Название статьи надо уточнить. Конечно, Говоров не прочь был упомянуть или ответить на вопросы про все события первой битвы под Нарвой в 1944 году, в том числе и про погибший десант. Но при этом делал всё в лучших традициях советского Агитпропа и, едва ли кроме лозунгов в его рассказе было что-то интересное и познавательное для тех, кто хочет знать подробности.
Собственно, тоже касается и многих других морских десантов Великой Отечественной. Ну разве что кроме Малой земли, но и там реальную картину невозможно было составить в советское время. Если уж смотреть на Балтике, то там успешных вспомнить трудно. А аналогии с трагическими Стрельненскими и Петергофским десантом трудно не увидеть.
Ещё несколько дней назад я бы не смог рассказать ничего путного про этот десант, и уж в любом случае достоверного. Сейчас стоит признать, что о той истории вообще информации крайне мало и очень бы хотелось знать больше, но увы…
Давайте начнём с предыстории.
2-я ударная армия, в ходе операции «Январский гром» начала наступление с Ораниенбаумского плацдарма. После того, как немецкие войска начали отступать, наши части их преследовали. Хоть и не сразу, но освободили Кингисепп и вышли к реке Нарва. Которую сходу смогли форсировать 3 февраля и зацепиться за вражеский берег. Плацдарма было четыре — два севернее города Нарва и два южнее. Надо отметить, что наступление далось тяжело, потери 2-й ударной армии с 1 по 31 января составили 5 698 убитых и 18 952 раненых. При начальной численности 53 тысячи потерять за полмесяца почти половину — это много.
Получив в усиление три стрелковые дивизии 2-я ударная начала 11 февраля бои за расширение плацдармов. Рубеж реки Нарва был очень выгодным для обороны и очень важным, так как относительно узкий промежуток между Финским заливом и Чудским озером запирал вход в Эстонию. Прорвав немецкую оборону, которую на узком участке можно было держать небольшими силами, советские войска выходили бы на оперативный простор.
Сама конфигурация фронта напрашивалась на высадку десанта в тылу противника где-то посредине между Силамяэ и Усть-Нарвой. Кстати, хотя его называют десантом у Мерекюль, по названию прибрежного посёлка, но в документах фронта он фигурирует как десант у Удриа (посёлок дальше от берега), а также называют десант и Нарвским (последнее как-то понятнее на мой взгялд). Десант должен был занять железнодорожную станцию Аувере и, совместно с наступающими войсками, обеспечить окружение немецкой группировки у города Нарва.
В вопросе подготовки и планирования этого десанта меня более всего заинтересовала погода. Согласитесь, что морской десант в Финском заливе в середине февраля вызывает вопросы. Во-первых, а не покрыт ли залив льдом в это время года? Я поискал по разным источникам и выяснил, что зима та была мягкой и тёплой (по нашим питерским меркам), и сплошного льда на заливе действительно не было уже.
Однако вопрос второй связан с температурой воды. Хотя мне доводилось купаться и в Силамяэ, и в Усть-Нарве, и на отрезке берега между ними, точные глубины залива у берега я не помню. Поиск же показывает, что прибрежная зона мелководная и коварна — отмели соседствуют с углублениями. Отсюда вывод — десантные суда к берегу не подойдут близко, а стало быть высадку десанта придётся производить в море и далее людям придётся добираться до берега в ледяной воде. И хорошо если идти, а не плыть. Пройти по ледяному морю 100-150 метров — дело нелёгкое и чревато последствиями. Во всяком случае после такого купания надо разжигать костры и как-то спасаться от переохлаждения, а не вступать в бой. Тем более, что воевать в мокрых полушубках и шинелях просто тяжело. В описаниях десанта указано, что бойцы одевали резиновые брюки от костюмов химзащиты. Однако от холода такие штаны не спасут, от воды тоже не уберегут толком, а если окажется ещё и глубина выше человеческого роста, то гарантировано утопят владельца.
Понятно, что ради выполнения задачи в ледяную воду прыгали люди, но после такой высадки какова будет боеспособность личного состава?
Интересно, что в ходе Гражданской войны в январе 1919 года, именно в районе деревни Мерикюля эстонские войска высаживали десант аж в 1000 человек. Из этого факта я бы сделал предположение, что место это было чем-то выгодно для высадки десанта.
Ещё надо учесть, что берег в этом месте высокий — так называемый глинт, на который подниматься сложно. Зато обороняться легко.
Основу десанта составил 571-й батальон автоматчиков 260-й бригады морской пехоты Балтфлота. Сама 260-я бригада сформирована в июле 1942 года с использованием остатков расформированной 4-й бригады морской пехоты, с включением в неё 304-го, 306-го и 314-го отдельных батальонов морской пехоты и 571-го батальона автоматчиков. 571-й батальон был сформирован из личного состава военно-морской базы Ханко.
Батальон этот в боевых действиях ранее не принимал участие, находился в Кронштадте. Личный состав даже проходил парашютную подготовку.
Десант в Нарвской операции был для бригады, как я понимаю, первым.
Для десантирования было выделено 13 морских катеров, 10 из которых были бронированными. Для очистки подходов было придано 10 катеров-тральщиков и 8 тральных кораблей, группу огневой поддержки составили три канонерские лодки – «Амгунь, «Волга» и «Москва».
571-й батальон усилили ротой морской пехоты, разведывательным, сапёрным и бронебойным взводами, группой связистов и санитаров. Общая численность 517 человек (включая 9 женщин), на вооружении 413 автоматов, 55 винтовок, 12 противотанковых ружей, 3 50-мм миномёта калибром 50-мм, 12 ручных и 2 станковых пулемёта. Имелось 8 (или 4) радиостанций. Каждый сапёр нёс по 10 кг взрывчатки (который их, видимо, и погубил), боезапас и сухой паёк был на трое суток. Упоминается, что от тяжёлого вооружения в десанте отказались по приказу Говорова, хотя не очень понятно, что имели в виду — разве что 82-мм миномёты.
Высадка десанта производилась ночь с 13-го на 14-е февраля, в 04.15. Десант высаживали на удалении около 300 метров от берега. Предполагается, что радисты утонули вместе со своими рациями (так же, как сапёры со своей взрывчаткой) и десант остался без связи.
Тральщики до места высадки не дошли и повернули обратно. Два катера подбили при высадке (один на мине, второй подбили артиллерия), ещё два были серьёзно повреждены. Экипажа подбитых катеров вышли на берег и сражались вместе с десантом.
Канонерские лодки артиллерийской поддержки прибыли на три часа позже, и поддержать десант не могли — связи не было. Не было и авиационной поддержки.
Ещё на кораблях было из состава десанта было ранено 35 человек и 9 убито, 41 человек вообще вернулся на базу.
По поводу действий десанта на берегу написано немало и часто очень подробно. Что сразу вызывает недоверие. Пересказывать всё написанное нет смысла, единственное, что точно известно — десант после высадки ушёл вглубь от берега и действовал тремя отдельными группами. Погиб окончательно десант, видимо, к 16 февраля. К своим прорвались пять человек, в плен попало восемь. Энтузиасты установили имена всего состава десанта и их судьбу.
Потери немцев указаны — 42 человека убитыми и 74 – раненными.
Самая большая беда в том, что высадившиеся десантники ждали скорой встречи с нашими наступавшими войсками. Но они никого не встретили.
В некоторых источниках написано, что высадка десанта была не согласованна с наступлением наших войск — конкретно, в 30-м гвардейском стрелковом корпусе о ней вообще не знали. Однако в журнале боевых действий есть специальное указание для 30-го корпуса о том, что в районе Удриа ведёт бой морской десант.
Собственно, в район Удриа части 30-го гвардейского корпуса должны были выйти ещё 12-13-го февраля, и к моменту высадки десанта наши бойцы уже должны были стоять на высоком берегу Нарвского залива. Но они туда так и не дошли. У десанта не было шансов выжить. И дело тут не в плохой организации, хотя и она имела место. Провальным было само наше наступление в феврале. Равно как и в марте, да и летом тоже не удалось выполнить поставленные задачи.
У Жукова в его бытность командования Ленфронтом были погубленные десанты в Стрельне и Петергофе, у Говорова — десант у Мерекюля. Согласно опубликованным в разных источниках данным, проведение десанта было инициативной самого Говорова. Собственно, замысел трудно назвать неправильным. А вот про исполнение что-то хорошее отметить сложно.
Сам же командующий Ленинградским фронтом генерал Говоров так оценил действия десантников: «Высаженный в районе деревни Мерекюла десант отвлёк значительные силы врага от обороны западного берега реки Нарва и тем самым значительно облегчил выполнение боевой задачи дивизиям Ленинградского фронта по захвату и расширению плацдарма».
Увы, но никаких сил с передовой десант точно не отвлёк — наличных частей противника в этом районе вполне хватило. В чём-то другом десантники тоже едва ли помогли.