первая часть
Сергей, видимо, очень торопился и в попыхах не сбросил звонок. Теперь Ника слышала, что происходит вокруг. Подслушивала, по сути. Она бы ни за что не стала так делать, если бы не этот голос. Ника его хорошо знала — он принадлежал Светлане. Видимо, Сергей сунул телефон в карман брюк, потому что всё, что происходило дальше, слышалось как бы приглушённо, но каждое слово звучало отчётливо.
Ника не упустила ничего.
— Кто это? — недовольно осведомилась Светлана, подруга Ники. — Это точно была она, твоя слониха Ника?
— Да, — коротко ответил Сергей.
Слониха Ника? Ника ощутила, как её охватывает злость. Это что же, Светлана так назвала её из-за прибавленного веса? Она же сама недавно говорила о появившихся округлостях, женственности и прочих прелестях. Делала Никe кучу комплиментов, будто пытаясь поддержать. А теперь — «слониха Ника».
И Сергей тоже хорош: даже не подумал заступиться за жену, просто сказал «да». Как они вообще вместе оказались?
Сергей и Светлана говорили тихо. В комнате, кажется, был кто-то ещё — Ника слышала покашливание, шелест бумаг.
— Мне так понравилось наше последнее путешествие, — вдруг произнесла Светлана. — Там, на побережье, когда мы были только вдвоём и вокруг ни одной лишней пары глаз… Я по‑настоящему счастлива была там.
— Мне тоже понравилось, — ответил Сергей. — Ну, можем ведь и повторить. Только обещай взять с собой тот умопомрачительный купальник.
— Какой именно? — игриво поинтересовалась Светлана. — Красный или чёрный?
— Оба! — выдал Сергей после паузы.
Ника пыталась переварить происходящее прямо сейчас, почти в прямом эфире. Её муж и подруга. Вместе. Где-то… явно не в аэропорту, как Сергей сказал минуту назад. Обсуждают прошлый отпуск у моря. Планируют следующий. Что происходит?
— С тобой я счастлива везде, — продолжала Светлана, явно не ожидая, что её кто-то ещё слышит. Она говорила почти шёпотом, наверное, прямо в ухо Сереже. Но телефон-то был совсем близко, и Ника слышала всё.
— Мне главное — быть с тобой. На море, здесь, всё равно. Только эта слониха Ника мешает. Ненавижу её.
— Ну, родная, ты же знаешь, скоро всё закончится. Надо ещё немного потерпеть.
— Потерплю, конечно. Ради нашего будущего совместного.
— Ну что ж, Сергей Юрьевич, — раздался вдруг громкий мужской голос. Это был незнакомый Нике человек. — С документами всё в порядке. По доверенности от вашей матери вы действительно можете делать с квартирой всё, что пожелаете. Решили переоформить на Светлану Андреевну? Значит, так тому и быть. Только, понимаете, дело это небыстрое. Помощника моего сейчас нет, приходите через неделю, в двенадцать, с этим же пакетом документов. Тогда и оформим квартиру на вашу прекрасную спутницу.
Ника обмерла. А это ещё что такое? С чего вдруг пошёл разговор о квартире?
— Спасибо, Пётр Семёнович, — благодарил невидимого собеседника Сергей. — Не зря нам вас рекомендовали как лучшего нотариуса города.
— Ну что вы, дело-то простое, любой бы справился.
— Но с вами нам спокойнее, — вставила Светлана.
Ника почти видела её улыбку — лживую, фальшиво-ласковую. Потом послышались какие-то шорохи и стук. Вероятно, попрощавшись с нотариусом, Сергей и Светлана направились к выходу.
Ну и некоторое время спустя — частые гудки. То ли время ожидания на линии истекло, то ли Сергей наконец заметил оплошность и нажал «сброс». Но самое главное Ника уже услышала.
Женщина крепко обхватила почти незаметный живот — вдруг пронзила резкая боль, такая, от которой потемнело в глазах. Яркие пятна вспыхивали перед глазами, всё вокруг плыло.
Ника понимала: нужно успокоиться. Сейчас она узнала не просто неприятную, а разрушительную правду. Следовало выдохнуть, взять себя в руки — иначе никак. Иначе можно и в больницу загреметь.
Она подумала о ребёнке. Её долгожданный малыш… сын или дочь Сергея? Нет, неважно. Главное — сохранить. Любой ценой.
Ника несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, потом попила воды. Встала и направилась на кухню. В шкафу хранилась коробка с лекарствами — её домашняя аптечка, собранная за годы надежд: таблетки, травы, капли. Всё, через что проходила, пока планировала ребёнка. Нужно принять что-то успокаивающее.
То ли подействовало средство, то ли Ника просто взяла себя в руки — через несколько минут в голове прояснилось.
Итак, Сергей — неверный супруг. Изменяет. И с кем? Со Светланой.
Ника ведь сама их познакомила. Тогда ей хотелось услышать мнение подруг о любимом человеке. Обе не впечатлились, уверяли, что ей нужен кто-то другой. Особенно Светлана. Кричала громче всех, что Сергей «ниже уровнем» и «не достоин Ники». А теперь вот — море, купальники, отпуск на двоих.
Когда у них всё началось? И на какие, интересно, деньги они летают? Сергей ведь не зарабатывает столько. Или всё‑таки зарабатывает? Постоянные командировки, задержки, деловые поездки, разговоры о новых проектах... Возможно, всё это — прикрытие. Или — источник дохода, из которого теперь кормится и Светлана.
Да и подарки она всегда обожала. Всех ухажёров оценивала по толщине кошелька. Может, поэтому ей и было так трудно устроить личную жизнь. Мужчины ведь это чувствуют...
И тут Нику словно обдало холодом: доверенность. Когда-то, во время лечения, она подписала Сергею право распоряжаться деньгами со своего счёта. Тогда это казалось разумным шагом — он помогал искать лекарства, договаривался с врачами.
Ника позвонила в банк и заказала выписку. Через некоторое время на почту пришло письмо. Она открыла его — и всё подтвердилось. Сергей тратил её деньги. Тот самый неприкосновенный запас ушёл неизвестно куда.
Это был удар ниже пояса. Картина складывалась окончательно: работа, командировки, «проекты» — всё ложь. На самом деле он просто проводил время со Светланой.
Такая лёгкая, стройная, смешливая. Конечно, рядом с ней интереснее, чем с беременной женой, уставшей и говорящей только о малышe. Скучно, наверное, для такого «любящего жизнь» человека.
У Ники будто открылись глаза. Сергей — обманщик и предатель. И, возможно, изначально сошёлся с ней лишь потому, что она успешная.
Захотелось ему, видите ли, финансовой стабильности. Сам-то толком ничего не умеет, копейки зарабатывает. Нет, не лишён способностей, но трудиться не привык — да и не стремится. Ничего, зато природа отблагодарила его обаянием, а с ним и умением нравиться. Вот и нашёл Сергей способ лёгкого заработка: хорошо зарабатывающая жена — идеальное решение всех проблем.
Как же это больно и обидно — осознавать, что тебя использовали. И страшно, на самом деле. Нике даже некогда было толком переживать из‑за измены — перед ней стояли задачи серьёзнее: сохранить то, что по праву принадлежало ей. Если со счётом всё ясно и решаемо, то вот с квартирой — беда.
Для начала нужно было поехать в банк: заблокировать счёт и отозвать доверенность. Конечно, денег там осталось не так уж много, если сравнивать с первоначальной суммой, но и этого хватит на первое время. Пока она не сможет снова работать, пока малыш не подрастёт — этих средств вполне достаточно.
Не откладывая, Ника принялась собираться. Самочувствие уже было терпимым. Мысли, конечно, лезли неприятные, но теперь она хотя бы имела план. А план всегда успокаивает.
В банке всё удалось провернуть довольно быстро. Судя по выписке, Сергей пользовался деньгами около трёх месяцев — ровно столько, сколько продолжаются его «командировки» и «новые проекты». Значит, и роман со Светланой тянется примерно столько же.
Зная подругу, Ника не сомневалась: Светлана и не взглянула бы на мужчину, у которого нет денег. Поэтому Сергей пускал любовнице пыль в глаза — за счёт ничего не подозревающей жены.
Но вопрос с квартирой оставался открытым. Пазл сложился: Ника сама, своими руками, когда-то переписала договор на мать Сергея, Клавдию Степановну. Супруг убедил, что так выгоднее — «для налогов», для спокойствия. Тогда это казалось разумным. Интересно, уж тогда у него был план или всё сложилось потом? Впрочем, теперь это неважно. Факт остаётся фактом: формально хозяйка квартиры — Клавдия Степановна.
Жильё это куплено на Никины деньги, Сергей вложился по минимуму — да и вложиться ему, по сути, было нечем. И вот теперь он собирается переоформить квартиру на Светлану. Дорогую, просторную, с дорогим ремонтом, в престижном районе.
Зря он это делает. Не стоит доверять Светлане. Сергей наверняка уверен, что поселится с ней в «своём» уютном гнезде и будет счастлив. Но нет — он сильно ошибается. Светлана использует его так же, как он использовал Нику. Получит бумагу — и выкинет из жизни, не моргнув. Посмотреть бы на его лицо в тот момент…
Ника понимала, почему квартира оформляется на чужое имя. Всё просто: имущество, приобретённое в браке, считается совместным. А значит, оформить на себя — значило бы делить с женой. Нет, они решили действовать умнее.
Светлана всегда завидовала этой квартире. Ника замечала это, но не придавала значения. У подруги ведь — крохотная комнатка со скрипучими полами. Вот Света и придумала план, а Сергей, околдованный её улыбками, только поддакивал.
Интересно, когда они собирались поставить Нику в известность? Уже после сделки? Когда Светлана станет хозяйкой, а беременную жену можно будет спокойно выставить за дверь?
Нет, Ника не может этого допустить. Нотариус сказал приходить через неделю, значит, у неё есть ещё время на то, чтобы всё исправить. Только как? Пока что хозяйкой квартиры является Клавдия Степановна. Со свекровью за время знакомства отношения у Никки так и не сложились. Они виделись иногда для галочки. И эти встречи, кажется, доставляли неудобства им обеим.
Да и Сергей в присутствии вечно, одергивающий его матери, заметно нервничал. Клавдия Степановна была холодным человеком. Она держала дистанцию, причем не только с Никой, даже с сыном. Сергей не раз жаловался на то, как ему тяжело приходилось в детстве. Мать будто бы не любила его, просто выполняла родительские обязанности и требовала от сына, чтобы тот был идеальным.
Ника понимала, это не может быть правдой. Конечно же, Клавдия Степановна очень любит своего единственного сына и всё сделает ради его счастья. Уже делает. Вон, даже ему доверенность написала на квартиру, чтобы тот мог делать с ней что захочет. Интересно, она в курсе того, что задумал Сергей? Возможно, что и нет. Это он, влюбленный мужчина, не понимает опасности ситуации, полностью доверяет Светлане, как Ника ему когда-то, готов квартиру на неё оформить.
Клавдия Степановна наверняка попыталась бы его отговорить. В отличие от сына, она-то должна осознавать, чем это всё может обернуться. В общем, иного выхода не было. Ника понимала, она должна всё объяснить свекрови. И хотя бы попытаться восстановить справедливость. Шансов на благополучный исход мало, всё же Клавдия Степановна мать Сергея.
Но может хотя бы квартира не уйдёт Светлане? Может Нике удастся сохранить хоть какую-то часть? Клавдия Степановна, конечно, очень удивилась звонку невестке. Не принято у них было такое. Но встретиться без лишних вопросов согласилась, пригласила к себе.
Ника и Клавдия Степановна сидели на диване в гостиной. Пожилая женщина вопросительно смотрела на невестку.
Конечно, она понимала. Произошло что-то экстраординарное. Ника всё не знала, с чего начать.
- Что, Сергей что-то натворил? — наконец нарушила неловкую тишину свекровь. Ника кивнула и начала свой рассказ. Сначала смущалась, не могла спокойно говорить о происходящем. Потом заговорила уже уверенно, потому что видела, Клавдия Степановна, как это ни странно, на её стороне.
Это было неожиданно. Но свекровь подбадривала её, задавала вопросы. Её искренне возмущала эта история.
- Он и меня обманул, — тихо произнесла Клавдия Степановна. Видно было, что ей очень стыдно за сына.
- Сказал, что доверенность нужна для каких-то дел в банке. Мол, чтобы кредит скорее закрыть. Для выгоды какой-то, в общем. Я ведь знаю, какой Сергей. Как только поверила ему, нужно было тебе сначала позвонить.
— Так вы… — Ника не могла поверить в свое счастье. — Так вы отзовете доверенность? Это ведь быстро делается, я узнавала об этой процедуре.
- Разумеется, отзову, — кивнула Клавдия Степановна.
- Более того, после развода квартиру перепишу на тебя, чтобы ты была единственной владелицей этого жилья. Я ведь знаю, что фактически это так и есть, ты её купила. Именно ты свои деньги вкладывала. И квартиру ещё маленькую свою продала. Ещё и малыш скоро родится, ему нужны комфортные условия, так что всё по справедливости.
- Даже не знаю, как вас и благодарить, — голос Ники дрожал.
Теперь, когда решился вопрос с квартирой, она вдруг ощутила неимоверное облегчение. Кроме того, приятно было чувствовать поддержку человека, от которого этой поддержки, ну, никак не ожидал.
- Благодарность? Это я не знаю, как извиниться — за такого сына - покачала головой Клавдия Степановна.
- Не поверишь. Воспитывала его, всю душу в него вкладывала, а он… Пошёл в отца своего, который не знает о существовании такого сына, наверное. Точнее, забыл.
заключительная