Ирина замерла у компьютера, как будто увидела привидение. На экране светилась переписка мужа с каким-то Виктором: «Билеты куплены. Марта с собой не беру — ты же понимаешь, она всё равно найдёт миллион причин остаться. Лучше сначала разведать обстановку, а потом уже решать».
Марта — это она. Её муж тридцати лет называл её Маргаритой только в официальных документах, а в жизни — всегда Мартой.
И вот теперь эта Марта стояла посреди их общей квартиры, держась за спинку кресла, чтобы не упасть.
— Серёжа! — позвала она, стараясь, чтобы голос звучал обычно. — Ты где?
— На кухне! — донеслось в ответ. — Чай завариваю!
Она медленно прошла на кухню, наблюдая за мужем. Сергей Михайлович, пятьдесят девять лет, седоватые виски, всегда такой основательный и надёжный. Сейчас он возился с чайником, напевая что-то под нос. Обычная вечерняя картина их размеренной жизни.
— Серёж, а что это за конференция в Берлине? — как бы между прочим спросила Ирина, садясь за стол.
Муж резко повернулся, чайник дрогнул в его руках.
— Откуда ты знаешь?
— А разве это секрет? — в её голосе появились металлические нотки. — Я случайно увидела твою переписку. Компьютер был включён.
Сергей поставил чайник на плиту и тяжело вздохнул:
— Мартуля, я хотел сначала всё разузнать, а потом уже с тобой обсудить...
— Разузнать что? — Ирина почувствовала, как внутри неё что-то холодеет. — И почему Виктору ты пишешь, что меня лучше не брать? Что я «найду миллион причин остаться»?
— Ну... — Сергей заёрзал на месте. — Ты же сама знаешь, какая ты. Дом, работа, мама твоя в пансионате... Ты всегда говоришь, что кому-то нужна здесь.
Ирина смотрела на мужа и не узнавала его. Этот человек тридцать лет был её опорой, её тылом. Ради него она отказалась от аспирантуры, ради него переехала в этот город, ради его карьеры ставила свои интересы на второй план. А теперь он смотрит на неё, как на балласт?
— Понятно, — тихо сказала она. — А билеты ты когда купил?
— На прошлой неделе. Мартуля, пойми, это же возможность...
— Возможность для тебя, — перебила его Ирина. — Только для тебя. А я, значит, помеха.
Сергей попытался подойти ближе:
— Не говори так. Просто...
— Просто что? — голос Ирины становился всё громче. — Просто тридцать лет я была удобной женой, которая не задаёт лишних вопросов? А теперь стала неудобной?
Муж молчал, и это молчание оглушало сильнее любых слов. Ирина встала из-за стола:
— Я пойду к себе. Мне нужно подумать.
Она поднялась в спальню и села на край кровати. В голове был хаос. Как же она не заметила? Когда он начал планировать жизнь без неё? И что ещё он скрывает?
Ирина вспомнила последние месяцы: Сергей действительно стал каким-то... отстранённым. Больше времени проводил в кабинете, часто говорил по телефону вполголоса. А она думала — работа, дела, взрослый мужчина имеет право на личное пространство. Какая же она была слепая!
Ночь прошла без сна. Утром за завтраком Сергей попытался заговорить:
— Марта, давай обсудим всё спокойно...
— Сначала расскажи мне всё, — отрезала Ирина. — Всё, что ты от меня скрываешь. Я имею право знать.
Сергей долго молчал, крутил в руках ложку. Наконец решился:
— Хорошо. Виктор предложил мне войти в его бизнес в Германии. Консалтинг для российских компаний, работающих в Европе. Хорошие деньги, перспективы...
— И ты решил, не посоветовавшись со мной? — Ирина чувствовала, как в груди разгорается что-то жгучее.
— Я думал... Ну, ты же понимаешь, в твоём возрасте начинать всё сначала...
— В моём возрасте? — голос Ирины сорвался на крик. — Мне пятьдесят восемь, не восемьдесят! И что ещё?
Сергей опустил глаза:
— Я... снял часть денег с нашего общего вклада. На первоначальные расходы. Думал потом вернуть с процентами...
Мир вокруг Ирины закачался. Общий вклад — это были их пенсионные накопления. Деньги, которые она тоже зарабатывала, экономя на себе.
— Сколько? — еле слышно спросила она.
— Триста тысяч.
— Господи... — Ирина схватилась за сердце. — Серёжа, да что же ты делаешь-то?
— Мартуля, ну пойми! Это же шанс! В России кризис, работы нет, а там...
— А там ты планировал жить один? Или с кем-то? — вопрос вырвался сам собой.
Сергей резко поднял голову:
— С кем это? Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, что муж, который тридцать лет жил с женой, вдруг решает кардинально изменить жизнь и при этом даже не считает нужным её предупредить! Что-то здесь не так, Сергей Михайлович!
В этот момент в прихожей хлопнула дверь — пришла дочь Лена.
— Мам, пап, привет! — весёлый голос двадцатипятилетней дочери звучал диссонансом в накалённой атмосфере кухни. Лена заглянула в кухню и сразу замолчала: — Что случилось?
Ирина посмотрела на дочь — стройную, красивую, похожую на неё в молодости, — и вдруг не выдержала:
— Спроси у папы. Он тебе лучше расскажет о своих планах.
— Мам... — Лена испуганно посмотрела на родителей.
— Твой отец, — голос Ирины дрожал, — решил начать новую жизнь. В Германии. Без меня. И даже деньги уже снял с нашего счёта.
Лена опустилась на стул:
— Пап, это правда?
Сергей пытался оправдываться:
— Лена, ты же умная девочка. Ну какая мама поедет в другую страну? Язык не знает, работать не сможет...
— А ты спрашивал маму, хочет ли она попробовать? — голос Лены становился жёстким.
— Зачем спрашивать, если и так понятно...
— Понятно кому? — вмешалась Ирина. — Тебе понятно! А меня никто не спрашивал!
В дверь позвонили. Это был их сын Андрей с женой и маленькой дочкой. Обычно Ирина радовалась таким внезапным визитам, но сейчас...
— Что за похоронные лица? — пошутил Андрей, но тут же стал серьёзным, увидев обстановку.
Лена быстро ввела брата в курс дела. Андрей слушал, его лицо каменело.
— Пап, ты что, совсем охренел? — взорвался он. — Мама всю жизнь тебя поддерживала, а ты...
— Андрей, не груби отцу! — машинально одёрнула его Ирина.
— Да нет, мам! — Лена встала на сторону брата. — Пусть грубит! А то папа совсем забыл, что такое уважение к семье!
— Дети, не вмешивайтесь в наши отношения, — попытался встрять Сергей.
— Как это не вмешиваться? — Андрей был вне себя. — Ты же нашу маму предаёшь! И думаешь, мы будем молчать?
Ирина смотрела на своих детей и понимала: они действительно её поддерживают. Впервые за много лет она почувствовала себя не одинокой в этом доме.
— Папа, — тихо сказала Лена, — а мама знает про твои разговоры с Викторовой женой?
Все замерли.
— С какой Викторовой женой? — медленно спросила Ирина.
Сергей побелел как полотно.
— С какой Викторовой женой? — повторила Ирина, чувствуя, как холодеет кровь.
Лена растерянно посмотрела на отца:
— Пап, а... а мама что, не знает про Анжелу?
— Кто такая Анжела? — голос Ирины стал металлическим.
Сергей судорожно сглотнул:
— Это... это жена Виктора. Она там, в Берлине, помогает с документами...
— И что она помогает? — Ирина медленно встала. — Серёжа, говори всё. Сейчас же.
— Мама, — тихо вмешался Андрей, — я видел папу с какой-то женщиной в кафе месяц назад. Думал, коллега...
— Она действительно коллега! — попытался оправдаться Сергей. — Мы просто обсуждали...
— Что вы обсуждали, держась за руки? — жёстко спросил Андрей.
Тишина повисла над кухней, как топор. Ирина почувствовала, как внутри неё что-то окончательно ломается. Не просто треснуло — сломалось с хрустом, безвозвратно.
— Тридцать лет, — прошептала она. — Тридцать лет я была твоей тенью, Сергей Михайлович. Отказалась от аспирантуры — ради тебя. Переехала сюда — ради твоей работы. Родила детей, растила их, пока ты делал карьеру. А теперь...
— Марта, ты не понимаешь...
— Я всё понимаю! — взорвалась Ирина. — Ты нашёл себе молодую дурочку и решил начать всё сначала! А старая жена пусть доживает свой век на остатки общих накоплений!
— Не говори глупости...
— Глупости? — Ирина рассмеялась, но смех вышел страшным. — Глупо было верить тебе. Глупо было думать, что ты меня ценишь. Глупо было жить ради семьи, забыв про себя!
Сергей попытался встать:
— Марта, успокойся...
— НЕ ПОДХОДИ! — закричала Ирина так, что все вздрогнули. — Не смей ко мне подходить! Ты мне противен!
Она выбежала из кухни и заперлась в спальне. Дети остались разбираться с отцом. Слышались приглушённые голоса, хлопанье дверей. Потом всё стихло.
Ирина лежала на кровати и смотрела в потолок. За окном шёл дождь. Как в том фильме — «дождь смывает всё». Вот и пусть смоет. Смоет эти тридцать лет, смоет иллюзии, смоет страх.
Страх... А чего, собственно, она боится? Остаться одна? Но она уже одна. Уже давно одна, просто не хотела этого признавать.
Вечером к ней пришла Лена:
— Мам, как ты?
— Нормально, — соврала Ирина.
— Папа ушёл к Виктору. Сказал, что вернётся завтра, когда ты остынешь.
— Остыну? — Ирина села на кровати. — Лена, а ты помнишь, какой я была до замужества?
Дочь пожала плечами:
— Мам, мне тогда года не было...
— Я хотела быть искусствоведом. Писала диплом о Врубеле. Хотела работать в музее, ездить на раскопки... — голос Ирины стал мечтательным. — А потом папа сказал, что семья важнее карьеры. И я поверила.
— Мам...
— Знаешь, а ведь никогда не поздно начать жить для себя. Мне пятьдесят восемь, но я здорова, у меня есть образование...
Лена обняла мать:
— Мам, ты же понимаешь — мы с Андреем на твоей стороне. Что бы ты ни решила.
На следующий день Ирина сделала то, чего не делала лет двадцать — позвонила старым подругам.
Галя, Тоня, Света — девочки с института, с которыми она потеряла связь из-за бесконечных домашних забот.
— Иришка! — обрадовалась Галя. — Господи, сколько лет! Как дела?
— Дела... сложные. Галь, а можно к тебе приехать? Поговорить нужно.
— Конечно! Приезжай прямо сейчас!
Ирина оделась, взяла сумку и вышла из дома. На пороге остановилась, обернулась. Этот дом был её миром тридцать лет. А теперь... теперь она хочет узнать, какой мир существует за его пределами.
У Гали она проплакалась, выговорилась, выслушала советы. Подруги поддержали её единодушно:
— Иришка, да он просто козёл! В твоём возрасте ещё всё можно изменить!
— А помнишь, как ты мечтала о музейной работе? — добавила Света. — Кстати, в Эрмитаже сейчас набирают экскурсоводов...
Ирина вернулась домой другим человеком. Дома её ждал Сергей.
— Ну что, остыла? — спросил он с той снисходительной улыбкой, которая раньше его украшала, а теперь бесила.
— Остыла, — спокойно ответила Ирина. — И приняла решение.
— Какое решение? — насторожился Сергей.
Ирина села напротив мужа, спокойно сложила руки:
— Завтра я подаю на развод. И требую раздела имущества — включая те триста тысяч, которые ты снял без моего согласия.
Сергей опешил:
— Марта, ты что, с ума сошла? Из-за какой-то ерунды разрушать семью?
— Ерунды? — голос Ирины оставался ровным. — Предательство, обман, планирование жизни за моей спиной — это ерунда?
— Да нет у меня никого! — взорвался муж. — Анжела — просто знакомая!
— Которая держит тебя за руку в кафе? — усмехнулась Ирина. — Сережа, не ври. Ты же никогда не умел врать красиво.
Сергей попытался перейти в наступление:
— И что ты будешь делать? На что жить? Кому ты нужна в твоём возрасте?
Раньше эти слова убили бы её наповал. Но сейчас Ирина только покачала головой:
— А знаешь что, Серёжа? Это я у тебя сейчас спрошу — кому ты нужен? Мужчина, который предаёт жену, обманывает детей, крадёт семейные деньги... Думаешь, твоя Анжела полюбила именно такого тебя?
— Не смей...
— Или она полюбила твои деньги? Наши с тобой деньги, — продолжала Ирина невозмутимо. — Интересно, а она знает, что ты эти деньги украл у жены?
Сергей побледнел. Значит, не знает. Ирина про себя усмехнулась — какой же он жалкий.
— Слушай меня внимательно, — сказала она. — У тебя есть две недели, чтобы вернуть деньги на счёт и съехать из этой квартиры. Или я расскажу твоей пассии, откуда у тебя средства на новую жизнь.
— Ты не посмеешь...
— Ещё как посмею. А ещё расскажу твоим коллегам, каким ты оказался семьянином. Думаю, они оценят.
Сергей смотрел на жену как на незнакомого человека. И правильно — эта Ирина действительно была ему незнакома.
— Мама! — в дверь вошла Лена с пакетами. — Я принесла продукты... О, папа дома. Ну и как, помирились?
— Мы разводимся, — спокойно сообщила Ирина.
— Наконец-то! — выдохнула дочь. — Мам, я полностью тебя поддерживаю.
Сергей вскочил:
— Лена! Как ты можешь...
— А как ты мог, пап? — холодно ответила дочь. — Мама отдала тебе лучшие годы, а ты... Знаешь что? Собирай вещи и проваливай к своей Анжеле.
— Это мой дом!
— Нет, — возразила Ирина. — Это наш дом. Половина моя. И я решила, что моя половина должна жить без тебя.
Следующие дни прошли в хлопотах. Ирина подала на развод, нашла адвоката, восстановила документы. А ещё — подала резюме в три музея на должность экскурсовода.
Сергей пытался давить, угрожать, потом переходил на мольбы:
— Мартуля, мы же столько лет вместе... Неужели ты всё перечеркнёшь?
— Это не я перечеркнула, Серёжа. Ты перечеркнул в тот момент, когда решил планировать жизнь без меня.
— Но я же могу всё изменить! Никуда не поеду!
— Поздно. Доверие — как хрустальная ваза. Разбили — не склеить.
Через месяц Ирина получила работу в Эрмитаже. Да, зарплата небольшая, но какое счастье — каждый день быть среди прекрасного! Рассказывать людям о Врубеле, о Репине, видеть восхищение в глазах посетителей.
А ещё она записалась на курсы английского и планировала поездку в Италию — посмотреть на Ренессанс своими глазами.
— Мам, ты прямо светишься изнутри, — сказал Андрей, приехавший в гости. — Так красиво выглядишь!
— А знаешь почему? — улыбнулась Ирина. — Потому что я наконец живу для себя. Первый раз в жизни.
Сергей так и уехал в Германию. Последняя SMS от него пришла через полгода: «Марта, я понял, что наделал глупостей. Прости. Хочу вернуться».
Ирина прочитала, усмехнулась и удалила сообщение. А потом написала подругам: «Девочки, а давайте на выходные в Петергоф? Хочу показать вам новую выставку!»
Она больше не искала опору в других людях. Она нашла её в себе — и этой опоры хватило бы на несколько жизней.
За окном светило солнце. Впереди была работа, которую она любила, дети, которые её поддерживали, подруги, которые её понимали. И масса нереализованных планов, которые ждали своей очереди.
Ирина посмотрела в зеркало и улыбнулась своему отражению. Пятьдесят восемь лет — это не конец. Это только начало.
Друзья, ставьте лайки и подписывайтесь на мой канал- впереди много интересного!
Читайте также: