первая часть
Воскресенье выдалось на редкость ясным для ноября. Осеннее солнце пробивалось сквозь оголившиеся ветви, устилая дорожки золотистыми пятнами.
Парк был почти пуст — несколько пенсионеров с внуками да молодая пара с коляской.
Анатолий встретил её у главного входа. Одет неформально: тёмно‑синий свитер, лёгкая куртка, удобные ботинки. Выглядел моложе своих пятидесяти двух лет.
— Красота, правда? — сказал он, указывая на аллею клёнов. — Каждую осень любуюсь и каждый раз поражаюсь.
Они шли не торопясь, разговаривали о пустяках. Анатолий рассказывал историю парка, заложенного ещё до революции местным купцом. Показал старинную беседку, пруд с утками, памятник неизвестному солдату.
Татьяна слушала и понимала: он делится с ней своим городом, своим миром.
— А вы давно здесь живёте? — спросила она.
— Всю жизнь. Родился тут, учился в местной школе, потом в областном центре институт заканчивал. Жена тоже отсюда.
Это было первое упоминание покойной супруги за всё время их знакомства. Татьяна почувствовала, что разговор становится глубже.
— Расскажете о ней?
Анатолий помолчал, выбирая слова.
— Лена была учительницей начальных классов. Добрая, терпеливая, дети её обожали. Мы прожили вместе двадцать четыре года.
Он остановился возле пруда, смотрел на плывущих уток.
— Рак желудка. Болела полтора года, боролась до конца. Говорила: «Не смей по мне долго горевать, найди себе хорошую женщину».
— И вы искали?
— Нет. Первые годы было не до того: горе, дети… Потом просто никто не встречался. Знаете, как это бывает в маленьком городе — все друг друга знают, многие в разводе, но это не значит, что человек готов к серьёзным отношениям.
Они присели на скамейку у пруда. Анатолий достал термос с кофе и разлил по кружкам.
— Жена умерла восемь лет назад. Дети выросли, у них своя жизнь. Сын работает в областном центре, дочь в столице, замужем. Навещают, конечно, но я понимаю — у молодых свои заботы.
Он посмотрел на Татьяну.
— А я всё ждал подходящего момента. Пока не появились вы.
— Что во мне особенного? — тихо спросила она.
— Эти месяцы работы рядом показали мне, какая вы замечательная женщина.
- Как достойно вы держитесь в трудной ситуации. Не жалуетесь, не перекладываете ответственность на других, работаете добросовестно. И при этом остаетесь женственной, чуткой. Помните, как успокаивали Светочку, когда у нее проблемы с парнем были? Или как с тетей Зоей ладите, хотя характер у неё не сахар?
Татьяна пила кофе и думала о его словах. Никто никогда не анализировал её поступки так внимательно, не находил в обыденных действиях что-то достойное уважения.
- Анатолий Сергеевич.
- Просто Анатолий.
- Анатолий, я так боюсь ошибиться снова. 23 года я думала, что живу в нормальной семье. А оказалось, была просто удобной прислугой.
- Расскажите, каким был ваш муж в начале отношений?
Она задумалась.
- Каким был Виктор в студенческие годы? Активным, весёлым, даже романтичным. Дарил цветы, водил в кино, помогал с учёбой. Когда они начали жить вместе, участвовал в домашних делах. Готовил завтраки, мыл посуду, стирал. Он изменился после свадьбы. Постепенно. Сначала стал меньше помогать по дому, мол, теперь ты жена, это твои обязанности. Потом перестал интересоваться моими делами.
А когда родилась Кристина, окончательно переложил на меня все заботы о доме и ребёнке.
- Были какие-то признаки эгоизма до брака.
Татьяна напрягла память.
- Были ли? Пожалуй, да. Виктор никогда не спрашивал, хочет ли она идти туда, куда он предлагает. Выбирал фильмы по своему вкусу. Если она болела, мог оставить одну, пойти с друзьями. Но тогда это казалось мелочами. Видимо, были. Просто я не обращала внимания.
- А теперь обратите внимание на меня, - сказал Анатолий.
- За эти месяцы видели во мне что-то, что вас настораживает?
Она честно проанализировала. Анатолий никогда не повышал голос, не требовал невозможного, учитывал мнения сотрудников. С поставщиками разговаривал вежливо, даже когда они нарушали договоренности.
К подчиненным относился справедливо, без фаворитизма.
- Нет. Но может быть на работе вы сдерживаетесь, а дома?
- А дома я читаю, слушаю музыку, готовлю себе ужин, звоню детям. Веду самую обычную жизнь одинокого мужчины.
Он улыбнулся.
- Если хотите, можете сами убедиться. Приходите в гости, посмотрите, как я живу.
Предложение прозвучало просто, без двусмысленности. Не переспать, а посмотреть, как живу. Разница принципиальная.
- А что вы хотите от отношений? Спросила Татьяна прямо.
- Честно? Хочу заботиться о женщине, которая будет заботиться обо мне. Не из обязанности, а по желанию. Хочу обсуждать прочитанные книги, планировать совместные поездки, просто быть рядом. Хочу, чтобы дом снова был живым.
Он помолчал.
- И да, хочу физической близости. Но как естественное продолжение духовной близости, а не как самоцель.
Татьяна оценила его откровенность. Никаких красивых фраз, никаких обещаний золотых гор. Простые человеческие потребности зрелого мужчины.
- А вдруг я не оправдаю ожиданий?Вдруг окажусь не такой, какой кажусь?
- А вдруг оправдаете?
Парировал он.
- Татьяна Петровна, я не предлагаю немедленно съезжаться или жениться? Давайте просто узнаем друг друга лучше. Встречаться не только на работе, проводить время вместе, смотреть, как складываются отношения.
- Но вы мой начальник. Формально, да. Но решение мы принимаем сообща, я не давлю авторитетом. Да и потом.
Он усмехнулся, - в нашем возрасте служебная субординация не так важна, как человеческая совместимость.
Они просидели в парке до заката, говорили о прошлом, настоящем, осторожно намечали возможное будущее. Анатолий рассказывал о детях, сыне-программисте и дочери-дизайнере, которые изредка навещали отца, но жили своими заботами.
О работе в кафе, которая стала делом всей жизни. О том, как важно сохранять в провинциальном городе островки культуры и человечности. Татьяна делилась воспоминаниями о карьере экономиста, о том, как мечтала когда-то открыть собственное дело, но семейные обязанности поглотили все силы. О книгах, которые не успевала читать. О путешествиях, которые так и остались мечтами.
- А сейчас что мешает?
Спросил Анатолий.
- Читать книги, мечтать о поездках?
- Ничего, - поняла она.
- Впервые за много лет, ничего не мешает.
Когда солнце начало садиться, они пошли к выходу из парка. У калитки Анатолий остановился.
- Я понимаю, что вам нужно время подумать. Давление семьи, неопределенность, страхи, все это естественно. Но знаете, я готов ждать. И готов к тому, что отношения будут развиваться медленно, без спешки.
Татьяна смотрела на него и вдруг поняла, решение уже созрело. Месяцы наблюдений, сегодняшний разговор, собственная интуиция, всё говорила об одном. Этот человек не похож на Виктора. Он умеет слышать, уважать, ценить.
- Хорошо, - сказала она.
- Попробуем. Но постепенно.
- Постепенно, - согласился он.
- И без обязательств. Если что-то пойдет не так, останемся добрыми коллегами.
Они расстались у автобусной остановки. Анатолий легко коснулся её руки, ни поцелуй, ни объятия, просто теплое прикосновение.
- Спасибо за сегодня, — сказал он. - Давно не проводил время так хорошо.
По дороге домой, Татьяна анализировала свои чувства.
Страх остался, куда деваться, от опыта 23 лет. Но к нему примешивалось любопытство, интерес, даже легкое волнение. Какими будут их отношения? Получится ли построить что-то новое, основанное на равенстве и взаимном уважении? Вечером позвонила Кристина.
- Мам, папа, — говорит, — подает на развод. Если не вернёшься в течение месяца, официально оформят расставание.
- И что дальше?
- Как что? Ты же не хочешь развода.
- А почему не хочу?
- Ну. Вы же семья. 23 года вместе.
- Кристина, а эти 23 года я была счастлива?
Дочь замолчала. Потом неуверенно сказала.
- Ну. Были же хорошие моменты.
- Какие?
- Ну. Когда я маленькая была, мы на дачу ездили.
- Где я готовила, убирала, стирала, а вы отдыхали.
- Мам, ну что ты всё помнишь плохое? Папа же деньги зарабатывал.
- А я не зарабатывала? 20 лет на работе — это не заработок.
- Зарабатывала, но. Это же не главное. Главное — семья.
Татьяна поняла. Дочь живет в мире иллюзий, где женщина должна жертвовать всем ради призрака семейного счастья.
- Кристина, передай отцу, пусть подает документы. Я не возражаю.
- Мам!
Ахнула дочь.
- Ты что, серьёзно?
- Серьёзно. Возможно, это будет лучший подарок всем нам.
После разговора Татьяна долго сидела у окна, смотрела на огни города. Где-то там, в своём доме, Анатолий тоже думал о сегодняшнем дне.
Размышлял ли он о возможном будущем? Сомневался ли в правильности сделанного шага? А в другом городе Виктор готовился к разводу, наконец-то решившись официально оформить то, что давно свершилось по сути. Пусть. Этот брак умер много лет назад, просто они не решались признать очевидное.
Впереди была новая жизнь. Возможно, с новой любовью.
Пять лет пролетели незаметно. Татьяна проснулась от знакомого запаха кофе и легкого звона посуды на кухне.
За окном разовело майское утро, в саду пели птицы. На прикроватной тумбочке стоял стакан с тремя тюльпанами — красный, желтый, белый — традиция, которую Анатолий сохранил с первых дней их совместной жизни. Доброе утро, дорогая, он вошёл в спальню с подносом. Кофе в её любимой синей чашке, тостик с медом, вчерашняя газета.
- С праздником, - сказала Татьяна, принимая поднос.
Сегодня исполнялось ровно пять лет с того дня, когда она покинула старую жизнь. Анатолий присел на край кровати, погладил её по волосам.
- О чём думаешь?
- О том, как всё изменилось.
Действительно, изменилось многое. Полтора года они встречались, осторожно узнавая друг друга. Анатолий оказался терпеливым кавалером, никогда не торопил с решениями, не давил, не требовал большего, чем она готова была дать.
Их отношения развивались естественно, как дерево выпускает корни, медленно, но основательно. Первым серьезным испытанием стала встреча с его детьми. Сын Михаил, 35 лет, отнесся к новым отношениям отца настороженно. Дочь Елена была более открыта, но и у неё хватало вопросов.
Татьяна понимала их беспокойство, пожилой отец и незнакомая женщина, да ещё с таким прошлым.
- Папа, ты уверен? - спрашивал Михаил.
- Она ведь от мужа ушла, может, и от тебя уйдет.
- Миша, - отвечал Анатолий, - она ушла от неуважения к себе. Если я буду её неуважением встречать, то и должен буду остаться один.
Постепенно дети приняли Татьяну.
Помогло то, что она не пыталась заменить им мать, не лезла в их дела, но всегда была готова помочь советом или участием. Когда у Елены случился развод, именно Татьяна первой приехала, чтобы посидеть с внуками.
заключительная