Весна пришла с морозными утренниками, солнечными днями, веселой капелью днем и настом по утрам, по которому лошадь могла с возом проехать. Зря председатель боялся, что вдруг да понесет пурга. Нет, снегу на полях не прибавилось.
- Леонид Степанович, зайди ко мне , - крикнул председатель в раскрытую дверь своего кабинета, как только услышал Ленькин голос в конторе.
Ленька весь день проработал в зернохранилище. Отбирал семена, чтоб проверить на всхожесть и только ближе к вечеру зашел в контору с пакетиками отобранных семян. Прямо с образцами он зашел в кабинет. Поздоровались по мужски. Ленька уселся за стол, что то начал было толковать про семена, но Иван Сергеевич остановил его.
- Погоди с семенами то. Не слушал, чай, Пленум ЦК КПСС.
Ленька кивнул головой. Конечно же, радиоприемника в хранилище не было. Разве только что в красном уголке на ферме, но он туда сегодня даже и не заглядывал.
- А что говорили то.
- Ох, Леонид Степанович, нутром чую, что большие изменения в сельском хозяйстве намечаются. Пленум постановление принял об освоении целинных и залежных земель.
Ленька как то даже и не понял, о чем сказал председатель. Слушать радио днем ему некогда было, в газетах позже все напечатают. Он уставился на председателя.
- Чего смотришь. Целину в Чкаловской области разрабатывать начнут, в степях. Пахать, пшеницу сеять, хлеб убирать. Колхозы новые создадут, Ты хоть представляешь, сколько там земли. Это ведь не только земля, но и дороги, строительство, рабочие руки. Народищу то сколько потребуется на все это. Сейчас то голая степь там.
Ленька все еще никак не мог понять, чего это Иван Сергеевич так распереживался. Но опытный председатель уже прикинул, сколько туда людей надо будет, на голое то место. Ну в городах то наберут людей. Но ведь будут нужны те, кто землю знает, кто умеет на ней работать, опять же и специалисты нужны будут. А это значит, что опять начнут трясти хозяйства. Еще и разнарядку пришлют.
Иван Сергеевич думал про свой колхоз. Сколько мужиков в самой силе с войны не пришло. Теперь то полегче стало, молодяжки подросли, работать начали. Но ведь и с ними колхозу людей не хватает. Баб приходится на исконно мужские работы посылать. Вот и думай тут, как быть. Но решения партии не обсуждаются, если надо, то все, что будет нужно, колхоз выполнит. Иначе нельзя.
Вот это и попытался председатель втолковать молодому агроному. Ленька для себя понял, что если начнется и в самом деле такая катавасия, то и ему нужно будет ехать. Как-никак он комсомолец, ему и флаг в руки. Да и холостой, никто его за собой не потянет.
Вечером в клубе тоже только и разговоров было про эту целину. Кто то из ребят был готов хоть завтра поехать, кто то сильно сомневался, что из этой затеи что то путнее получится. Как это на голом месте все сделать в такие короткие сроки, и обжиться, и вспахать, и посеять.
- Товарищ комсорг, можно вопрос? - обратилась к Леньке Любка, пожалуй самая озорная и взбалмошная девка в деревне. Ее острого язычка побаивались даже бабы и предпочитали не связываться. - Я вот узнать хочу. А девчатам можно будет на эту целину поехать? Я бы поехала.
Многие рассмеялись услышав такое. Сидела бы уж дома со своим языком. Здесь покоя от нее нет, а туда же, на целину захотела. Ленька ответил ей, что пока и сам еще не знает, как туда будут людей отбирать. Завтра он с Иваном Сергеевичем в район едет, наверное по этому вопросу их вызывают.
В район их с председателем действительно вызвали по этому вопросу. Первый секретарь райкома партии с энтузиазмом рассказывал, как в Москве и других городах формируются первые отряды для отправки на целину. Что райкомы просто осаждают желающие, чтоб их отправили, просят, чтоб выдали путевку. Потом сообщил, что завтра из Москвы отправится первый состав целинников.
Когда начались вопросы, Ленька неожиданно сам для себя поднял руку.
- А можно узнать, когда состав будет проезжать мимо нашей станции. Я бы собрал комсомольцев, вышли бы поприветствовать первопроходцев, лозунги бы написали. Людям, глядишь приятно бы было, что их поддерживают.
В президиуме растерялись. Никто не знал, когда поезд проедет. Хотя Ленькина инициатива начальству районному понравилась. Ему было обещано все разузнать и сообщить в правление. Конечно, если поезд будет проходить ночью, то встречи не получится. Люди попросту будут спать.
Потом Ленька вспомнил, что обещал потормошить начальство с электричеством. И опять он поднял руку. Он говорил долго. Не умел просто говорить коротко о наболевшем. Сколько можно обещать людям. Это ведь не из района тянуть двадцать верст. От станции всего три километра. А если точно промерять так и того меньше.
Начальник, командующий электросетями аж вспотел, отвечая на его вопрос. Да линия была в планах, и надо бы выполнять, но как то не получалось все. Пообещал, что будет свет в деревне. В этом году не получится, ну а уж в следующем обязательно.
После того, как совещание закончилось и председатель с Ленькой собрались в столовую подкрепиться перед обратной дорогой, е ним подошел секретарь. Он посмотрел на Леньку, потом на председателя.
- Ну и шустрый у тебя комсомольский вожак. Спокойно жить не даст. Молодец. Славный руководитель растет на смену.
Ленька засмущался от этих слов. А Иван Сергеевич усмехнулся.
- Не жалуюсь.
Про себя же подумал, что рано его еще со счетов списывать, не собирается он еще уходить. Но то, что Ленька будет хорошим руководителем, тут он прав. Видно, как болит у него душа о колхозе. Все время что то придумывает, учится.
Домой Ленька пришел с городскими гостинцами. Купил хлеба кирпичиком, саек да баранок вязочку. Похвала секретаря до сих пор в ушах слышалась. Было приятно, что такой человек оценил его.
Он зашел в избу и чуть не споткнулся. На стуле возле лежащего деда сидела Катя. Она глянула на вошедшего своими глазищами и сразу же опустила их к деду.
- Что случилось? - Ленька не на шутку испугался. Дед был не тот человек, чтоб его запросто уложить в постель.
- Ничё, Лёнюшка. Отпустило уж. Катенька всю хворь прогнала. - ответил дед.
Оказалось, что деду прихватило спину. Согнулся, чтоб портянку на ногу намотать. Намотать то намотал, а разогнуться не смог. Мать с Галей на работе. Пришлось бабке самой в медпункт ковылять, а дед так и сидел согнувшись.
Катя прибежала вперед бабушки. Что уж она ему сделала, какой укол, не известно. Но к приходу бабки дед уже в кровати лежал. Правда о том, что он охал на всю избу и стонал, когда Катя его в постель перетаскивала, оба дипломатично промолчали.
- Вот и хорошо, Лёнюшка. Глядишь мы сейчас чайку с беленьким то хлебушком попьем. Каша у меня в печи стоит. Давай разоболокайся, а я стол сгонотошу, - засуетилась старушка. Она ведь слышала разговор, что Катя поглядывает на ее внучка. А девка зря глядеть не будет.
Катя вспыхнула. Сказала, что чай пить она не будет, дел много, но старушка даже не слушала ее. А Ленька даже и не замечал, как смущается девушка рядом с ним. Он, как ни в чем не бывало рассказывал о том, что было на совещании. Не забыл и про обещание, что свет проведут в следующем году рассказать. Только о том, как его похвалили, не стал ничего говорить.
Катя долго за столом не сидела, поднялась, подошла к деду, поговорила с ним. Велела держать спину в тепле, пить порошки, за которыми надо зайти в медпункт, дала еще кое какие указания, быстренько накинула шаленку, пальтишко и убежала. Только когда девушка ушла, бабка накинулась на внука.
- Ну, Лёнька, ты и пенек у нас. Рядом девка красавица сидит, а он про свою целину, вроде как и поговорить больше не о чем. Ох, никогда ты видно у нас не женишься. Одни дела у тебя на уме. А девка то и вправду глаз на тебя положила.
Дед закряхтел на своей кровати.
- Слушай бабку то, чё она говорит. А девка то хороша. Был бы я молодой, так часу бы не думал, женился бы сразу. И не зыркай на меня так. Сейчас то только что поглядеть и остается, - дед взглянул на нахмурившуюся бабку, засмеялся, потом закашлялся и начал охать от боли, которая при кашле отдавала в спину.
Ленька слушал стариков, слова их словно в пустоту улетали. А думал он о кареглазой Верочке и никакие голубые озера не могли вытеснить ее из его сердца.
Благодарю за донат неизвестного почитателя моего творчества. Спасибо. Мне очень приятно. Пусть добро вернется к вам.