- И чего так дёшево? Побыстрее продать хотите?
Парень смотрел на Тимофея спокойно, без суеты. А Тимофей едва удерживал улыбку - боялся выдать радость, чтобы продавец вдруг не передумал. Удача сама шла в руки: машина хоть и старенькая, но ухоженная, в полном порядке. Видно было, что хозяин умеет работать руками - всё сделано аккуратно и по совести.
Тимофей давно мечтал хоть о какой-нибудь машинке: до соседнего села к матери съездить, на рынок выбраться. Только денег постоянно не хватало. То крыша потекла, то колодец копали, то воду в дом тянули. Хотелось сильно, а возможности всё не было.
Тимофей обернулся к жене:
- Маш, ну а ты что скажешь?
- Тимош, мне она нравится… Но я понимаю, звучит смешно. А вдруг такая цена потому, что с ней что-то было? Может, авария?
Тимофей вопросительно посмотрел на парня. Тот только плечами повёл:
- Не знаю, что вам ответить. У меня она три года. Досталась в плохом состоянии, но битой вроде не была. Вы сами подумайте - возраст, пробег, всё такое.
Тимофей махнул рукой:
- Маш, да ладно. Парень молодой, машина почти его ровесница.
Алексей усмехнулся:
- Ну, года на четыре помоложе. Вы не переживайте, она крепкая. Я как работать пошёл - всё, что надо, переварил, привёл в порядок.
Пожали руки, на листке наспех написали договор. Решили встретиться в ГАИ через неделю. Алексей ушёл пешком по тропинке к автобусной остановке.
Он, конечно, не стал объяснять, почему отдал машину так дёшево. Никакую другую он покупать не собирался. Просто заболела мать. Приёмная мать.
Когда-то давно Алексея нашли на улице - почти замёрзшего. Галина Андреевна тогда работала рядом с больницей, выхаживала его, а потом забрала к себе. Тогда ещё с ней жил муж, но он ушёл почти сразу, как в доме появился ребёнок. Наверное, человек он был не злой - сказал честно, что не сможет полюбить чужого, а своих жена родить не может. Галина Андреевна отпустила.
Лёша долго носил внутри какую-то тяжёлую, необъяснимую вину, хотя был тогда совсем малышом - ему только должно было исполниться пять. Они остались вдвоём. Алексей знал, что Галина Андреевна ему не родная, и она этого не скрывала. Но он всё равно называл её мамой, а она его - сыночком.
Лёша выучился, устроился на завод. А по вечерам подрабатывал в автомастерской. Именно хозяин сервиса настоял, чтобы он получил права.
- Ты пойми, Лёха, профессия - это хорошо. Но вдруг судьба занесёт туда, где по специальности не устроиться? А водитель всегда нужен. В любом городе, в любой точке мира. Будешь нормальным водителем - без куска хлеба не останешься.
Лёша послушался. Тем более мама поддержала. А потом подвернулась та самая полуразбитая Ауди. Отдал за неё почти смешные деньги, а за три месяца превратил в конфетку.
Алексей шёл и вдруг остановился, словно споткнулся о собственную мысль.
- Чёрт…
Он беспомощно оглянулся. Ни нового хозяина, ни машины уже не было - уехали. А в салоне осталась вещь, которая была ему дороже любой железки. Маленькая старая иконка.
Мама говорила, что её нашли у него в кармане, когда Лёшу привезли. Мол, была при нём тогда - и уберегла. Когда он подрос, Галина Андреевна отдала её ему. Сначала он носил иконку в кармане, потом, когда появилась машина, закрепил её на солнцезащитном козырьке.
Алексей посмотрел на остановку. Если он сейчас упустит последнюю маршрутку, до дома будет больше пятнадцати километров пешком. Но он успокаивал себя: хозяин ведь не станет выкидывать всё подряд из машины. Тимофей выглядел человеком нормальным. Не понравится - отдаст при встрече в ГАИ.
Дома раздался голос:
- Лёшенька, это ты?
- Я, мам.
Он заглянул в комнату:
- Как ты?
- Да ничего… нормально.
Полгода назад у Галины Андреевны начались головные боли. Иногда такие, что она теряла сознание. Врачи говорили - сосуды, опасно, но не настолько, чтобы лечить бесплатно. Выписывали лекарства. Они помогали ненадолго, а потом всё возвращалось.
Врач сказал Лёше прямо: нужен курс лечения - капельницы, обследования, ещё что-то. Всё платно. Сумма вроде не космическая, но для них - серьёзная.
Лёша думал долго. Машина у него ещё будет. Эта первая, конечно, любимая, но всё равно когда-нибудь он её поменял бы. А вот мама - одна. И он решил в тот же день.
На кухне Галина Андреевна спросила:
- Лёша, ты где был?
Алексей быстро ставил на стол тарелки:
- Мам, я машину продал.
Она ахнула:
- Как? Свою ласточку?
- Ага. На новую потом соберу. А сейчас… Завтра ты поедешь и ляжешь в больницу.
Галина Андреевна медленно присела:
- Ты ради меня это сделал?
Лёша хотел ответить легко, но она уже плакала.
- Господи… зачем, Лёшенька? Поболит голова - и пройдёт. Ничего страшного…
- Мам, я хочу, чтобы ты у меня была здоровая. Ты же ещё совсем молодая, а такие штуки… Всё будет нормально. Куплю потом лучше. Только вот я в машине иконку забыл… ту самую. Надо завтра съездить.
Галина Андреевна всплеснула руками:
- Как забыл? Лёшенька…
- Знаю. Помню. Завтра же заберу. Хотя… столько лет прошло. Я уже не верю, что она поможет найти родных.
Мама нахмурилась:
- Нельзя так говорить. Тогда время было страшное. Людей могли прямо на улице украсть. В любой момент начинались разборки, никто ни в чём не был уверен. Ты этого не помнишь - маленький был. Но ведь не просто так ты к нам попал. У нас в городе ни у кого дети не пропадали. Значит, твои родители могли искать, могли страдать. Просто они тебя не узнают. И ты их тоже.
Лёша вздохнул:
- Мам, а больше ничего не было? И почему тогда милиция ничего не выяснила?
- Если честно… у них тогда другие заботы были. Всё делили, и милицию в том числе. Я только помню, как тебя привезли: курточка синяя, модная по тем временам. И кроссовки… таких у нас не продавали, слишком уж редкие были.
Лёша задумался:
- Знаешь, я часто думаю… почему они меня не нашли.
- Мы же не знаем, сынок. Может, искали. Может, и сейчас ищут. А может, беда с ними случилась. Сейчас ведь сколько всего нового. Можно твою иконку сфотографировать и куда-нибудь выложить. Она же необычная. Вдруг кто-то узнает.
Лёша поднял глаза:
- Мам… да ты гений. Как я сам не додумался? Я с утра съезжу за иконкой, а ты - к врачу. Я вернусь к обеду.
- Хорошо, сынок.
Галина положила ладонь на его руку:
- Счастье ты моё… Страшно представить, как бы я жила, если бы тебя тогда к нам не привезли. Ты только и смог сказать, что тебя зовут Лёша и тебе скоро пять.
Утром Алексей проводил маму и вскочил в автобус. Доехал до дома покупателя. Там, как оказалось, с ним обошлись по-человечески: и машину проверили, и обратно до остановки потом подбросили.
Только у дома Тимофея Алексея встретила не машина, а Маша.
- Ой, Алексей… что-то случилось? Передумали?
- Да нет. Я вещь одну в машине оставил. Икону. Хотел забрать.
Маша махнула рукой в сторону дороги:
- Беги прямо туда. Видишь церковь? Он туда поехал. Машину освятить. Я попросила.
Алексей сорвался с места.
У церкви возле машины стоял отец Михаил и улыбался. Тимофей нервничал рядом.
- Батюшка, вы уж простите… понимаю, что смешно. Но машина многое повидала. Кто знает, что с ней было. Хочется, чтоб спокойно.
- Понимаю, - кивнул священник. - Правильно решил.
Отец Михаил открыл дверь, заглянул внутрь - и вдруг замер. Потом медленно выпрямился, и голос у него стал хриплым:
- Скажи… у кого ты эту машину купил?
Тимофей заметно побледнел. Он был местный и слышал разное: будто отец Михаил не отсюда, будто прошлое у него непростое, будто даже бандит когда-то… Никто толком ничего не знал.
- Отец Михаил, что-то не так?
Священник снова наклонился, потом показал Тимофею на ладони маленькую, необычную иконку.
- Видишь?
И достал из складки одежды такую же.
- Я их всего три заказал. Себе, жене и сыну. Одна у меня. Вторая похоронена вместе с супругой. А третья должна быть у сына… которого у нас украли почти двадцать лет назад.
Они молчали. Тимофей хотел что-то сказать, но за спиной послышался тихий голос. Алексей подошёл незаметно и уже некоторое время стоял рядом.
- Значит, меня никто не бросал… Значит, мама… мама Галя… правда меня искала.
Отец Михаил поднял взгляд и впился глазами в Алексея.
- Ты… Алёша…
Он произнёс это - и начал оседать. Лёша с Тимофеем успели подхватить его и осторожно уложили на траву.
Тимофей испуганно выдохнул:
- Господи, что делать-то?
- Езжай за фельдшером! - резко сказал Алексей. - Есть у вас фельдшер?
Тимофей кивнул, вскочил в машину и рванул по дороге в деревню.
Минут через пять отец Михаил открыл глаза.
- Сынок… видишь, как вышло. Я уже отчаялся тебя найти. А ты сам меня нашёл…
Алексей стоял как оглушённый. Сколько раз он представлял встречу с родными - как скажет, что ему их не хватало, и как обязательно добавит, что у него есть замечательная мама. А теперь слова не находились. Он только смотрел на бледное лицо священника.
Отец Михаил снова закрыл глаза.
- Папа… папа!
Лёша потряс его за плечо. Голова безвольно качнулась.
- Папа!
Крик вышел таким сильным, что с деревьев вокруг вспорхнули птицы.
Подъехала машина. Какая-то женщина быстро оттеснила Лёшу, расстегнула ворот отцу Михаилу, что-то торопливо говорила в трубку и одновременно рылась в своём чемоданчике.
Тимофей обнял Алексея и отвёл в сторону:
- Сядь тут, парень. Не надо тебе сейчас туда.
Прошёл месяц.
Алексей пришёл в палату к матери: завтра её должны были выписывать, и он принёс вещи. Галина Андреевна будто помолодела - бегала по коридору так, словно ей снова восемнадцать. Планов у неё стало море, и Лёша радовался, глядя на неё.
Он вошёл и спросил:
- Здравствуйте. А где моя мамуля?
Женщины в палате, уже привыкшие к Лёше, тихонько засмеялись.
- Как где? В семнадцатой палате. В кардиологии.
Лёша растерянно прикрыл дверь:
- В кардиологии?
И пошёл туда, где лежал его отец.
Увидел их сразу. Они сидели не в палате, а у зелёного уголка. Большая пальма почти скрывала их. Если бы Лёша не знал, кого ищет, он бы и не заметил.
Михаил держал Галину за руки, и они о чём-то горячо спорили.
Лёша отодвинул ветку:
- Ну, здравствуйте вам.
Галина тут же отняла руки и густо покраснела. Лёша никогда не видел, чтобы мама была такой красивой.
- Здравствуй, Лёша, - тихо сказала она.
- Привет, сынок, - кивнул Михаил.
Алексей улыбнулся:
- И вы мне ничего не хотите сказать?
Он смотрел на них и не верил, что всё может сложиться настолько хорошо. Он боялся, что начнётся борьба - за него, из-за него. Но, похоже, жизнь решила иначе. Намного мягче, чем он ожидал.
Галина покачала головой:
- Нет.
Михаил кивнул:
- Да.
Лёша прищурился:
- Так да или нет?
Михаил поднялся:
- Лёш, ты уже взрослый. В общем… ухожу я из церкви. Наверное, служитель из меня был так себе. Я туда пошёл, потому что хотел молиться за тебя. И потому что так было не так больно. А теперь я хочу быть настоящим отцом. Быть рядом. Делать то, чего не мог раньше.
Он перевёл взгляд на Галину:
- И ещё я хочу, чтобы твоя вторая мама вышла за меня. И ты тут ни при чём.
Галина упрямо мотнула головой:
- Миша, какой замуж… о чём ты? Ты и так сможешь постоянно видеть Лёшу.
Михаил спокойно повторил:
- Галя, в этой ситуации Лёша ни при чём.
Лёша рассмеялся и покачал головой:
- Как это ни при чём? Ещё как при чём.
Он поднял пакет:
- Мам, я вещи принёс. Не буду мешать. Вы как договоритесь - хоть сообщите. А я пойду себе костюм парадный присмотрю. Всё-таки событие - мама и папа женятся.
Галина снова покраснела. Михаил улыбнулся и показал Лёше большой палец.
Алексей пошёл к выходу и чуть не сбил с ног молоденькую медсестру. Она начала падать, но он ловко подхватил её.
- Простите, пожалуйста. Я не специально.
Она смотрела на него огромными синими глазами:
- Поставьте меня на место.
- Не могу, - усмехнулся Лёша. - Вы меня, кажется, околдовали.
Девушка всё ещё смотрела на него испуганно, но уже теплее. Лёша краем глаза заметил движение и увидел родителей: они стояли обнявшись и наблюдали за ним.
Он аккуратно поставил медсестру на пол:
- Я обязан пригласить вас на кофе. Иначе мне придётся лечь в ваше отделение - от переизбытка впечатлений.
Она наконец улыбнулась:
- В наше отделение не надо. Я пойду с вами в кафе. Только если пообещаете больше меня не ронять.
Друзья, очень благодарен за ваши лайки и комментарии ❤️ А также не забудьте подписаться на канал, чтобы мы с вами точно не потерялись)
Читайте сразу также другой интересный рассказ: