— Ты всё делаешь неправильно! — Галина Петровна с укором посмотрела на Марину. — Хлеб берут ЛЕВОЙ рукой! Неужели так трудно запомнить?
Марина замерла с куском хлеба в правой руке и растерянно моргнула. Она впервые пришла на семейный обед к родителям Игоря и старалась произвести хорошее впечатление. Надела скромное платье, принесла цветы, улыбалась. А теперь вот сидела, как школьница на экзамене, которая не выучила урок.
— Мам, ну перестань, — примирительно сказал Игорь. — Марина не знала.
— Вот именно, что не знала, — вздохнула свекровь. — Ничего страшного, Мариночка, я тебя научу. У нас в семье есть определённые правила. Традиции, понимаешь? Их соблюдали ещё мои родители, потом мы с покойным Валерием, теперь вот Игорёк...
Она встала из-за стола, достала из кармана фартука складной метр и принялась измерять расстояние между тарелками.
— Двадцать два сантиметра, — констатировала она с неудовольствием. — А должно быть двадцать пять. По этикету.
Марина хотела рассмеяться, решив, что это шутка. Но Галина Петровна была абсолютно серьёзна. Она методично передвигала тарелки, проверяя расстояния метром, а Игорь спокойно ел салат, будто в этом не было ничего странного.
— Мама всегда так делает, — пояснил он, заметив недоумение Марины. — Это правильно. Красиво же получается, согласись?
Марина неуверенно кивнула. Дальше было больше. Оказалось, что за столом нужно сидеть с прямой спиной, руки держать на коленях до начала трапезы, салфеткой промакивать губы строго три раза после каждого блюда, не больше. Солить еду можно только после того, как попробуешь, иначе обидишь хозяйку. Воду наливать себе самой нельзя, должен наливать мужчина.
— Запомнишь? — ласково спросила Галина Петровна. — Ничего сложного, правда ведь? Просто нужно привыкнуть.
— Конечно, — пробормотала Марина. — Спасибо, что учите.
Она искренне пыталась запомнить все правила, думая: «Ну что ж, семья действительно культурная, интеллигентная. Может, я просто невоспитанная?»
Только вечером, когда они с Игорем уезжали, свекровь на прощание сказала:
— Мариночка, ты милая девочка. Просто тебя мама, видимо, не научила... Ничего, я помогу. Буду рада видеть тебя почаще.
И улыбнулась так тепло, что Марина почувствовала укол вины. Действительно, мама работала на двух работах, ей было не до этикета. А вот Галина Петровна — настоящая хозяйка, образец.
«Повезло Игорьку с мамой», — подумала Марина тогда.
Как же она ошибалась.
Свадьбу Марина представляла себе камерной — человек тридцать самых близких, ресторанчик на берегу, живая музыка. Но Галина Петровна категорически не согласилась.
— Мариночка, у нас в семье свадьбы играют с размахом! — заявила она. — Это традиция. Нельзя обидеть родственников, они ждут приглашения.
Список гостей разросся до ста пятидесяти человек. Марина знала из них от силы десять — остальные были друзьями свекрови, дальними родственниками Игоря, коллегами покойного свёкра.
— Но я хотела пригласить своих подруг, — робко возразила Марина.
— Подруги — это, конечно, хорошо, — снисходительно кивнула Галина Петровна. — Но сейчас ты вступаешь в нашу семью. А у нас принято широко отмечать такие события. Твои девочки поймут.
Игорь поддержал маму. Марина сдалась.
На свадьбе свекровь командовала всем — от рассадки до меню. Марина послушно улыбалась незнакомым людям, которые говорили: «Какая хорошенькая невестка! Игорьку повезло!» А Галина Петровна добавляла: «Да, милая девочка. Правда, неопытная совсем, но я её всему научу».
После свадьбы молодые въехали в свою квартиру — двушку в панельном доме. Марина мечтала обустроить гнёздышко по своему вкусу, но на следующий же день пришла свекровь. С ключами.
— Игорёк дал мне дубликат, — сообщила она. — Буду заходить, помогать вам. Вы же молодые, работаете, вам некогда убираться.
— Галина Петровна, спасибо, но мы справимся, — попыталась возразить Марина.
— Справитесь? — Свекровь оглядела квартиру критическим взглядом. — Мариночка, я вижу, ты пыль не протёрла. И цветы не политы. А холодильник когда последний раз размораживала?
— Мы только вчера въехали...
— Вот-вот! А уже беспорядок. Хорошо, что я пришла.
Галина Петровна принялась наводить «порядок». Переставила всю посуду в шкафах («удобнее так»), выбросила половину продуктов из холодильника («это вредно, это химия»), поменяла шторы («эти не подходят к обоям, я вам свои принесла»).
Марина стояла посреди кухни и смотрела, как чужая женщина хозяйничает в её доме.
— Игорь, — тихо позвала она мужа вечером. — Твоя мама приходит каждый день. Это... неудобно.
— Да ладно тебе! — отмахнулся он. — Она помогает же! Тебе легче, согласись.
— Но это наша квартира...
— Ну и что? Мама — не чужая. Радуйся, что помогает. У некоторых свекрови вообще не помогают.
Марина замолчала. Может, он прав? Может, она действительно неблагодарная?
Но через неделю свекровь выбросила любимые чашки Марины — керамические, с росписью, подарок подруги.
— Галина Петровна! Зачем?!
— Мариночка, керамика — для простых людей, — спокойно ответила та. — А мы с тобой семья интеллигентная. У нас в доме только фарфор. Я тебе свой сервиз принесу, не переживай.
Вечером Марина нашла свои чашки в мусорном ведре. Села на пол и заплакала.
Спустя месяц Галина Петровна принесла подарок — толстую тетрадь в кожаном переплёте.
— Вот, Мариночка, специально для тебя составила, — гордо сообщила она. — «Семейные традиции рода Соколовых». Здесь всё подробно расписано — как правильно вести хозяйство, как принимать гостей, как ухаживать за мужем. Изучай потихоньку.
Марина открыла тетрадь наугад. «Правило 47: уборку проводить строго по дням недели. Понедельник — пылесосить комнаты по часовой стрелке, начиная от окна. Вторник — мыть полы, двигаясь от дальнего угла к двери. Среда — протирать пыль сверху вниз, слева направо».
— Это... серьёзно? — не поверила Марина.
— Конечно! — Галина Петровна выглядела оскорблённой. — Я тридцать лет так убираюсь. Энергетика квартиры зависит от правильности движений. Если делать хаотично, в доме будет беспорядок на тонком уровне.
Марина листала дальше. «Правило 89: полуфабрикаты в доме недопустимы. Манты, хинкали, котлеты готовятся только самостоятельно». «Правило 112: постельное бельё менять каждые три дня. Стирать отдельно от остального белья, сушить на балконе, гладить в определённой последовательности — наволочки, простыни, пододеяльники».
— Галина Петровна, но я работаю до семи вечера...
— Ну так вставай пораньше, — пожала плечами свекровь. — Я вставала в пять утра, успевала всё. Или ты считаешь себя особенной?
Самым жутким оказалась глава «Супружеские отношения и семейная гармония». Там была таблица. По дням недели. С пометками «рекомендуется», «допустимо», «крайне нежелательно».
— Вы это... про что? — Марина почувствовала, как краснеет.
— Мариночка, я понимаю, ты молодая, тебе хочется, — участливо кивнула Галина Петровна. — Но в семье должен быть порядок во всём. Вот мы с Валерием строго придерживались графика — вторник и пятница. Остальные дни для восстановления сил и духовного общения. Воскресенье вообще день семьи и отдыха, близость неуместна.
Марина захлопнула тетрадь.
— Игорь! — позвала она мужа, когда свекровь ушла. — Ты видел, что твоя мама принесла?! Она нам ГРАФИК ИНТИМНОЙ ЖИЗНИ составила!
— А что такого? — удивился тот. — Режим дня — это дисциплина. Полезно.
— Полезно?! Игорь, это ненормально! Мы взрослые люди!
— Марин, ну не груби про маму. Она заботится о нас. Хочет, чтобы у нас всё было правильно, как в настоящей семье.
— Это не забота! Это контроль!
— Ты преувеличиваешь, — отмахнулся Игорь. — Просто у тебя нет опыта семейной жизни. А мама знает, как надо.
На следующий день, вернувшись с работы, Марина обнаружила, что замок на входной двери сменили.
— Галина Петровна, вы что сделали?!
— Мариночка, твой замок был ненадёжный, — спокойно пояснила свекровь. — Я вызвала мастера, поставила хороший. Вот тебе ключи. И мне, конечно, оставила.
Марина посмотрела на ключи в руке и вдруг ясно поняла — она больше не хозяйка в собственной квартире.
Последней каплей стало бельё.
Марина пришла с работы и решила переодеться. Открыла ящик комода — и обомлела. На каждом комплекте белья висели бумажные бирки с надписями рукой свекрови.
Чёрное кружевное — «Вульгарно. Выбросить». Красное с бантиками — «Неприлично. Убрать». Простые хлопковые трусы — «Одобрено. Г.П.».
Руки задрожали. Марина схватила телефон и набрала номер свекрови.
— Галина Петровна, вы были в моём белье?!
— Ну конечно, Мариночка, — спокойно ответила та. — Я же убиралась у вас. Решила заодно навести порядок в шкафах. И ужаснулась! Ты носишь такое... непристойное. Ты же жена моего сына! Должна выглядеть достойно.
— Это МОЁ личное бельё!
— Милая, ты теперь часть нашей семьи. У нас женщины носят приличное бельё — закрытое, хлопковое. Я тебе даже купила комплект, примерь. Очень удобный.
Марина положила трубку и просто села на пол. Ей хотелось кричать, плакать, швырять вещи. Но вместо этого она тихо сидела и смотрела на бирки.
Игорь пришёл через час. Марина показала ему бельё.
— Твоя мама лазила в моих вещах. В нижнем белье, Игорь! Это уже слишком!
— Ну... наверное, хотела помочь, — неуверенно пробормотал он.
— Помочь?! Она составила мне список, что можно носить, а что нельзя!
— Марин, ну она же с заботой...
— С какой заботой?! — не выдержала Марина. — Она контролирует каждый мой шаг! Приходит когда хочет, выбрасывает мои вещи, указывает, как мыть полы, когда заниматься с тобой любовью! Ты правда не видишь, что это ненормально?!
— Видишь, ты опять кричишь, — обиделся Игорь. — Мама старается для нас, а ты неблагодарная. Может, проблема в тебе? Может, ты просто не умеешь ценить, когда о тебе заботятся?
Марина посмотрела на мужа и вдруг поняла — он искренне не понимает. Для него это нормально. Он так жил тридцать лет.
— Игорь, — тихо сказала она. — Я меняю замок. Завтра. И ключи твоей маме не отдам.
— Тогда я уеду к ней! — вспылил он.
— Езжай, — устало кивнула Марина.
Он собрал сумку и хлопнул дверью. Марина вызвала мастера и поменяла замок в тот же вечер.
Игорь вернулся через пять дней. С цветами, виноватый, бормочущий про усталость и нервы. Марина впустила его. Надеялась — вдруг он понял, вдруг задумался?
Но через две недели всё повторилось. Свекровь принесла список продуктов, которые «нельзя хранить в холодильнике». Марина возмутилась. Игорь встал на сторону мамы. Снова скандал, снова хлопнула дверь.
И опять вернулся. И опять — по кругу.
Марина поняла — это не изменится. Никогда. Потому что Игорь не хочет меняться. Ему удобно, когда мама решает, думает, управляет. А жена должна принять правила игры.
Но Марина не собиралась.
День рождения Марины она представляла по-другому. Хотела собрать подруг в уютном кафе, посмеяться, выпить вина, забыть хоть на вечер про свекровь и её традиции.
— Мама уже всё организовала, — сообщил Игорь. — Отметим дома, в семейном кругу. Так правильнее.
— Но я хотела с подругами...
— Мариночка, ты теперь замужняя женщина, — вмешалась Галина Петровна. — Тебе с этими девочками несолидно. У нас в семье дни рождения отмечают достойно, в кругу родных.
Пришли гости — друзья свекрови, дальние тёти Игоря, соседка с третьего этажа. Подруг Марины не было. Стол ломился от угощений, которые приготовила Галина Петровна.
— Марина, наверное, тоже помогала? — спросила одна из гостей.
Свекровь снисходительно улыбнулась:
— Да что вы! Она ещё учится готовить. Я пытаюсь передать ей наши семейные рецепты, но пока получается не очень. Ничего, со временем научится.
Марина сжала кулаки под столом. Она отлично готовила. Просто Галина Петровна каждый раз находила изъяны — то соль не та, то специи неправильные, то подача не по этикету.
Принесли торт. Самый обычный, магазинный.
— Я хотела испечь сама, — громко объявила свекровь. — Но Мариночка попросила магазинный. Молодёжь сейчас другая, что поделать.
Марина замерла. Это была ложь. Наглая, открытая. Она никогда не просила магазинный торт, вообще не знала, что будет торт.
— Галина Петровна, я...
— Ну ничего, ничего, — перебила та. — Главное, что мы все вместе!
Гости закивали, заулыбались. А Марина сидела и чувствовала, как внутри всё сжимается от обиды и бессилия.
Затем подарки. Тёти дарили вазочки и салфетки, соседка — набор полотенец. И наконец свекровь торжественно протянула коробку.
— С днём рождения, Мариночка! Вот, специально выбирала.
Марина развернула. Швабра. Яркая, с красной ручкой. И набор тряпок. И книга «Домоводство для начинающих хозяек».
Гости засмеялись.
— Ой, как практично!
— Очень символично! Теперь заживёте!
— Галина Петровна, вы такая заботливая!
Марина посмотрела на швабру в руках. Потом на свекровь, которая сияла от удовольствия. Потом на Игоря — тот уткнулся в телефон, делая вид, что ничего не происходит.
И что-то щёлкнуло внутри.
— Спасибо, Галина Петровна, — тихо сказала Марина. — Очень символично. Вы хотите, чтобы я убирала. Так вот — с сегодняшнего дня я так и сделаю. Начну с самого главного.
Она встала из-за стола и ушла в спальню. Заперла дверь, достала сумку и начала собирать вещи.
За дверью раздавались голоса — встревоженный Игорь, возмущённая свекровь, недоумевающие гости. Марина методично складывала одежду, документы, косметичку.
Через двадцать минут она вышла с сумкой.
— Марина, ты куда?! — вскочил Игорь.
— Уезжаю, — спокойно ответила она. — Со своего дня рождения. Спасибо за праздник.
И вышла из квартиры, оставив за спиной гробовую тишину.
Марина поселилась у подруги Кати. Та встретила её с распростёртыми объятиями, налила чай и не задавала лишних вопросов. Просто обняла и сказала: «Наконец-то».
Телефон разрывался. Игорь звонил каждые полчаса.
— Ты маму обидела! Она рыдает! Как ты могла?!
— Пусть рыдает, — устало ответила Марина. — Я больше не намерена терпеть это безумие.
— Какое безумие?! Она просто хочет, чтобы у нас были традиции! Чтобы семья была настоящей!
— Игорь, это не традиции. Это тотальный контроль. И унижение. И знаешь, что самое страшное? Ты этого даже не видишь. Для тебя нормально, что мама составляет график нашей интимной жизни. Нормально, что она роется в моём белье. Нормально, что дарит мне швабру на день рождения перед гостями.
— Ну ты преувеличиваешь! Швабра — это практичный подарок!
Марина положила трубку и заблокировала номер.
Галина Петровна прислала длинное сообщение через общую знакомую: «Передайте Марине, что я не держу зла. Она молодая, неопытная, не понимает ценности семейных устоев. Но Игорёк без неё страдает. Пусть вернётся, я готова простить».
— Передай ей, — сказала Марина знакомой, — что прощения я не прошу. И не вернусь.
Через неделю она пришла в квартиру, дождавшись, когда Игоря не будет. Собрала оставшиеся вещи. Оставила на столе два документа — заявление на расторжение брака и записку.
«Игорь, я не разлюбила тебя в один момент. Любовь уходила постепенно — каждый раз, когда ты вставал на сторону мамы. Каждый раз, когда говорил, что я преувеличиваю. Каждый раз, когда не защищал меня. В вашей семье нет места мне — там есть место только твоей маме. Когда будешь готов жить своей жизнью, а не маминым сценарием — поздравляю, ты повзрослел. Но вряд ли это случится. Марина».
Рядом положила «Книгу семейных традиций» с надписью маркером на обложке: «Галине Петровне. С наилучшими пожеланиями найти невестку, которая выдержит весь этот список».
Через месяц расторжение брака было оформлено. Игорь пытался приходить, уговаривать, обещать, что «поговорит с мамой». Марина не открывала дверь.
Ещё через два месяца общая знакомая сообщила:
— Слушай, Игорь вроде кого-то встретил. Девушку из их офиса. Галина Петровна уже в восторге — говорит, что та понимает ценность семьи.
— Передай ей от меня удачи, — усмехнулась Марина. — Бедняжке понадобится.
Сейчас она сидела на кухне у Кати, пила кофе и смотрела в окно. Телефон молчал — все номера заблокированы. Квартиру сняла маленькую, но свою. Без правил, графиков и традиций.
— Ну что, свободна? — спросила Катя.
— Свободна, — улыбнулась Марина. — Впервые за долгое время.
— Жалеешь?
Марина задумалась. Жалела ли она? О потраченном времени — да. О том, что не ушла раньше — да. О самом Игоре — нет.
— Знаешь, — сказала она, — оказывается, традиции бывают разные. Например, традиция уважать себя. Не прогибаться. Не терпеть унижения, даже если они поданы под соусом заботы. Вот эту традицию я и собираюсь соблюдать. Всю оставшуюся жизнь.
Катя чокнулась с ней чашкой:
— За новые традиции!
— За новые традиции, — повторила Марина.
И впервые за много месяцев почувствовала, что может дышать полной грудью.
Вторая часть:
Рекомендую к прочтению: