– Как это я? – с удивлением спросила Ольга, стараясь сохранить спокойствие в голосе.
Сергей сидел за столом, уставившись в телефон. Он не поднял глаз, только пожал плечами, будто речь шла о чём-то совершенно обыденном.
– Ну а как иначе, Оля? Мама уволилась – здоровье уже не то, говорит, нервы, давление. Пенсия у неё маленькая, едва на коммуналку хватает. А у меня на работе... сам знаешь, премии урезали, зарплату задерживают. Я еле тяну ипотеку и машину. Ты же сейчас хорошо зарабатываешь, проект новый взяла. Вот и поможешь.
Ольга почувствовала, как внутри всё холодеет. Она сняла пальто, повесила его на спинку стула и села напротив мужа. Кухня, ещё час назад такая уютная – с запахом свежезаваренного чая и тёплым светом лампы над столом, – вдруг стала чужой.
Они поженились восемь лет назад. Сергей тогда был перспективным инженером, Ольга – начинающим специалистом в крупной IT-компании. Сначала всё было поровну: общий бюджет, общие планы. Потом у Ольги карьера пошла в гору – она выросла до руководителя отдела, зарплата стала в два раза выше, чем у мужа. Сергей радовался, говорил, что гордится ею. А теперь вот это.
– Сергей, – Ольга старалась говорить ровно, хотя в горле стоял ком. – Мы ведь договаривались, что каждый отвечает за своих родителей. Твоя мама всегда жила на свою зарплату и пенсию. Моя мама тоже не просит у нас денег. Почему вдруг всё меняется?
Он наконец поднял взгляд. В глазах было раздражение, смешанное с усталостью.
– Потому что ситуация изменилась, Оля! Мама одна, отец давно умер. Я единственный сын. Не могу же я её на улицу выгнать. А ты... ты же часть семьи теперь. Это и твоя ответственность тоже.
Ольга молча смотрела на него. Вспомнила, как Тамара Ивановна, свекровь, всегда при подчёркивании говорила: «Я сама, я сама». Никогда не просила помощи, даже когда болела. Гордая женщина, работала бухгалтером в небольшой фирме почти до семидесяти. И вдруг – уволилась.
– А почему она ушла с работы? – спросила Ольга. – Ты говорил с ней? Может, её можно восстановить или найти что-то полегче?
Сергей отмахнулся.
– Говорил. Говорит, сил нет больше. Начальник новый, молодой, всё перестраивает, нервы треплет. Давление скачет. Врач посоветовал отдохнуть. Вот и всё.
Ольга кивнула, но внутри уже росло беспокойство. Она знала Тамару Ивановну – женщина энергичная, привыкшая всё держать под контролем. Не похоже на неё просто так сдаться.
Вечер прошёл напряжённо. Они поужинали почти молча. Сергей смотрел телевизор, Ольга мыла посуду, глядя в окно на заснеженный двор. Мысли крутились вокруг одного: сколько это будет стоить? Коммунальные платежи Тамары Ивановны, продукты, лекарства... Это тысячи рублей каждый месяц. А если ещё что-то случится?
На следующий день Ольга решила поговорить со свекровью сама. Позвонила ей после работы.
– Тамара Ивановна, здравствуйте. Это Оля.
– Оленька, привет, дорогая! – голос свекрови был бодрым, как всегда. – Как дела? Как Сереженька?
– Всё нормально, спасибо. Я хотела спросить... Сергей сказал, что вы ушли с работы. Как вы себя чувствуете?
Пауза на том конце провода была короткой, но заметной.
– Да уж... Решила отдохнуть наконец. Возраст, Оленька. Давление, голова кружится. Врач сказал – надо беречь себя.
– Понимаю, – мягко сказала Ольга. – А может, есть какая-то работа полегче? На полставки, например? Или удалённо? Я могла бы помочь поискать.
– Ой, нет-нет, – быстро ответила Тамара Ивановна. – Спасибо, конечно. Но я уже решила. Буду дома сидеть, сериалы смотреть. Пенсии хватит на самое необходимое.
Ольга положила трубку с тяжёлым чувством. Что-то здесь было не так. Свекровь говорила слишком бодро для человека, который только что потерял работу из-за здоровья.
Через неделю Сергей снова поднял тему.
Они лежали в постели, свет был выключен, только слабый отблеск фонаря пробивался сквозь шторы.
– Оля, я поговорил с мамой. Ей действительно тяжело. Коммуналка пришла – почти десять тысяч. Плюс лекарства. Ты не могла бы перевести ей тысяч двадцать на первое время?
Ольга повернулась к нему.
– Сергей, мы это уже обсуждали. Я не против помочь иногда, в трудной ситуации. Но содержать постоянно – это другое. У нас ипотека, отпуск планировали, машину надо ремонтировать.
– Ну и что? – голос Сергея стал жёстче. – Отпуск подождёт. Машина тоже. А мама – это мама. Ты что, хочешь, чтобы она голодала?
– Конечно, нет, – Ольга почувствовала, как слёзы подступают. – Но почему всё на меня? Ты тоже её сын. Почему не ты?
– Потому что я не могу сейчас! – он повысил голос. – У меня кредиты, Оля! Ты же знаешь!
Она замолчала. Знала. Сергей взял кредит на машину два года назад, потом ещё один – на ремонт в квартире. Платежи съедали большую часть его зарплаты. Но раньше они справлялись вместе.
– Давай хотя бы временно, – тихо сказал он уже мягче. – Пока я не разберусь с работой. Потом я верну.
Ольга не ответила. Лежала, глядя в потолок, и думала о том, как всё изменилось. Раньше Сергей никогда не ставил её перед таким выбором. А теперь...
На выходных Тамара Ивановна пришла в гости. Принесла свой фирменный пирог с капустой – Ольга всегда его любила. Сели за стол, пили чай.
– Оленька, спасибо тебе, – неожиданно сказала свекровь, глядя на неё поверх чашки. – Сережа говорил, что ты поможешь. Я так не хотела просить, но... сама понимаешь.
Ольга улыбнулась через силу.
– Тамара Ивановна, я рада помочь. Но давайте всё-таки подумаем, как сделать так, чтобы вы не зависели от нас. Вы же такая энергичная. Может, есть вакансии для бухгалтеров на неполный день?
Свекровь отставила чашку.
– Ой, Оленька, спасибо за заботу. Но я уже устала. Хочу спокойно пожить. Внуков понянчить, когда появятся.
Сергей, сидевший рядом, кивнул одобрительно.
Ольга почувствовала, как внутри что-то сжимается. Внуков. Они с Сергеем пока не планировали детей – хотели сначала закрыть ипотеку, съездить в путешествие. А теперь...
Вечером, когда свекровь ушла, Сергей снова завёл разговор.
– Видишь, мама сама просит. Неудобно отказывать.
– Сергей, – Ольга посмотрела ему в глаза. – Я не отказываю. Я готова помочь разово. Но не постоянно. Это несправедливо.
– Несправедливо? – он усмехнулся. – А то, что ты зарабатываешь больше – справедливо? Семья – это когда вместе. В радости и в трудностях.
Ольга промолчала. Внутри всё кипело. Она любила Сергея. Правда любила. Но в этот момент почувствовала себя загнанной в угол.
Прошла ещё неделя. Ольга перевела Тамаре Ивановне пятнадцать тысяч – на коммуналку и лекарства. Свекровь позвонила поблагодарить, голос был довольный.
А потом Ольга случайно услышала разговор Сергея по телефону.
Она пришла с работы раньше, он был на балконе.
– ...да, мама, не переживай. Оля перевела. И дальше будет. Я ей сказал, что это её обязанность теперь.
Ольга замерла за дверью.
– Конечно, – продолжал Сергей. – Ты же моя мать. А она жена. Должна понимать.
Он засмеялся, а Ольга почувствовала, как земля уходит из-под ног.
Вечером она не смогла сдержаться.
– Сергей, я слышала твой разговор с мамой.
Он нахмурился.
– И что?
– Ты сказал, что это моя обязанность. Постоянно содержать её.
– Ну и что не так? Ты же можешь.
– А ты? – тихо спросила она. – Ты почему не можешь?
– Оля, хватит. Не начинай опять.
– Нет, не хватит, – она впервые повысила голос. – Я не против помочь. Но я не хочу быть единственной, кто несёт эту ношу. Это несправедливо по отношению ко мне.
Сергей встал.
– Знаешь что? Если тебе так жалко денег – дело твоё. Но тогда не удивляйся, если мама переедет к нам. Раз ты не хочешь помогать.
Ольга посмотрела на него, не веря ушам.
– Переедет? Серьёзно?
– А что ещё делать? – он развёл руками. – Ей одной тяжело. Квартиру содержать дорого. Проще вместе жить.
Ольга почувствовала, как сердце сжимается. Их уютная двушка. Их личное пространство. Их планы.
– Сергей, – тихо сказала она. – Ты ставишь меня перед выбором: или деньги, или совместное проживание?
Он молчал.
– Это ультиматум?
– Назови как хочешь, – буркнул он. – Но мама одна не останется.
Ольга вышла в другую комнату. Села на диван, обхватив колени руками. Слёзы текли сами собой.
Она любила Сергея. Любила Тамару Ивановну – женщина всегда была добра к ней. Но то, что происходило сейчас, было неправильно.
На следующий день Ольга долго думала. А потом позвонила своей подруге Ирине – та работала в кадровой службе крупной компании.
– Ир, привет. Слушай, есть у вас вакансии для бухгалтера? На полставки или удалённо. Возраст – за шестьдесят пять, но опыт огромный.
Ирина удивилась.
– Есть, кстати. У нас в филиале нужен главный бухгалтер на неполный день. Пенсионеров берут, если опыт хороший. А что, кому-то помочь хочешь?
– Да, – ответила Ольга. – Моей свекрови. Только пока не говори никому.
Она положила трубку и глубоко вздохнула.
Может, это и есть выход? Помочь Тамаре Ивановне не деньгами, а возможностью самой зарабатывать. Обрести независимость. И тогда, возможно, всё наладится.
Но как сказать об этом Сергею? И как отреагирует сама свекровь?
Ольга ещё не знала, что этот разговор перевернёт всё с ног на голову...
– Оленька, ты серьёзно? – Тамара Ивановна смотрела на невестку широко открытыми глазами, будто та предложила ей прыгнуть с парашютом. – Работа в моём-то возрасте? Да кто меня возьмёт?
Ольга сидела напротив свекрови за кухонным столом в её небольшой, но аккуратной однокомнатной квартире. На столе стоял чайник, ещё тёплый, и блюдечко с домашним печеньем – Тамара Ивановна всегда угощала, даже если сама приходила в гости.
– Тамара Ивановна, я всё узнала, – спокойно сказала Ольга. – В одной крупной компании нужен главный бухгалтер на неполный день. Три дня в неделю, офис недалеко от вас. Зарплата хорошая, выше той, что была на прошлом месте. И коллектив взрослый, начальство адекватное. Моя подруга из кадров уже готова отправить ваше резюме.
Свекровь откинулась на спинку стула. Лицо её сначала побледнело, потом слегка порозовело.
– Но я же... я уже решила отдохнуть. Сережа сказал, что вы поможете. Я не хотела вас обременять, правда. Просто сил нет больше бегать.
Ольга мягко улыбнулась.
– Я знаю. И я не против помочь. Но помочь по-настоящему – это не просто деньги переводить каждый месяц. Это дать возможность жить так, как вы привыкли: самостоятельно, без чувства долга перед кем-то. Вы же всегда гордились тем, что сама всё тянули.
Тамара Ивановна отвела взгляд в окно. Там, за морозным узором на стекле, медленно падал снег.
– Гордилась, да... – тихо сказала она. – А теперь что? Старуха на шее у сына и невестки.
– Вы не старуха, – твёрдо сказала Ольга. – Вы опытный специалист. У вас сорок лет стажа. Такие люди на вес золота. Просто начальство новое вас достало, я понимаю. Но там будет иначе.
Свекровь молчала долго. Потом вздохнула.
– А если не возьмут? Резюме-то я давно не обновляла. И компьютер... я не очень.
– Я помогу с резюме, – сразу сказала Ольга. – Сегодня же вечером сядем, всё оформим. А компьютер – там несложно, программа знакомая. И если нужно, я вас научу.
Тамара Ивановна посмотрела на неё внимательно.
– А Сережа знает?
– Пока нет, – честно ответила Ольга. – Я хотела сначала с вами поговорить. Решение ведь ваше.
Свекровь кивнула. В глазах появилось что-то новое – интерес, может быть.
– Ладно... давай попробуем. Только если не получится – не обижайся.
Ольга улыбнулась шире.
– Договорились.
Вечером того же дня Ольга пришла к свекрови с ноутбуком. Они сидели за столом почти три часа: обновляли резюме, вспоминали даты, формулировки. Тамара Ивановна сначала робела, потом разошлась – рассказывала о своих достижениях, о сложных отчётах, которые сдавала без ошибок. Глаза её горели.
Когда резюме было готово, Ольга отправила его подруге.
– Завтра позвонит кадровик, – сказала она. – Просто поговорите по телефону, а потом, если всё хорошо, пригласят на собеседование.
Тамара Ивановна проводила её до двери.
– Спасибо, Оленька, – тихо сказала она. – Давно мне никто так не помогал. Даже Сережа... он сразу сказал: «Мама, не переживай, мы с Олей поможем».
Ольга кивнула, чувствуя лёгкий укол в груди.
Дома Сергей уже ждал.
– Где была? – спросил он, не отрываясь от телевизора.
– У твоей мамы. Помогала с резюме.
Он повернулся резко.
– С каким резюме?
– Она решила попробовать найти работу. Я нашла хорошую вакансию.
Сергей нахмурился.
– Оля, ты что? Маме семьдесят почти. Какую работу? Она же больная.
– Она не больная, – спокойно ответила Ольга. – Она устала от прошлого места. А новая работа – лёгкая, три дня в неделю. И зарплата достойная.
– Но мы же договорились... – начал он.
– Мы договорились помочь, – перебила Ольга. – А не содержать всю жизнь. Сергей, твоя мама – гордый человек. Ей будет лучше, если она сама сможет.
Он молчал, глядя на неё. Потом вздохнул.
– Ладно. Посмотрим. Но если не возьмут – ты всё равно поможешь, да?
Ольга не ответила.
Через два дня позвонила подруга Ирина.
– Оля, твоя свекровь – золото! – возбуждённо сказала она. – Кадровик в восторге. Опыт огромный, всё чётко рассказывает. Завтра приглашают на собеседование с директором филиала. Шансы очень высокие.
Ольга передала новости Тамаре Ивановне. Та сначала растерялась, потом начала собираться: выбрала костюм, причесалась аккуратно, даже духи старые достала.
– Волнуюсь, Оленька, – призналась она по телефону. – Как девчонка перед первым свиданием.
– Всё будет хорошо, – заверила Ольга.
Собеседование прошло отлично. Через неделю Тамаре Ивановне позвонили и предложили работу. Неполный день, официальное оформление, зарплата на десять тысяч выше прежней.
Она пришла к ним в гости объявить новость сама. Сергей открыл дверь, увидел мать – сияющую, с коробкой конфет в руках.
– Мама? Что случилось?
– Сынок, меня взяли! – воскликнула она. – С завтрашнего дня выхожу на новую работу!
Сергей замер.
– Куда взяли? Ты же...
– Благодаря Оленьке, – Тамара Ивановна прошла на кухню, обняла невестку. – Она всё устроила. Хорошее место, коллектив приятный. И зарплата... ой, даже стыдно говорить, сколько.
Сергей сел за стол, глядя то на мать, то на жену.
– А здоровье? Давление?
– Давление в норме, – улыбнулась Тамара Ивановна. – Врач сказал – работа лёгкая, нервов меньше. И движение полезно.
Ольга молчала, наблюдая за мужем. Он выглядел растерянным.
Вечером, когда свекровь ушла, Сергей подошёл к Ольге.
– Ты молодец, – тихо сказал он. – Правда. Я не думал, что мама согласится.
– Она согласилась, потому что захотела сама, – ответила Ольга. – А не потому, что кто-то решил за неё.
Он кивнул.
– Я.. я, наверное, погорячился тогда. Прости.
Ольга обняла его.
– Всё хорошо.
Но это было только начало.
Тамара Ивановна вышла на работу и словно расцвела. Приходила домой уставшая, но довольная. Рассказывала о новых коллегах, о том, как быстро всё вспомнила. Купила себе новый костюм, записалась к парикмахеру.
А потом случилось то, чего никто не ожидал.
Однажды вечером она позвонила Сергею.
– Сынок, я хочу поговорить. Приезжайте ко мне в воскресенье. Оба.
Голос был серьёзный.
В воскресенье они сидели в её квартире. Тамара Ивановна поставила на стол чай, села напротив.
– Я долго думала, – начала она. – И решила. Квартиру свою я продам.
Сергей поперхнулся чаем.
– Мама, что ты?!
– Подожди, – она подняла руку. – Продам и куплю маленькую студию ближе к работе. А остаток денег... положу на депозит. Чтобы жить спокойно и не зависеть ни от кого.
Ольга посмотрела на свекровь с удивлением.
– Тамара Ивановна...
– Оленька, ты мне глаза открыла, – мягко сказала свекровь. – Я думала, что уже всё, старость, пенсия. А оказывается – нет. Я ещё могу. И хочу сама. Без чувства, что кому-то в тягость.
Сергей молчал. Лицо его было напряжённым.
– А если что-то случится? – наконец спросил он. – Здоровье, деньги кончатся...
– Тогда я к вам приду, – улыбнулась Тамара Ивановна. – Но пока – хочу попробовать жить своей жизнью.
Ольга почувствовала тепло в груди. Она взяла свекровь за руку.
– Мы всегда рядом.
Сергей кивнул, но в глазах его было что-то новое – смесь гордости и лёгкой обиды.
Через месяц Тамара Ивановна продала квартиру и купила уютную студию в новом районе. Переезд был скромный – вещей у неё было немного.
В день новоселья они втроём сидели за маленьким столом в новой квартире. Тамара Ивановна открыла бутылку вина – редкость для неё.
– За новую жизнь, – сказала она, поднимая бокал.
Они чокнулись.
– И за Оленьку, – добавила свекровь. – Без неё ничего бы этого не было.
Сергей посмотрел на жену.
– Да, – тихо сказал он. – За Оленьку.
Ольга улыбнулась. Внутри всё было спокойно.
Но в тот вечер, возвращаясь домой, Сергей вдруг сказал:
– Знаешь, я рад за маму. Правда. Но... я думал, что она всегда будет нуждаться во мне. А теперь...
– Теперь она нуждается в себе, – мягко закончила Ольга. – И это хорошо.
Он кивнул.
А потом добавил:
– Я горжусь тобой. Ты не просто помогла – ты изменила всё.
Ольга взяла его за руку.
Они шли по заснеженной улице, и в воздухе пахло морозом и чем-то новым – началом.
Но никто из них ещё не знал, что через пару месяцев Тамара Ивановна познакомится с коллегой – вдовцом, таким же энергичным пенсионером, – и жизнь её заиграет совсем другими красками...
– Мама, ты уверена? – Сергей стоял в дверях новой студии Тамары Ивановны, держа в руках коробку с книгами. – Знакомство по интернету... в твоём возрасте это как-то...
Тамара Ивановна засмеялась – легко, звонко, совсем не так, как раньше, когда смех её был сдержанным и чуть усталым.
– Сынок, в моём возрасте как раз самое время жить, а не сидеть сложа руки. Владимир – приятный человек. Вдовец, как и я. Работает главным инженером в соседнем филиале. Мы уже три раза кофе пили после работы. И завтра в театр идём.
Ольга, раскладывавшая на полках посуду, повернулась и улыбнулась.
– Тамара Ивановна, я за вас рада. Главное, чтобы вам было комфортно.
Свекровь подошла к ней, обняла за плечи.
– Оленька, если бы не ты, я бы до сих пор сидела дома и ждала, когда кто-то решит за меня, как мне жить. А теперь... теперь я сама себе хозяйка.
Сергей поставил коробку на пол и вздохнул.
– Ладно. Только осторожно. И номер его мне скинь, на всякий случай.
– Скину, скину, – махнула рукой Тамара Ивановна. – Иди уже, не переживай. Я не вчера родилась.
Когда они вышли на улицу, Сергей взял Ольгу за руку.
– Странно всё это. Мама – и вдруг свидания.
– Хорошо странно, – тихо ответила Ольга. – Она счастлива. Видел, как глаза горят?
Он кивнул.
– Видел. И понимаю, что это благодаря тебе.
Они шли по весеннему парку – снег уже почти сошёл, проклёвывалась первая зелень. Воздух был свежим, пахло талой землёй.
– Знаешь, – вдруг сказал Сергей, – я долго думал о том, что произошло. Как я себя вёл. И понял: я боялся.
Ольга остановилась.
– Чего боялся?
– Что мама стареет. Что я должен о ней заботиться. Что это моя обязанность как сына. И вместо того, чтобы поговорить с ней по-настоящему, я решил всё за неё. И за тебя тоже.
Он посмотрел жене в глаза.
– Прости меня. Я поставил тебя в ужасное положение. Думал, что так правильно – защитить маму. А на самом деле просто переложил ответственность.
Ольга почувствовала, как внутри всё оттаивает – последние остатки обиды, которые ещё где-то прятались.
– Я понимаю, – мягко сказала она. – Ты любил её и хотел лучшего. Просто мы по-разному это видели.
– Теперь вижу так же, как ты, – улыбнулся он. – И горжусь ею. И тобой.
Они поцеловались посреди аллеи, как будто впервые.
Лето пришло быстро. Тамара Ивановна и Владимир стали встречаться регулярно. Он оказался спокойным, интеллигентным человеком – любил театр, прогулки, готовил потрясающий плов. Они даже съездили вместе на выходные в Ясную Поляну – Тамара Ивановна давно мечтала.
Однажды вечером она позвонила.
– Дети, у меня новость.
Голос был взволнованный, но счастливый.
– Мы с Владимиром решили пожениться. Тихо, без шума. Просто распишемся и отметим в узком кругу.
Ольга ахнула.
– Тамара Ивановна! Поздравляю!
Сергей, слушавший по громкой связи, сначала молчал, потом рассмеялся.
– Мама, ты серьёзно? Ну... поздравляю. Если ты счастлива – я за.
Свадьба была скромной – в Загсе, потом ужин в небольшом ресторане. Пригласили только самых близких: Ольгу с Сергеем, двоюродную сестру Владимира и его дочь с семьёй.
Тамара Ивановна была в светлом костюме, с букетиком ландышей – выглядела моложе лет на десять. Владимир держал её за руку и не отпускал.
За столом Тамара Ивановна подняла бокал.
– Хочу сказать спасибо. Всем вам. А особенно – Оленьке.
Она повернулась к невестке.
– Ты не просто помогла мне найти работу. Ты вернула мне жизнь. Показала, что я ещё могу быть нужной, интересной, самостоятельной. И что любовь – она не только в молодости бывает.
Ольга почувствовала слёзы на глазах.
– Вы сами это сделали, Тамара Ивановна. Я только подтолкнула.
– Подтолкнула – и правильно, – улыбнулась свекровь. – А то бы я так и сидела, ждала подачек.
Сергей взял слово.
– Мама, я тоже хочу извиниться. Я думал, что защищаю тебя. А на самом деле не давал жить своей жизнью. Прости.
Тамара Ивановна подошла к сыну, обняла.
– Прощаю, сынок. И спасибо, что отпустил.
Осенью они с Владимиром купили небольшую дачу под городом – вместе, на общие деньги. Тамара Ивановна продолжала работать – говорила, что пока силы есть, хочет быть полезной. А по выходным они с мужем сажали цветы, жарили шашлыки, приглашали гостей.
Ольга и Сергей часто приезжали. Сидели на веранде, пили чай с мятой, смотрели, как Тамара Ивановна – теперь уже счастливая жена – рассказывает о новых планах: поездка в Петербург, курсы фотографии, может, даже правнуков дождаться.
Однажды вечером, возвращаясь с дачи, Сергей сказал:
– Знаешь, я рад, что всё так получилось. Мама счастлива. Мы с тобой ближе стали. И я понял одну вещь.
– Какую?
– Что настоящая забота – это не деньги давать и решать за человека. Это дать ему крылья. Как ты сделала.
Ольга улыбнулась.
– А я поняла, что семья – это не только обязанность. Это уважение. К границам, к желаниям, к жизни каждого.
Он сжал её руку.
– Мы хорошая команда, да?
– Лучшая.
Они ехали домой по вечерней трассе, и в салоне машины было тепло и спокойно. Впереди ждала их собственная жизнь – с планами на отпуск, с разговорами о детях, с уверенностью, что теперь всё будет по-другому.
А Тамара Ивановна в своей дачной беседке сидела рядом с Владимиром, держа его за руку, и думала: как хорошо, что однажды невестка не побоялась сказать правду. И дать шанс на новую, настоящую жизнь. И никто из них уже не жалел ни о чём.
Рекомендуем: