— Игорёк, разбери пакеты, руки отваливаются, — я бросила тяжёлые сумки из «Магнита» прямо на пол прихожей, едва переступив порог. Спина ныла тупой, привычной болью, вены на ногах гудели.
В квартире было душно и темно. Пахло застоявшимся мужским потом и дорогим парфюмом Dior Sauvage, который я подарила ему на Новый год с тринадцатой зарплаты.
Игорь сидел за кухонным столом, сгорбившись над ноутбуком, как горгулья. В ушах белые капли беспроводных наушников, на экране мельтешение каких-то графиков и красно-зелёных свечей. Он даже не обернулся.
— Марин, ну я занят! — он поморщился, сдёргивая один наушник. — У меня арбитраж трафика с Китаем, тут каждая секунда – доллары. Не сбивай фокус!
Я тяжело вздохнула, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Пятница, вечер. Я отпахала неделю старшим логистом на складе, разгребая ошибки водителей и истерики клиентов. А мой муж, великий бизнесмен, снова «в потоке».
Достала свой телефон, чтобы заказать пиццу – сил стоять у плиты не было никаких. Экран мигнул и погас, сел аккумулятор.
— Игорёк, дай свой, я заказ оформлю, пока мой на зарядке.
— Не дам, — Игорь дёрнулся так, будто я попросила у него почку. — Там сессия открыта, собьёшь настройки, всё полетит к чертям.
— Да какую сессию, Игорёк? Мне просто приложение доставки открыть, пару минут.
Я потянулась к его смартфону, лежащему на столе экраном вниз. В этот момент экран загорелся сам собой. Пришло пуш-уведомление от банка. Я успела прочитать только заголовок, но буквы впечатались в мозг:
«Отказ. Недостаточно средств для списания 39 800 руб».
Игорь выхватил телефон так резко, что чуть не смахнул чашку с недопитым кофе. Его руки тряслись.
— Я же просил! Не лезь под руку! Ты что, не слышишь?!
Я замерла, тридцать девять восемьсот – это точная, до рубля, сумма нашего ежемесячного платежа по ипотеке за эту двушку в спальном районе. Платёж должен был списаться сегодня.
— Игорь, — голос у меня стал ледяным. — Я вчера перевела тебе сорок тысяч ровно на ипотеку, почему «недостаточно средств»?
Игорь забегал глазами, на лбу выступила мелкая испарина. Он начал теребить край худи.
— Это... это технический счёт, я перекинул их на брокерский, чтобы прокрутить за ночь. Там волатильность бешеная, завтра верну с процентами и заплачу. Ты вечно паникуешь! Иди грей котлеты, дай работать!
Он снова надел наушники, отсекая меня и мои вопросы.
Я молча пошла в спальню, внутри у меня начал звенеть тревожный колокольчик. Я вспомнила пропущенные звонки с незнакомых номеров за последние три дня. Думала спам, реклама стоматологий, а если коллекторы?
Три часа ночи.
Игорь храпит, раскинувшись на кровати «звёздочкой». Ему снятся его миллионы.
А я сижу на кухне. Темно, только уличный фонарь светит в окно жёлтым пятном. Передо мной его телефон.
Я знаю графический ключ. Буква «М» — Марина или Миллионер, или Мошенник. Он слишком ленив и самовлюблён, чтобы придумать сложный код.
Руки ледяные, пальцы не слушаются, рисую букву «М», экран разблокируется.
Захожу в приложение банка, сердце колотится где-то в горле.
Баланс: 124 рубля 56 копеек.
Сорока тысяч нет.
Открываю историю операций. Вчера, 18:40, перевод 40 000 рублей на криптобиржу.
И следом — серия мелких списаний: 500, 1000, 3000 рублей.
Меня накрывает тошнота, он проиграл ипотечные деньги. Деньги, которые я откладывала, ужимаясь в обедах, экономя на маникюре.
Но это, как оказалось, было только полбеды.
Я открываю его почту, в папке «Спам» висит непрочитанное письмо от МФО «Займер». Заголовок:
*«Уважаемая Марина Сергеевна! Ваш займ на карту *1234 одобрен. Деньги отправлены. Не забудьте погасить до 25.01».
Закрываю рот рукой, чтобы не закричать. Карта 1234 – это МОЯ зарплатная карта.
Картинка складывается мгновенно, как пазл. Он брал мой телефон, пока я спала или была в душе. Оформлял микрозаймы на мои паспортные данные. Переводил деньги себе. И проигрывал.
Но самое страшное я нахожу в приложении жёлтого банка.
На главном экране висит яркий баннер: «Кредит наличными "На любые цели" предварительно одобрен. Сумма: 1 500 000 руб. Ставка 28%. Нажмите "Получить деньги"».
Кнопка «Получить» активна. Она пульсирует, манит. Нужно только нажать и ввести код из СМС.
Я лезу в историю браузера, последние запросы:
«Виза в Таиланд сроки оформления»
«Пхукет жилье на месяц дешево»
«Как уехать из РФ с долгами и банкротством»
Меня окатывает ледяным потом, он не собирается платить ипотеку. Утром он нажмёт кнопку. Получит полтора миллиона, переведёт их в крипту и улетит.
А я останусь здесь, в этой душной двушке, которую банк заберёт через полгода за просрочки. С долгами, разрушенной жизнью и с его грязными носками под кроватью.
Смотрю на кухонный нож, лежащий на столешнице. Потом смотрю в сторону спальни, где храпит человек, которого я кормила пять лет, пока он «искал себя».
Нет, тюрьма мне не нужна. Мне нужна справедливость и свобода.
Двенадцать дня.
За окном серая хмарь.
Я мою пол в коридоре, старое пластиковое ведро с грязной, мыльной водой стоит у тумбочки, прямо на проходе. Я специально добавила побольше «Мистера Пропера», чтобы пена была густой.
Игорь просыпается. Я слышу, как он потягивается, кряхтит. Он в хорошем настроении – сегодня день «Х». Он станет миллионером и свободным человеком.
Он выходит в коридор, почёсывая живот под футболкой.
— Мариш, кофе есть? — голос бодрый, наглый.
Шарит рукой по тумбочке, не глядя.
— А где трубка моя? Я тут оставлял вчера.
Я выжимаю тряпку в ведро, спокойно, даже буднично говорю:
— Ой, Игорёк, беда такая. Я пол мыла, задела тумбочку шваброй...
Киваю на ведро.
На дне, под слоем серой пены, лежит его айфон. Чёрный кирпич, пускающий редкие пузырьки воздуха.
Последние вздохи его «бизнеса».
Игорь замирает, его лицо вытягивается, бледнеет.
— Ты... Ты что наделала?!
Он падает на колени прямо в грязную лужу, суёт руки в воду по локоть, достаёт телефон. Трясёт его, жмёт кнопку включения.
Экран остаётся чёрным.
— Теперь он не включается, — «сочувственно» говорю я, продолжая тереть плинтус. — Симку, наверное, тоже замкнуло. Вода-то мыльная, с химией.
— Ты ненормальная?! Совсем с ума сошла?! — он орёт так, что на шее вздуваются вены, лицо становится багровым. — Мне СМС должно прийти! Важное! Срочное! Там деньги!
Мечется по квартире, роняет стулья, сшибает вазу.
— Ноутбук! Где ноутбук?! Я через веб-версию зайду! Мне код нужен!
— А ноутбук я с собой на работу забрала, — вру я, глядя ему прямо в глаза. — У нас сисадмин просил посмотреть, ты же сам жаловался, что он тормозит. Почистят от вирусов, термопасту поменяют.
Вечером принесу.
Игорь сползает по стене. Он оседает на пол, обхватив голову руками, понимает: без телефона он не войдёт в банк. Без сим-карты он не получит код подтверждения для кредита. Его план рухнул, а самолёт в Таиланд улетел без него.
Я встаю с колен, бросаю тряпку в ведро. Брызги летят на его дорогие джинсы. Сажусь на табуретку напротив, теперь я хозяйка положения.
— Не трясись, Игорёк. Никакого «важного СМС» на полтора миллиона ты не получишь. Банк сегодня отдыхает.
Игорь медленно поднимает на меня глаза, в них животный страх. Он впервые видит меня такой. Не «удобной Маришкой», а врагом.
— Ты... ты знала?
Я кладу на стол листок бумаги, распечатка из онлайн-банка.
— Я заблокировала свою карту и перевыпустила новую, пароли от Госуслуг сменила. Твой доступ к моим счетам закрыт, халява кончилась.
Делаю глоток остывшего чая.
— А ещё я распечатала выписку. Ты взял на меня тридцать тысяч в «Займере». Это мошенничество, а кража денег с банковского счёта – это тяжкое преступление, Игорёк. До шести лет лишения свободы.
— Марин, ну ты чего... — Игорь пытается включить своё фирменное обаяние, улыбнуться, но губы дрожат, и получается жалкая гримаса. — Я же для нас хотел! Я бы отыгрался! У меня стратегия была верная, просто рынок качнуло! Мы бы дом купили, зажили бы... Я всё верну!
— Молчать, — говорю я. — Слушай условия, сейчас ты берёшь свой рюкзак и валишь отсюда навсегда. К маме в Саратов, на вокзал, под мост – мне плевать.
— Я не уйду! — он вскакивает, пытаясь вернуть контроль. — Это и моя квартира! Мы в браке! Я имею право!
— Ошибаешься, квартира ипотечная, основной заёмщик и плательщик – я. Ты шёл созаёмщиком без учёта дохода. А вот заявление в полицию у меня уже написано, лежит в сумке.
Я киваю в сторону коридора.
— И ещё, в прихожей сейчас сидит мой брат Серёжа. Он приехал полчаса назад, пока ты дрых. Если ты через пять минут не исчезнешь, мы вызываем наряд и я даю ход делу о краже денег, сядешь реально. А Серёжа добавит от себя – спустит с лестницы, пока полиция едет.
В прихожей слышится тяжёлый, надсадный кашель брата. Серёжа – бывший десантник, сто килограммов живого веса.
Игорь понимает, что игра проиграна.
— Ты пожалеешь, гадина, — шипит он, хватая куртку с вешалки. — Ты без меня сгниёшь тут, старая кляча! Кому ты нужна в свои сорок восемь?!
— Ключи на стол, — требую я, не реагируя на оскорбления.
Он швыряет связку ключей на пол. Звон металла эхом разносится по пустой квартире. Хлопает дверью так, что с потолка сыпется штукатурка.
Я медленно наклоняюсь, поднимаю ключи.
Потом беру его мокрый телефон, достаю скрепку, вынимаю слот для сим-карты. Ломаю пластик пополам. Хруст, какой приятный звук.
Сажусь за стол, беру калькулятор, привычка логиста всё считать.
Минус 40 000 рублей — ипотечный платёж, который он украл и проиграл.
Минус 30 000 рублей — микрозайм на моё имя. Придётся отдать, чтобы не портить кредитную историю и не таскаться по судам, это быстрее.
Итого прямой убыток: 70 000 рублей.
Я смотрю на пустой стул, где он сидел пять минут назад.
— Семьдесят тысяч рублей за то, чтобы не влететь на полтора миллиона и избавиться от паразита... — произношу я вслух.
– Дёшево отделалась.
Встаю, беру бутылку «Доместоса» и иду в ванную, мне хочется отмыть квартиру хлоркой и выжечь этот запах дорогого парфюма и лжи.
Конец.