Все уже разбрелись по комнатам, а баба Ага, возможно, и вовсе видела третий сон, потому как ушла спать раньше всех, и только Яна сидела на кухне в одиночестве и пила чай из трав. Она знала, что Сеня перебрал, и теперь точно будет храпеть всю ночь. Если бы здесь не было Славы и его семьи, занявших две комнаты, она бы легла спать отдельно. Но так вышло, что других вариантов сегодня не было.
Начало здесь. Предыдущая часть 👇
В доме было спроектировано четыре спальни. Три занимали: Яна с Сеней, Вероника, бабушка. Одна служила комнатой для гостей. Узнав, что с квартирой Славы приключилась беда, бабушка переехала спать в гостиную:
- Пусть Тимка отдельно от родителей живёт! Большой уже.
Так что Яна оказалась в положении, когда спать придётся идти с храпящим мужем. У неё всю жизнь сон чуткий, но в последние годы стали мешать даже малейшие шорохи. Чуть что, она заснуть не может или просыпается. Вот и сегодня Яна ждала, когда глаза уже сами собой слипаться начнут. Чтобы лечь, и невзирая на храп Сени, тут же уснуть.
Шаркая тапочками, на кухню вошла баба Ага.
- Яна! – шёпотом воскликнула она. – Ты чего опять полуночничаешь? Снова бессонница мучает? Сходи ты к нашему участковому терапевту! Пусть лекарство тебе какое выпишет.
- Сеня храпит, – пояснила Яна, и тут же увела тему от врачей и больниц: – А ты чего вскочила?
- Съела, видимо, много. Чего-то сердце барахлит. Не могу уснуть, страшно. Вот к чему переедание приводит! Нельзя мне, старой, столько есть, тяжко сразу. Плохо уже организм работает.
- Ба, садись! Ну вот, ещё не хватало, чтобы ты заболела из-за наших гостей! Лекарство приняла?
- Да приняла, приняла. Старость, что уж теперь… Погода ещё, наверное, меняется опять. Вот и сердечко шалит.
- Чай хочешь? Успокаивающий?
- Нет, посиди со мной немного. Хорошо, что не спишь ещё. Поговорить мне с тобой нужно.
- О чём, ба? – насторожилась Яна.
- Да о гостях! Какие они гости-то? Они семья наша, так что ты уж потерпи. Понимаю, что Оля не подарок, но и она наша семья. Грубоватая, да. Курит, это тоже неприятно. Но Ярославушка сам её выбрал в жёны. Совета нашего не спрашивал. И вроде не страдает с ней. Пусть живут сколько надо, а ты внимания не обращай.
- Да это и их дом тоже, – пожала плечами Яна.
Бабушка внимательно на неё посмотрела, покачала головой и со вздохом произнесла:
- Дом… Да продать его нужно было! Я же упёрлась, мол, родители гнёздышко свили, и что памяти о них не останется. Вижу, что не по душе тебе такое соседство. Не знаю, сказал ли Ярославушка Оле, но в квартиру так скоро, как планировали, они не вернутся.
- Да ты что? Мне тоже не сказал! И как долго нам предстоит жить под одной крышей?
- Ох, выболтала, получается… – вздохнула бабушка Ага. – От блогеров тех приходил сегодня ремонтник, всё посмотрел и сказал, что не раньше чем через две недели начнут работы делать. И жить там нельзя, потому что сыро. Опасно для здоровья. Да и проверять чего-то там будут… Я не поняла. Старая уже, в тонкостях не разбираюсь.
- А мне-то что? – поджала губы Яна. – Если надо, пусть живут.
- Как это что? Ты же у нас любишь всех строить, всем свои порядки навязывать, – улыбнулась баба Ага. – Что, думаешь, такая старая, не заметила, как ты весь вечер на мужа шипела? Ну выпил и выпил. Ты пьяному-то под руку не лезь!
- Оля тоже три бокала вина выпила! И пару рюмок коньяка с мужчинами! Хохотала громко, что аж неприлично! Хотя что от продавщицы ждать? Знание этикета?
- А ты считала, сколько она выпила?
- Просто заметила, – ответила Яна. – Какой она пример Нике подаёт?
- У Ники без тёти Оли полно примеров в жизни. И не только ты и Сеня, но ещё куча людей вокруг. Ой, всё. Кажется, отпускает. Я пойду, прилягу. И ты не сиди. Ступай в комнату. Нечего полуночничать! Опять не выспишься! Завтра последний выходной. Ты хоть не вскакивай с утра пораньше, поваляйся в кровати.
Яна послушно встала. Бабушка прошла в гостиную, а Яна свернула в сторону двух нижних спален. Мимо комнаты брата она кралась на цыпочках, но вдруг замерла, услышав голос Ольги.
- Серьёзно? Я не выдержу здесь столько времени!
- Лучше, чем в сырой квартире! Я сегодня заезжал – это кошмар! Поверь мне, очень хорошо, что у нас есть где жить.
- А как же… – Оля запнулась, а притаившаяся за дверью Яна навострила слух. – Как же наше дело? Мы не можем… Как же неудобно! Да я ещё работаю завтра! Как быть? Мне не с руки будет туда-сюда мотаться! Где мы сейчас живём? А где наша квартира? Я уже молчу, что и магазин не в двух шагах! Что делать-то?
- Я всё сделаю сам, – успокоил её Ярик. – Не думай об этом, ладно?
- Не могу! Тогда ко мне заедешь. Я всё подготовлю. Завтра воскресенье, в магазине буду только я, Аня и Марина… Да, подъезжай в магазин. Без суеты всё обсудим. И вообще, курить хочу! Почему мне нельзя покурить на кухне или на крыльце? Или здесь в форточку? Кто придумал, что нужно за сарай топать?
- Ты же знаешь, Яна не переносит табачный дым! С тех пор как родители погибли… Она маленькая в милиции просидела почти сутки. И там все курили. С тех пор и не выносит.
- Ах да! Яна… – ехидно протянула Оля. – Ну конечно. Как я сама не догадалась?
А Яна быстро, моля, чтобы пол под ногами не скрипнул, скрылась в своей комнате. Сеня, как ни странно, не храпел, и в тишине она отчётливо слышала, как громко стучит сердце. Скрипнула дверь соседней спальни: это вышла Оля, даже не старавшаяся не шуметь. Спокойным шагом она прошла в прихожую, повозилась там, чем-то пошуршала и вышла.
Только теперь Яна могла перевести дух. И тут же в ней проснулось любопытство: что за дело, о котором говорила Оля? Чем это она занимается? В голову лезли худшие предположения, что она промышляет чем-то нелегальным. А что? Такая могла бы.
Или нет?
И не спросишь же. Но Яна решила, что обязательно узнает, чем занимается жена брата. Хотя бы просто убедиться, что она не втягивает Славика в свои аферы. Яна вспомнила, как баба Ага назвала Олю своей семьёй, и недовольно фыркнула. Какая она семья?
Так, временное недоразумение на жизненном пути Славы.
***
Когда Оля вернулась в комнату, Ярик уже мирно сопел в кровати. Она его растолкала и тихо спросила:
- Спишь?
- Издеваешься? – возмутился Ярик. – Только-только так хорошо уснул! Уже даже снилось что-то! Причём что-то приятное! Ты чего пихаешься?
- Тише! Не ори. Перебудишь всех. Я пока на улице мёрзла, вот о чём подумала: этот дом такой же наш, как и их. Почему я должна подчиняться правилам, которые установила Яна?
- Это всё твоя вредная привычка! Курить вредно. Бросай, – пробормотал Ярик и хотел уже было повернуться на другой бок, но Оля ему не дала:
- Дело не только в этом! Вот смотри, время одиннадцать, а мы шёпотом в комнате разговариваем. Почему? Правило у Яны такое: в девять должна быть тишина в доме!
- И что?
- Думаешь, кто-то спит? Ника? Тима? Уверена, наш сын радуется, что его комната на втором этаже и мы не видим, как он в ноутбуке своём полночи зависает!
- Зато тихо зависает, – зевая ответил Ярик. – И пусть! Пока ещё каникулы. Потом установим контроль времени. Иногда ты бываешь к нему излишне строгой. А тишина должна быть, потому что бабушка в девять спать ложится.
- Твою бабушку, если она уснёт, танком не разбудишь! Вот даже завидую, какой у неё сон крепкий! Ладно, а что скажешь по поводу того, что когда мы в гостях, продукты на всех закупаем мы? Помнишь, полгода назад вы с Тимой помогали крышу менять, и мы здесь целых три дня жили?
- Ты одну ночь только выдержала! – напомнил Ярик.
- И что? Зато я помню, как ты без конца сюда что-то покупал! Мы едем, всегда спрашиваем что нужно, и получаем целый список в ответ! И сейчас мы привезли продукты из нашего холодильника. Их все едят. Крупы, овощи – всё подчистую! Яна ещё хотела меня заставить купить мясо на шашлыки!
- Так, я не понял, ты поругаться хочешь?
- Я? – Оля посмотрела на мужа. – Нет. Мне нужна справедливость. Просто в отличие от тебя, я помню, что у нас сын! Поэтому каждый раз, когда мы здесь, я думаю о нём.
- Тимка здесь при чём?
- Часть дома твоя, а значит, и его. Мы живём в квартире, которую помогла купить моя мама. Напомню, она продала свою двушку в центре, купила себе дом в селе, а оставшиеся деньги отдала нам. И как бы противно она себя ни вела, нам она помогла. Пусть это единственный её хороший поступок! Мы добавили и купили нашу трёшку. Влезли в долги. И твои родственники нам никак не помогли. И до сих пор мы им чаще помогаем, чем они нам.
- К чему этот разговор? Начала про правила, и тут же свернула не туда! – уже раздражённо произнёс Ярик.
- А к тому! Что доля в этом доме принадлежит тебе! Половина дома принадлежит тебе! И не вздумай, – голос Ольги стал тише, но в нём отчётливо слышалась ярость, – не вздумай отдать свою половину Яне. Я и так терплю её намёки, что это только ИХ дом.
- Хватит! Каждый раз одно и то же! Всё, я спать! – Ярик отвернулся от жены, натянул одеяло на голову и сделал вид, что сразу уснул.
Оля тоже отвернулась от мужа, но долго не спала. Думала, размышляла и злилась. Не любила она сюда приезжать! И никогда не ощущала себя здесь, как дома. Или как у близких людей в гостях.
Всегда чувствовала себя здесь, как пятно на белоснежной скатерти.
***
- Ника, – шёпотом позвал Тима и поскрёбся в дверь к сестре.
- Заходи!
Комната Вероники ему никогда не нравилась. Слишком чистая! Всё по полочкам. И это пианино! Чёрное, громоздкое, почему-то всегда ассоциировалось у него с гробом. Он так Нике и говорил:
- Ты похоронила в нём детство!
Она лишь фыркала.
- Чего тебе? – спросила Ника, когда Тима вошёл и начал осматриваться, пытаясь уловить хоть какие-то изменения. Но нет. И пианино на месте, и это вечный порядок. Поменялось только покрывало на кровати. На полках вроде новые безделушки.
- Помнишь, как мы раньше на Красную горку ходили? Катались там на пакетах, набитых снегом. Здорово же было! Погнали завтра, а?
- Чего вдруг?
- Да надоело, – отмахнулся Тима. – Все такие напряжённые! Никто в этом году даже не предложил туда съездить. Да даже ехать не надо – тут идти-то, километра два. Когда мелкие были, мы с тобой часто туда ходили. А ещё завтра последний день каникул.
- Не напоминай, – вздохнула Ника. – Ещё полтора года! А потом…
- Что потом?
- Потом свобода! Поеду в Москву поступать. Буду в общаге жить. Кайф!
Тима уставился на неё с недоумением.
- И что в этом хорошего? Ты же не одна там будешь жить! Фу! Общий душ, общий туалет, общая кухня…
- Да не общага кайф, а из дома уехать кайф! – пояснила Ника. – Взрослая жизнь! Никто больше не указывает, что делать и когда.
- Ну не знаю, мне и дома хорошо.
- Ты маленький ещё! – фыркнула Ника. – Не понимаешь! И потом тебя так не напрягают, как меня. У меня то школа, то музыкальная школа… Ладно, хоть она закончилась! Зато теперь три репетитора. Готовят меня к ЕГЭ. Жизни вообще нет. Хорошо, что вас затопили. Повеселее стало!
- А мне здесь как-то напряжно, – сказал Тима. – И родители напряжённые. По-моему, они никогда не найдут общий язык. Ну да ладно, сами разберутся! Так что, погнали на горку? Пакеты снегом набьём…
- У нас есть «ватрушка*», – засмеялась Ника.
*тюбинг
- Отлично! Тогда свалим завтра?
- Свалим! И давай прямо с утра, по-тихому… А то заставят снег чистить или ещё что… уборку, например, сделать! Мама любит в последний день каникул надавать заданий по дому! Мы тихо уйдём, тихо вернёмся… Они будут думать, что мы где-то рядом с домом гуляем.
- Согласен!
На том и порешили.
Не забывайте подписываться на канал, сообщество VK, ставить лайки и писать комментарии! Больше рассказов и повестей вы найдёте в навигации по каналу.
Продолжение 👇