пятьсот рублей на обед. Но на лекарства для его матери, по его мнению, уходило слишком много — она могла бы поискать варианты подешевле в разных аптеках. Он тут же высказал эту мысль вслух.
Ольга отложила вилку.
— Как тебе не стыдно, Лёша? — произнесла она, качая головой. — Тебе даже на родную мать денег жалко.
Алексей откинулся на стуле.
— Ну, знаешь, это уже слишком, — парировал он. — Все деньги из шкатулки я потрачу на сына. В этом месяце я ничего не внесу в общий бюджет.
— Знаешь что, Лёша? Я больше так не могу. Ухожу от тебя. Мне надоело вечно считать копейки и отказывать сыну буквально во всём, — произнесла Ольга.
Алексей усмехнулся, не принимая её слова всерьёз.
— Да ладно тебе, Оля, — усмехнулся он. — Куда ты денешься-то? Ты говоришь так, будто тебе есть куда идти. Да и зарабатывать ты не умеешь, пропадёшь одна.
Ольга выпрямилась.
— Не переживай, — отрезала она. — Ты, видимо, забыл, чья идея была открыть автосервис одиннадцать лет назад, кто размещал объявления и договаривался с первыми клиентами. Ты не помнишь, как нытикал, что ничего не выйдет? Если бы не я, ты бы сейчас сидел без копейки. А теперь, когда мы могли бы жить нормально, ты прячешь все деньги на своём счёте и думаешь, что я не в курсе, сколько там накопилось.
Алексей ухмыльнулся, полагая, что она знает лишь приблизительно о счетах, но не о банковской ячейке с наличными, которую он пополнял ежемесячно и считал своим основным запасом.
— Ну и сколько же? — поинтересовался он, отпивая чай.
Ольга посмотрела ему прямо в глаза.
— На твоих счетах, Лёша, спокойно на три таких джипа наберётся, — спокойно ответила она. — И наверняка наличные где-то припрятаны.
Алексей рассмеялся.
— И у тебя хватит духу уйти от такого обеспеченного мужа? — насмешливо спросил он.
Ольга кивнула.
— Не сомневайся, хватит, — решительно произнесла она.
Алексей был убеждён, что Ольга никуда не денется. Ей некуда идти — ни родственников, ни друзей. Денег на съём жилья нет. Так что он не беспокоился о потере жены. К тому же он по-своему ценил её. Она оставалась привлекательной женщиной, и когда они гуляли с семьёй по парку, мужчины оборачивались на неё, что льстило его самолюбию.
Ольга была не просто миловидной — настоящей красавицей с огромными серыми глазами, светло-русыми вьющимися волосами, которые она собирала в пышную причёску, очаровательной улыбкой и мягким голосом. Но годы жизни с жадным и самоуверенным мужем изменили её: она редко улыбалась, между бровей залегла морщина. Ей было всего тридцать шесть, но выглядела она старше — на сорок два-три. Постоянные заботы о доме, сыне и поиски способов свести концы с концами измотали её.
Последней каплей стало вчерашнее происшествие. Проходя мимо школы, она случайно увидела сына среди одноклассников. Решила подождать, пока они разойдутся, и пойти с ним домой. Остановившись за кустами у забора, она слышала их разговоры. Ребята болтали о разном, когда один предложил зайти в кафе и съесть по гамбургеру. Все поддержали идею и засобирались.
Один из мальчиков обратился к Даниилу.
— Даня, у тебя опять, наверное, денег нет, — сказал он. — Пошли, сегодня я тебя угощаю.
Другой подхватил.
— Пошли, Даня, — добавил он. — Серёга возьмёт тебе гамбургер, а я — колу.
Третий голос прозвучал нагло и насмешливо.
— Вообще-то нищебродам в кафе делать нечего, — бросил он.
Ольга увидела сквозь листву, как сын молча отошёл от группы и быстрым шагом направился домой. Её сердце сжалось от жалости к Даниилу, от обиды за него и от злости на мужа. Она подумала, что не имеет права оставаться с человеком, который так равнодушен к собственному ребёнку, даже не задумываясь о его чувствах. Решение о разводе пришло мгновенно, но было твёрдым и обдуманным.
За ужином она озвучила его мужу, но реакция Алексея неприятно поразила её. Он не только не огорчился, но и не поверил, считая её неспособной на самостоятельность. Это ещё больше разожгло её решимость.
После ужина Алексей ушёл смотреть футбол по телевизору, а Ольга осталась на кухне, занимаясь посудой. Вскоре с секции вернулся сын. Она усадила его за стол и прямо объявила.
— Сынок, третьего числа я получу зарплату и уйду от отца, — сказала она. — Мы с ним разводимся. Я надеюсь, ты пойдёшь со мной.
Даниил с недоумением посмотрел на мать.
— Мама, а куда мы пойдём жить? — спросил он, оглядываясь по сторонам.
Ольга с облегчением выдохнула. Из вопроса сына было ясно, что он готов уйти с ней. Она рада этому, хотя где-то в глубине души сомневалась: вдруг он привязан к дому, где вырос. Но Даниил выбрал её и неизвестность впереди.
Она поспешила успокоить его.
— Хозяйка магазина, где я работаю, Маргарита Павловна, разрешила нам пока пожить бесплатно в подсобке, — объяснила Ольга. — Там есть комната вроде отдыха: диван, стол со стульями, холодильник и даже маленькая плитка. А потом я найду вторую работу, и через пару месяцев снимем что-нибудь нормальное.
Даниил серьёзно посмотрел на неё.
— Мам, я тоже подработку найду, — твёрдо сказал он. — Я уже смотрел объявления, где берут несовершеннолетних, и даже договорился пойти в понедельник на собеседование.
В этот момент на кухню вошёл Алексей, чтобы налить себе пива, и услышал слова сына.
— Не понял, — произнес он, открывая холодильник. — Сынок, ты куда собрался устраиваться?
Даниил повернулся к отцу.
— Да, пап, грузчиком в типографию, — ответил он. — Там три раза в неделю нужно разгружать машины с бумагой в коробках.
Алексей усмехнулся, ставя стакан на стол.
— Не смеши, — сказал он. — Это работа для крепких взрослых. Тебя не возьмут.
Даниил пожал плечами.
— Посмотрим, — отозвался он.
В тот же вечер Ольга подала заявление на развод через интернет. Утром пришло уведомление о принятии и дате заседания. Она распечатала его и положила на прикроватную тумбочку мужа. Он ещё спал — на работу не спешил, приходя к десяти или одиннадцати, полностью доверяя трём автослесарям, которых одиннадцать лет назад нанимала она сама. Проведя сына в школу, Ольга отправилась на работу, представляя, как муж отреагирует на бумагу — спокойно и даже с усмешкой.
Но Ольга просчиталась в своих ожиданиях. Алексей пришёл в ярость, обнаружив листок с уведомлением, который она оставила на прикроватной тумбочке. К счастью, в доме уже никого не осталось, и ему не на кого было выплеснуть накопившееся раздражение. Иначе он бы высказал всё, что думает: назвал бы жену неблагодарной лентяйкой, которая приносит в семью сущие гроши, в то время как он сам строит надёжное будущее, копя средства на масштабные планы. Он бы заявил, что любая женщина на её месте радовалась бы такому успешному супругу, который не только умеет зарабатывать, но и умело приумножает капитал.
Пока он завтракал, Алексей постепенно остыл и в который раз задался вопросом, зачем он вообще переживает. Ведь жене действительно некуда деваться. Он решил, что вечером, по возвращении домой, проведёт с ней серьёзный разговор и поставит всё на свои места.
Переступив порог поздним вечером после работы, мужчина удивлённо уставился на новую спортивную куртку, висевшую на вешалке. Он сразу понял, что это обновка сына. Рядом красовался свежий рюкзак. Алексей недовольно хмыкнул: жена зря потратилась на это. Какая разница, в чём таскать школьные вещи? Хоть в старой сумке. Сама Ольга ведь ходит в магазин с обычной авоськой и ничего, справляется. А раньше носила пакеты, но их же не напасёшься — они рвутся моментально. Алексей долго убеждал её в практичности авоськи, и в итоге она сдалась. Уже шесть лет она пользуется ею, привыкнув к косым взглядам прохожих и внутреннему чувству неловкости.
Он твёрдо решил сделать жене замечание по поводу её расточительства и этого рюкзака. Прошагав на кухню, он увидел, как Ольга расставляет тарелки, а Даниил уже сидит за столом в ожидании ужина.
— Всем привет, — бодро произнёс Алексей, окидывая жену и сына изучающим взглядом. — Почему у вас такие такие серьёзные лица? Что-то случилось?
Даниил оторвался от своих мыслей.
— Да нет, всё нормально, — отозвался он, пожимая плечами. — Просто мы с мамой начали собирать вещи для переезда, и выяснилось, что у нас нет ни чемоданов, ни нормальных сумок. Придётся упаковывать всё в коробки, а потом думать, как их дотащить до нового места.
Алексей нахмурился и строго посмотрел на жену.
— Оля, ты что, всерьёз собралась разводиться? — спросил он, повышая голос. — Ну, если не секрет, где вы с сыном собираетесь обосноваться?
Ольга не отвела глаз.
— Мы уже нашли вариант, — ответила она ровным тоном. — Но я не хочу тебе говорить, это временное пристанище. Когда устроимся на постоянное, могу сообщить адрес, если тебе будет интересно.
Алексей раздражённо фыркнул.
— Ну всё, пошутила и хватит, — бросил он, садясь за стол. — Твоя шутка затянулась до неприличия.
Ольга покачала головой.
— А я не шучу, — спокойно возразила она. — Послезавтра рано утром мы переезжаем. Могли бы и завтра, но вещи ещё не упакованы.
Продолжение: