Тося не верила в любовь с первого взгляда, потому что сама с первого взгляда не влюблялась никогда. Когда подружки уверенно шагали вниз в пропасть, рассчитывая, что кто-то весьма конкретный подхватит их на руки, Тося осторожничала.
Все мальчишки были одинаковыми. Сначала предлагают руку для прогулок по Крепостной стене. Потом прижимают к холодным стенам из красного кирпича и касаются губами щеки, подбираясь к твоим губам.
Тося противилась мысли, что кто-то поступит также и с ней. Тогда Крепостная стена утратит магию. Она превратится в обычное место, в котором происходят обычные вещи. Впрочем, именно обычные вещи молодёжь искала в башнях, сохранившихся до наших дней.
Тося поднималась по узкой лестнице с высокими ступеньками и проваливалась в временной портал. Особенно хорошо портал работал ночью, когда на стене никого не было.
Тося садилась в бойницу и свешивала ноги над темным холмом, за которым были разбросаны деревянные домики, смахивающие на избушки из детских сказок. Ещё дальше горели огоньки. Огоньков было немного. Всего несколько ярких точек, выстроившихся в ряд.
Когда небо было ясным, Тося считал кратеры луны. Луна обычно парила над одной из башень. Тося протягивала руку и представляла, как касается шершавой и ледяной поверхности. Никто не знал, как это здорово сидеть в бойнице и смотреть на весь мир, словно это твои владения. Никто не знал, а Тося знала. Она обещала, что будет приходить сюда всегда и всегда ночью, чтобы снова испытать всё, что испытывала, когда прощалась с детскими годами. Сдержать обещание будет не суждено. Через несколько лет лестницы заварят решётками, и подняться наверх, заглянуть внутрь башень и побродить по Стене не сможет никто.
В длительные отношения Тося не влазила*. Желающие в них втянуть находились и тут же пропадали. Касаться себя Тося не разрешала. Даже руки прятала в карманы, чтобы ухажёр не схватил одну из них немытой лапищей и не поволок наслаждаться романтикой и запахом дешёвого пива, которым от него разило за версту.
Тося говорила подружкам, что так и умрёт старой девой. Подружки ужасались, а в Тосиных глазах не было страха. Наоборот. Перспектива умереть старой девой обдумывалась Тосей всерьёз. Это лучше, чем жить с одним из ребят, которые смотрели на Тосю и думали, что лучше других.
В Колю Тося влюбилась не сразу. Он был несколько странным и слишком не таким, как её друзья.
Тося хватала куртки запоздавших гостей и выдавала взамен номерки. Наверху грохотал рок. Эти вечно опаздывающие к началу подбешивали. Из-за них приходится стоять на посту почти до конца концерта. Неужели нельзя прийти к началу? И самим хорошо, и Тосе тоже. Ведь тогда она с чистой совестью сможет подняться в зал. Впрочем, и это не помогло бы. В клубе запретили курить, и поэтому народ бегал на улицу. Здоровее никто не стал. Только работы прибавилось.
Тося так и скучала бы под отголоски рока, если бы не Коля. Он спустился из зала и завёл разговор.
Внешне Коля показался скучным. Немодные джинсы. Вязаный свитер, словно он пришел не на рок-концерт, а в школу. Стрижка как стрижка. Ни татуировок, ни пирсинга.
Тем не менее разговор пошёл. Тося хохотала, удивлялась, хмурилась словно знала Колю всю жизнь. Каждые полчаса у окна гардероба появлялась Анька. Её глаза и щёки горели, а сама она едва стояла на ногах. Анька требовала куртку и мчалась на улицу, размахивая сигаретами. За ней следовала толпа.
Минут через 5 Анька возвращалась. Она стучала зубами и жаловалась на лютый дубак. Тося замечала, что ещё только осень, но Анька её не слушала. Она швыряла Тосе куртку и топотала по лестнице, чтобы согреться в душном зале и снова вынырнуть в прохладный вечер под звездным небом.
Как только Анька исчезала наверху, Коля забывал всё, о чём они говорили, и спрашивал что-то про Аньку.
Тося отвечала кратко. Она не знала, что Коля с Анькой уже знаком.
Когда концерт отгремел положенные 2 часа, Анька схватила куртку, попрощалась и свалила в тёмную ночь. Анька действовала быстро. Не топталась у зеркала, нарочито поправляя бандану и рыжие волосы. Не задирала знакомых ребят. Не шутила смешно и не очень, будто не умела молчать.
Никогда раньше Тося не видела, чтобы Анька так шустро хлопнула тяжёлой дверью. Вот её матушка обрадуется, когда Анька заявится домой до того, как пробьёт полночь. Если, конечно, Анька пошла домой. Зная Аньку, она могла спешить, куда угодно, но домой – в последнюю очередь.
Коля попросил Тосю записать телефон на бумажке и сказал, что ему пора. Положил клочок бумаги в нагрудный карман и вышел из клуба.
Тосе сделалось одиноко. Такое невыносимое одиночество нечасто обрушивалось на неё. Всегда происходило одно и тоже. Сначала человек подбирался очень близко, а потом исчезал. И всё. Тося чувствовала пустоту, что давила невидимыми стенами.
Нет, Тося не влюбилась. Просто ощутила тепло родственной души, а потом его потеряла.
Коля вернулся. Сказал, что передумал хорошенько выспаться перед рабочим днём. Тося улыбнулась. Видимо, не ей одной не давало покоя одиночество, что застало врасплох.
Потом пошло-поехало. Коля ждал Тосю во дворе с ярко-красной розой, а Тося бегала из комнаты на кухню и опять в комнату, собираясь на прогулку. Каждые 5 минут Тося выглядывала в окно. Коля ждал. Он не писал: «ну что, ты скоро», не подрывался опустить розу в урну и убраться прочь. Он ждал столько, сколько нужно и, когда часа через 2 Тося появлялась на обшарпанной лестнице, Коля ничем не показывал, что устал ждать.
Аньке можно было поучиться у Коли терпению. Она не выдерживала и 15 минут. Сновала по двору туда-сюда, потом бранилась. Потом заходила в квартиру, что могла бы сделать сразу. Потом Анька стояла в коридоре и ворчала, чтобы Тося собиралась быстрее. Тося огрызалась, что не может быстрее. Она и вправду не могла. Начинала очень заранее и никогда не успевала.
Анька заходила всё реже и реже. Тося понимала, что скоро Анька пропадет из её жизни. Тося привыкла, что никто не желает быть рядом навсегда. Люди приходят и уходят, и это нужно принимать, как данность.
Тося посматривала на Колю с опаской. Он тоже однажды уйдёт, оставив Тосю наедине с одиночеством и болью. Чем позже это случится, тем больнее будет. Лучше уж сейчас, пока не затянуло в это болото так, что не выберешься, пока кто-то не подаст палку.
Коля не уходил. Он выдерживал все странности и каждый раз приносил ярко-красную розу. Оказалось, что шипы розы, подаренной Колей, колются приятно. Раньше Тосе не дарили цветы. Она и не догадывалась, как это бывает.
Тося нахваливала Колю, а Анька всё больше молчала. Иногда говорила, что ничего у них не получится. Слишком они разные.
Тося Аньке не верила. Это у неё ничего и ни с кем не получается, потому что чересчур увлечена бас-гитаристом крутой местной панк-группы. Вышла замуж, укатила в северную столицу и все спокойно вздохнули. Даже сама Анька. Теперь-то её звёздный бойфренд останется в прошлом.
Ан нет. Анька снова здесь, в забытой богом провинции. И снова крутится там, где блестит красная гитара с четырьмя толстыми струнами. Старая любовь не ржавеет. Старые грабли как родные. Аньке даже нравится на них наступать.
Тося наперёд не загадывала. Жить сегодняшним днём – лучшее, что может случиться с человеком. Да и как можно загадывать? Решишь заглянуть в центральный парк, и польет дождь. В результате останешься дома.
Единственное, что Тося знала точно так это, что влюбилась. Окончательно и бесповоротно.
Продолжение:
Главы, которые вышли ранее:
О том, как свекровь выгнала Тосю из дома:
О том, как Тося и Коля переехали в общежитие:
*Слово «влазить» существует.
Оно устаревшее, просторечное. Его не рекомендуют использовать в письменной и устной речи. Однако, это не значит, что люди в реальной жизни употребляют только современные формы слов. Люди в реальной жизни позволяют себе быть неграмотными и записывать голосовые сообщения, чтобы не проверять текст на наличие ошибок в нейросети.