Жизнь на острове потихоньку налаживалась — настолько, что Василий начал подозревать: а не превращается ли он в местного гуру по выживанию? Каждое утро он встречал с бодрым возгласом: «Ну что, остров, сегодня мы тебя ещё немного облагородим!» — и принимался за дела, чувствуя себя одновременно директором, дворником и главным инженером собственного мини‑государства.
Однажды Василий, напевая что‑то весёлое (мелодия упорно напоминала джингл из рекламы чипсов, но он старался не обращать внимания), собирал кокосы. И тут — бац! — из ниоткуда раздался звук, который остров давно забыл: что‑то механическое, урчащее, явно не природное.
Он замер, кокос едва не выскользнул из рук. Вгляделся в горизонт — и тут же мысленно выругался: к берегу приближалась лодка. Настоящая, с людьми.
— Только не это, — пробормотал Василий, машинально поправляя самодельную набедренную повязку из пальмовых листьев (которую он гордо называл «тропический деловой стиль»). — Я же только начал привыкать к одиночеству! К тому, что никто не просит передать соль, никто не занимает душ, никто не спрашивает: «А ты точно всё проверил?»
Лодка причалила с театральным всплеском. Из неё вышли трое:
- мужчина в шортах и футболке с надписью «Я — папа, а это значит…» (дальше надпись обрывалась, видимо, от скромности);
- женщина с фотоаппаратом размером с небольшой телевизор;
- подросток в наушниках, из которых доносилось что‑то ритмичное, явно конкурирующее с шумом прибоя.
— Ого! — воскликнул мужчина, разглядывая Василия. — Тут кто‑то есть!
— Да уж, есть, — вздохнул Василий. — И очень надеялся, что никто не появится. Особенно с фотоаппаратом.
Оказалось, это семья, взявшая экскурсию на небольшой катер. Капитан, видимо, решил добавить драматизма и пообещал показать «настоящий необитаемый остров». Но явно не ожидал, что там кто‑то живёт — особенно в пальмовой повязке и с кокосом в руках.
— Вы… вы местный? — спросила женщина, разглядывая Василия с нескрываемым любопытством, будто он был редким видом попугая.
— Местный, — кивнул он. — Уже несколько месяцев. Официально зарегистрирован как «Хозяин острова» (в воображении, конечно).
— А как вы тут оказались?! — подросток наконец вытащил наушники. — Это же как в «Пиратах Карибского моря»! Только без пиратов.
Василий на секунду задумался. Рассказать правду? Про дуэль, про бражку, про то, как он решил остаться? Или выдать что‑нибудь романтичное?
— Я… исследователь, — сказал он наконец. — Изучаю местную флору и фауну. И заодно — как выжить без Wi‑Fi.
— О‑о‑о! — восхищённо протянул подросток. — А можно селфи?
— Можно, но только если вы потом не будете писать: «Встретили дикого человека на острове», — усмехнулся Василий.
Туристы просили показать всё: хижину, огород, рыбный навес. Василий, чувствуя себя гидом‑самоучкой (и немного цирковым артистом), начал экскурсию:
— Вот тут я сплю. Крыша иногда течёт, но зато бесплатный массаж во время дождя. Можно сказать, спа‑процедуры.
— Это мой огород. Пока маленький, но я верю в его потенциал. Вот эти листья — они точно съедобные, я проверял. Ну, почти.
— А это… ну, просто куча камней. Но я ещё придумаю, что с ними сделать. Может, построю замок. Или памятник себе. Пока не решил.
Женщина то и дело щёлкала фотоаппаратом, мужчина задавал вопросы про выживание, подросток записывал видео для соцсетей с заголовком: «Мы нашли Робинзона! #остров #выживание #этонешутка».
— И вы совсем один? — спросила женщина, глядя на Василия так, будто он только что вышел из огня.
— Совсем, — кивнул Василий. — Но это даже хорошо. Никто не занимает розетку, никто не ест мою еду, никто не спрашивает: «Ты куда пошёл?» Идеальная жизнь, если подумать.
— А как же… общение? — осторожно уточнил мужчина.
— Общение? — Василий задумался. — У меня есть крабы. Они молчаливые, но очень внимательные слушатели. Ещё есть птицы — иногда поют, иногда ругаются. И океан — он всегда готов поболтать. Ну и я сам с собой. В общем, компания полная.
К полудню туристы явно проголодались. Василий, чувствуя ответственность за гостей, решил продемонстрировать кулинарные навыки:
— Сейчас будет обед. Свежайшая рыба, только что пойманная.
Он отправился к ловушке, вернулся — и замер: ловушка была пуста.
— Э‑э‑э… — протянул он. — Видимо, рыба решила сегодня отдохнуть. Или устроить забастовку.
Подросток засмеялся:
— Может, она сбежала?
— Конечно, сбежала, — кивнул Василий. — Она же видела, что вы приехали. Подумала: «Сейчас начнётся фотосессия, а я не в настроении позировать».
В итоге обед составили кокосы и немного фруктов. Туристы ели осторожно, но с интересом, а Василий шутил:
— Это блюдо называется «Тропический сюрприз». Никогда не знаешь, сладкий он или нет.
К вечеру туристы собрались обратно. Капитан катера, узнав, что на острове живёт человек, предложил:
— Может, вас забрать? Довезём до ближайшего города. Там люди, магазины, интернет…
Василий посмотрел на свой остров — на хижину, на огород, на океан, который уже стал ему почти родным. Потом на туристов — весёлых, суетящихся, с их телефонами, фотоаппаратами и вопросами.
«Там — снова люди, снова правила, снова „надо“. Снова совещания, снова дедлайны, снова разговоры про то, что „всё не так“. А тут — я сам себе хозяин. Тут я могу спать, когда хочу, есть, что хочу, и никто не спросит: „А почему ты не в костюме?“» — подумал он.
— Нет, спасибо, — сказал он вслух. — Я останусь.
— Но почему?! — удивился мужчина. — Там же цивилизация!
— Потому что тут я наконец понял, кто я. А там… — Василий махнул рукой в сторону горизонта. — Там снова придётся быть кем‑то другим. Кем‑то, кто должен соответствовать, кто должен оправдывать ожидания, кто должен… в общем, много «должен». А тут я просто есть. И это круто.
Когда лодка отплыла, Василий долго стоял на берегу, глядя, как она исчезает вдали. Потом повернулся к острову и сказал:
— Ну что, дружище, продолжим?
Остров молчал, но Василию показалось, что он услышал тихий ответ: «Конечно».
Он вернулся к своим делам — полил огород (который, кажется, начал понимать, что его любят), проверил ловушки (на этот раз рыба была на месте, видимо, решила вернуться), привёл в порядок хижину (теперь она выглядела почти как пятизвёздочный отель, если не приглядываться к крыше).
Вечером, сидя у костра, он улыбнулся:
— Значит, так и живём. Без туристов, без интернета, без лишних вопросов. Только я, остров и… ну, может, ещё крабы. Но они не в счёт.
И это было правдой.
А где‑то далеко, в лодке, подросток писал пост: «Мы встретили настоящего Робинзона! Он смешной, умный и говорит, что не хочет возвращаться. #остров #приключения #оннехочетдомой».
Василий об этом не знал. И, честно говоря, не хотел знать. У него были дела поважнее — например, придумать, как превратить ту кучу камней в нечто полезное. Или хотя бы в нечто красивое.
Начало истории здесь.