Вот обещанный текст моего письма Сергею Борисовичу Переслегину, написанного в октябре 2021 г.
Сценарный анализ Эрика Берна там напрямую не упоминается, но я, несомненно, имел его в виду.
______
Данный текст будет касаться, главным образом, импринтного события и того, какое влияние оно оказало на нынешнюю историческую судьбу Болгарии.
Также хочу сразу сказать, что в Болгарии я не был и болгарскую культуру знаю плохо. Потому было бы хорошо провести поверку всего ниженаписанного настоящими живыми болгарами. В качестве какой-то поверки я использовал запись сентябрьской встречи.
1. Падение старых Болгарских царств
То, что в истории происходит один раз – случайность, что происходит дважды – тенденция.
В конце VII века на опустошённых чумой землях Византийской империи было основано Первое Болгарское царство. К концу IX века оно заняло большую часть Балканского полуострова и испытало небывалый культурный подъём. Однако новая династия в Византии начала серию последовательных войн против Болгарии. В 1014 г. Болгария потерпела последнее крупное поражение в битве при Клейдионе. Василий II Болгаробойца ослепил несколько тысяч пленных и отправил их домой, дав каждой сотне по одному кривому поводырю. Вид слепой армии, вернувшейся на родину, стал причиной сердечного приступа царя Самуила и его смерти. Вскоре столица и вся оставшаяся территория Первого Болгарского царства были завоёваны византийцами.
В 1185 г. на землях дряхлеющей и распадающейся Византийской империи было основано Второе Болгарское царство. В начале XIII века оно заняло большую часть Балканского полуострова и испытало небывалый культурный подъём. Однако молодое Османское государство начало серию последовательных войн против Болгарии и других балканских стран. В 1393 г. турки взяли Тырново, столицу Второго Болгарского царства, что сопровождалось многочисленными зверствами и разрушениям. Началась многовековая турецкая оккупация.
Выскажу гипотезу: Импринтным событием в истории Болгарии стала повторяемость сюжета «Крушение великого царства», осознанное после турецкого завоевания.
Импринт этот можно выразить в форме эмоционального восклицания: «Это случилось опять!» И другого, подсознательного: «Это не должно повториться!»
2. «Балканское танго»
Рассмотрим другой повторяющийся сюжет, на этот раз с участием всех основных стран Балканского полуострова. Я называю его «Балканское танго». Вот его основные этапы:
1) Старая империя, владеющая полуостровом и проливами, приходит в упадок;
2) (Вечно) молодые балканские страны высказывают претензии на наследство старой империи и начинают борьбу;
3) Все они по очереди достигают выдающихся успехов;
4) Все они несут в борьбе огромные потери и претерпевают многочисленные катастрофы;
5) А потом приходит лесник и выгоняет всех из леса. И становится новым Хозяином проливов.
Первый раунд Балканского танго стартовал в 1180 г., со смерти Мануила Комнина и начала кризиса в Византийской империи, и завершился в 1453-1460 гг. окончательным падением Византии. Собственно, всё уже было решено к концу XIV века, просто Константинополь пришлось долго брать.
Второй раунд Балканского танго подспудно начался в первой половине XIX века, перешёл в открытую форму после войны 1877-1878 гг. и продолжается до сих пор. Основные этапы уже пройдены, только лесник пока не пришёл.
Балканское танго представляет собой вырожденную форму релаксационных войн, когда спорная территория обширнее, населённее и богаче основных акторов. Нас же здесь интересует более конкретный вопрос: в танго участвовали все балканские страны, они получили схожий опыт, но усвоили его по-разному. Почему? И что это может сказать нам о болгарском культурном коде?
3. Балканские страны и Россия
Возьмём одно, конкретное проявление. Известно, что в освобождении балканских стран от турецкого владычества выдающуюся роль сыграла Россия. Как это повлияло на отношение этих стран к России? Ниже приведены основные варианты, в порядке нарастания невротичности.
Румыния относится к России как к соседу, большому и сильному. С таким лучше дружить, но при случае, в минуту его слабости, можно и урвать кусок. В целом отношение Румынии к России выглядит наиболее здоровым. Оно, конечно, поганое, но, по крайней мере, не вызывает желание позвать психоаналитика.
Греция, похоже, испытывает по отношению к России и другим славянским странам комплекс старшего брата. Особенно это проявляется в вопросах церковных. Византийское наследие не отпускает.
Сербия. В её лице мы видим любовь к России, страстную и авантюрную. «С русскими нас полтораста миллионов, а без русских полкамиона (т.е. грузовика)». Подсознательный смысл: мы можем чудить, если что – русские поддержат. Сербия – это страна-мажор, влезающая во внешнеполитические авантюры с мыслью, что, если что-то пойдёт не так, Россия вытащит. Получается не всегда.
Болгария. Здесь мы видим другую форму любви: очень сильную и очень пассивную. «Мы Россию любим, мы против неё ничего не сделаем. За неё, правда, тоже ничего не сделаем. Мы вообще ничего не сделаем».
Здесь обращают на себя внимание два соображения. Во-первых, участие России в освободительной борьбе болгарского народа, вообще говоря, было достаточно коротким: оно почти полностью свелось к войне 1877-1878 гг. Сравните с полувеком для Сербии и почти двумя веками для Румынии (начиная с Прутского похода Петра I) – а ведь в последнем случае и близко не возникло столь сильного запечатления. В освобождении Греции от турецкого ига похожую роль сыграла Великобритания. Отношения двух стран остались тёплыми, но без невротизма. Почему с Болгарией случилось иначе? Близость языка и веры сами по себе ничего не объясняют: патентованные небратья Сербия с Хорватией и Россия с Украиной могут подтвердить. Похоже, что роль «старшего брата» уже была прописана в культурном коде Болгарии, и Россия туда удачно попала.
Во-вторых, возникшее чувство оказалось предельно пассивным. Такая пассивность нехарактерна для любви. Она больше похожа на отношение к огромной, заведомо превосходящей силе, которую начинаешь любить за то, что она – сила. Это не любовь, это стокгольмский синдром.
Так мы начинаем различать, что за «старший брат» встретился Болгарии на заре её истории.
4. Страна в тени Проливов: болгарская история как сказка и семейная драма
Для начала набросаю небольшой рассказ от первого лица, почти в сказочном стиле.
Мы живём на прекрасной, благодатной земле. Над нашей землёй возвышаются горы, а ниже лежат тёплые моря. Между морями протекают Проливы, а на их берегу стоит Город [1]. В Городе живёт Хозяин проливов. Иногда он силён и владеет всеми землями на двух материках, иногда же он слаб и удерживает лишь Город. Но всегда он – Хозяин.
Хозяин древний. Он был здесь, когда ни мы, ни деды наши ещё не жили в этих землях. Он научил нас читать и писать, строить и молиться. Мы многим обязаны Хозяину.
Мы сильны и талантливы. Мы можем многое. Мы возделываем поля, возводим города. Мы можем подчинить все земли по эту сторону моря. Но когда мы делаем так, то вскоре выходит Хозяин и уничтожает всё.
Поэтому очень важно знать Хозяина, понимать Хозяина, следить за Хозяином. Раньше Проливы и Город были центром мира. Раньше было проще. А что теперь? Кто теперь Хозяин? Над быть внимательными, очень внимательными. Не придёт ли Хозяин, как тать в ночи? Надо увидеть его и подчиниться ему, пока он не убил всех.
Если бы Болгария была человеком, мы могли бы сказать, что она выросла в семье родителя-абьюзера, который сегодня бьёт, а завтра пряник подарить. И кто был этим абьюзером вполне понятно: старая Византия, которая сначала дала Болгарии культуру, веру и письменность, а потом зверски её уничтожила.
Болгарский невроз имеет два взаимосвязанных проявления:
А) подсознательная боязнь построить новую империю (а то придёт Хозяин и уничтожит всё);
Б) поиск Хозяина с тем, чтобы ему своевременно подчиниться.
Рассмотрим их чуть подробнее.
5. Боязнь империи
За XX век Болгария трижды пыталась построить балканскую империю: в Балканские, Первую и Вторую мировую войну – но все три раза как-то нерешительно. Это может свидетельствовать о невротическом страхе перед восстановлением империи. Страна, отказавшаяся от имперского строительства сознательно, просто перестаёт свою империю строить (см. пример Финляндии или Японии). Страна, страдающая от невротического страха, очень старается построить империю, но в последний момент у неё что-то срывается. Это должно выглядеть как проигранный «момент истины» (в терминологии аниме «Первый отряд»): ситуация, когда от страны требовалось решительное, может быть, авантюрное действие, но она на него не пошла и проиграла.
В Первую и Вторую мировую войну Болгария строила свою империю с ведома и при поддержки Германии, и держалась эта империя ровно столько, сколько Германия была в силе. В Балканские она попробовала достичь результата самостоятельно, поэтому пропущенный «момент истины» (как симптом) стоит поискать там. Тут, наверное, Сергей Борисович лучше меня скажет, но мне кажется, что этот момент случился во время гонки за Фессалоники.
6. «Предательства» Болгарии
В этом же ключе стоит трактовать «предательства» Болгарии. Сами болгарские участники, как я видел, склонны не признавать это предательствами, и какой-то резон в такой позиции есть. И болгарская преданность, и болгарское предательство суть явления одного порядка – это разные проявления поиска Хозяина. Когда ситуация стабильна, Болгария будет самым преданным сателлитом для того, кого считает Хозяином (так, в годы Холодной войны она была единственной из балканских соцстран, которая не позволяла себе даже малейшей фронды по отношению к СССР). Когда же прежний гегемон пошатнётся или просто перестанет демонстрировать силу (какой он тогда Хозяин?), Болгария постарается встроиться в свиту того, кого сочтёт новым Хозяином.
Между таким поведением и болгарским героизмом нет никакого противоречия. Героизм – поведение индивидуальное, его проявляют отдельные люди. Поиск Хозяина – это поведение Болгарии как страны. Подчёркиваю, именно страны – пока Болгария находилась под турецким игом, такое поведение, даже на коллективном уровне, не просматривалось: «Если вы не живёте, вам и не умирать».
Не стоит считать поиск Хозяина чем-то плохим или аморальным. В конце концов, это одна из стратегий выживания болгарского государства и народа, и она работает. Братец Опоссум, наверное, добрый друг и замечательный собеседник, но не стоит ходить с ним на большую драку – отлежится в углу.
7. Что делать?
Возникает вопрос: что с таким знанием делать Болгарии и как стране может помочь её диаспора? Если не получается построить империю на земле, стоит попробовать сделать это на небе. Болгария – единственная страна ЕС, которая использует кириллицу. Она имеет давние и добрые связи с Россией. Сейчас, когда на Западе из России пытаются сделать новый Мордор, можно взяться за роль посредника, который распространяет российские культурные ценности в розницу, вне связи с Режимом. И диаспора, живущая в России и на Украине, могла бы сыграть значимую роль в этом процессе.
* * *
[1] Пара выдержек из Википедии: “В XIII веке арабы использовали название Истинполин, которое восходит к греческой фразе греч. εἰς τὴν Πόλι(ν) («ис тин пόли(н)», «ис тим бόли(н)») — в город(е). Отсюда могло произойти современное название (Стамбул). В греческом языке, тем не менее, название греч. Κωνσταντινούπολη сохраняется как официально принятое в Греции, а также на Кипре; также по-гречески может называться «Город» (греч. Πόλη)”.