Всем привет, друзья!
Семьдесят семь лет. Всё это время семья знала лишь одно: их отец, муж и дед, штурман Константин Журбаев, пропал без вести где-то на северном фасе Курской дуги в июле 1943 года. Его бомбардировщик Пе-2 из состава 34-го Ташкентского бомбардировочного авиаполка, вылетевший 17 июля на задание по уничтожению немецкой техники у деревни Сеньково Орловской области, не вернулся на свой аэродром. Тогда спастись удалось только пилоту, капитану Зелиху Глазунову. Судьба штурмана Журбаева и стрелка-радиста Василия Шестёркина, как и место падения их машины, оставались тайной.
Эту тайну раскрыли лишь осенью 2020 года. Поисковый отряд «Курган», работавший на границе Курской и Орловской областей, обнаружил в земле у хутора Дружевец фрагменты советского самолёта. Среди обломков были и останки членов экипажа. Так, спустя десятилетия, было установлено место гибели двух авиаторов, чьи семьи всё это время жили в неведении.
Накануне 76-й годовщины Победы у памятника героям-артиллеристам в Поныровском районе Курской области состоялась торжественная и в то же время очень личная, проникновенная церемония. Вместе с останками 64 советских бойцов, поднятыми поисковиками за два года работы, были преданы земле и двое лётчиков. На табличках с именами ранее неопознанных бойцов теперь значились: старший лейтенант Константин Журбаев и старший сержант Василий Шестёркин. Командир отряда «Курган» Алексей Сотников назвал это событие уникальным: на захоронении присутствовали родные погибших. Внучка штурмана прилетела из Дрездена, дети и внуки однополчан приехали из разных городов России. Найти и поднять останки — лишь половина дела, куда сложнее бывает разыскать их семьи, а здесь это удалось.
Для 80-летней Татьяны Верещагиной (урождённой Журбаевой) эта поездка из Тольятти в Курск стала долгожданным, выстраданным прощанием с отцом. Ей было чуть больше двух лет, когда в их дом пришла похоронка. «Мама одна растила нас с братом, — вспоминает Татьяна Константиновна. — Она рассказывала, что папа был лётчиком, защищал Москву и Ленинград, а потом пропал на Курской дуге. И всё. Больше мы ничего не знали целых 77 лет». Её голос дрожит, сдержать слёзы невозможно. Брат Арнольд, пошедший по стопам отца в военную авиацию, до этого дня не дожил. У могилы стояли его сын, майор запаса Леонид Журбаев, и правнук Константина Журбаева. Что они чувствовали в тот момент? Облегчение, скорбь, благодарность поисковикам и, наверное, странное ощущение завершения долгого пути, который наконец привёл их к этому скорбному и в то же время священному месту.
Как же поисковикам удалось выйти на след? История напоминает детектив, где ключевую роль сыграла человеческая память. Ещё в 2013 году участники отряда «Курган», работая в тех местах, разговорились с местным старожилом. Вспоминая войну, тот между делом обмолвился, что в начале 1950-х неподалёку нашли обломки самолёта и какие-то документы на фамилию Журбаев. Эта зацепка запала в память командиру отряда Алексею Сотникову. Вернувшись домой, он проверил данные в обобщённом банке данных «Мемориал» — и да, такой офицер действительно числился пропавшим без вести в июле 1943-го. Однако сразу начать раскопки не удавалось: местность была болотистой, труднодоступной. Лишь осенью 2020 года появилась техническая возможность. И вот первые находки: детали фюзеляжа, опора двигателя, фрагменты приборной доски, датчик температуры масла, барометр. А затем — часть шлемофона и человеческие останки.
Чтобы установить личность экипажа, Сотников обратился к коллеге, историку военной авиации Илье Прокофьеву. И тут выяснилось удивительное: родственники лётчиков уже много лет сами искали любые зацепки о том последнем вылете. Они выходили на Прокофьева, пытались через архивы восстановить картину. Так нити поиска, которые долгие годы тянулись параллельно — от семей погибших и от поисковиков в полях — наконец пересеклись.
История поиска каждой семьи — это отдельный роман. Внучка стрелка-радиста Василия Шестёркина, Мария Морозова, с детства смотрела на его портрет, висевший в доме. От деда она узнала, что это его брат, который не вернулся с войны под Курском. От него остались лишь несколько довоенных фотографий, значок парашютиста, пожелтевшие благодарственные письма и удостоверения к медалям «За отвагу», «За боевые заслуги» и «За оборону Ленинграда». «Я смотрела на этот портрет и мысленно говорила: «Дед, я тебя найду», — рассказывает Мария.
Когда в открытом доступе появились базы данных «Мемориал», «Память народа» и «Подвиг народа», она активно включилась в поиски. Информации сначала было катастрофически мало. Но однажды под её постом в социальной сети, где она рассказывала о деде, появился комментарий, который изменил всё: «Мария, вы внучка Василия Шестёркина? Я внучка Константина Журбаева. Наши деды летели в одном экипаже». Так Мария познакомилась с Ольгой Назаровой. Оказалось, Ольга уже давно и скрупулёзно изучает историю 34-го авиаполка, разыскала потомков многих однополчан своего деда-штурмана. Именно благодаря её работе на церемонию в Курск смогли приехать дочь командира эскадрильи Ирина Карпович и внук комиссара полка Дмитрий Цибульский. Для Дмитрия трогательным открытием стала хранимая Марией благодарность, выписанная его дедом, подполковником Цибульским, стрелку-радисту Шестёркину. Документ, подписанный рукой его предка, стал живой нитью, связывающей прошлое и настоящее.
В процессе поисков открылись и другие детали. Ольга Назарова выяснила судьбу выжившего в том вылете пилота, капитана Зелиха Глазунова. Он сумел вернуться в строй, но всего через десять дней после того рокового 17 июля он погиб в очередном воздушном бою.
А у Марии Морозовой случилась ещё одна потрясающая история, связанная с человеческой памятью и верностью. Накануне 75-летия Победы под фотографией её деда в сети кто-то оставил комментарий: «Моя мама его знала. Они общались». Так выяснилось, что у Василия Шестёркина до войны была любимая девушка. Он даже успел познакомиться с её родителями. Но война разлучила их навсегда. Снаряд, попавший в кабину стрелка-радиста, перечеркнул не только его жизнь, но и их общее будущее. «Она ждала его очень долго, — со щемящей болью рассказывает Мария. — Ждала и после известья о гибели, ждала даже после войны. Поздно вышла замуж, родила дочь, но память о нём пронесла через всю жизнь». Эта женщина, чьё имя остаётся в тени, стала ещё одним примером тихого, личного подвига — подвига верности и любви, растянувшегося на десятилетия.
На церемонию захоронения Мария привезла и своего сына Тимофея. В школьном сочинении к 75-летию Победы он написал пророческие слова: «Когда-нибудь мы обязательно найдём место гибели моего прадедушки, посетим его, низко поклонимся и скажем: «Спасибо за мирное небо!». А уже в сентябре того же года им сообщили о найденном самолёте. Детское желание, подкреплённое огромным трудом многих людей, сбылось.
Сегодня обломки того самого Пе-2, детали приборов, личные вещи экипажа хранятся в Музее Курской битвы, который создал поисковый отряд «Курган». Кажется, в этой конкретной истории можно ставить точку. Но только не в работе самих поисковиков. Для них история с Журбаевым и Шестёркиным — не итог, а лишь одна из глав большой и скорбной летописи войны.
Накануне Дня Победы 2021 года, недалеко от места падения того бомбардировщика, отряд «Курган» поднял останки ещё десяти погибших пехотинцев. А в конце апреля в Советском районе Курской области они обнаружили и подняли другой сбитый самолёт — тоже Пе-2, погибший в августе 1942-го. В тот день группа из девяти советских бомбардировщиков успешно атаковала немецкий аэродром в посёлке Касторное, уничтожив на земле 30 вражеских машин. Но на обратном пути их настигли немецкие истребители. Выжить удалось лишь радисту, младшему лейтенанту Виктору Орлову, который, раненый, оказался на оккупированной территории и попал в концлагерь. Его спас местный житель и девушки-подпольщицы, которые успели уничтожить его партийный билет, что в случае обыска могло стоить ему жизни. Эта история, переданная через десятилетия, помогла установить имена ещё двух героев: командира эскадрильи майора Владимира Зыбинского и штурмана капитана Василия Богатырёва. Теперь поисковики снова ищут родных этих лётчиков.
Так продолжается бесконечная, титаническая работа памяти. Работа, в которой переплетаются судьбы погибших солдат, их безутешных родственников и тех, кто, не будучи родным по крови, чувствует себя в долгу перед поколением, отдавшим всё за Победу. Это не просто «установление судеб» — это возвращение имени, лица, истории человеку, который долгие годы был лишь строчкой в списках «пропавших без вести». И пока эта работа идёт, живёт и надежда.
★ ★ ★
ПАМЯТЬ ЖИВА, ПОКА ПОМНЯТ ЖИВЫЕ...
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
~~~
Ваше внимание — уже большая поддержка. Но если захотите помочь чуть больше — нажмите «Поддержать» в канале или под статьёй. От души спасибо каждому!