первая часть
Свадьба прошла скромно, роспись в ЗАГСе и небольшое празднование в кафе для самых близких. Татьяна надела новое синее платье и чувствовала себя молодой.
В 47 лет она впервые выходила замуж по любви, а не по необходимости. К тому времени развод с Виктором был уже оформлен. Процедура прошла удивительно мирно. Виктор к моменту подачи документов уже нашёл себе новую сожительницу, соседку из соседнего подъезда, недавно разведённую. Квартира осталась ему, была его наследством от родителей. Татьяна не претендовала, у неё теперь был свой дом.
Дом Анатолия, стал их общим домом. Просторный особняк в старой части города, с высокими потолками, большими окнами и садом, где росли яблони и сирень. Татьяна обустраивала его с удовольствием, которого не знала в прежней квартире. Здесь каждая вещь имела смысл, каждый предмет выбирался сообща.
- Помнишь, как ты первый раз сюда пришла?
Улыбнулся Анатолий, наблюдая за её лицом.
Стояла в прихожей и боялась пройти дальше.
- Всё казалось нереальным, - призналась Татьяна.
- Дом, где мужчина сам готовит ужин и не считает это подвигом.
Их быт складывался органично. Татьяна. Оба работали, оба участвовали в домашних делах. Анатолий готовил завтраки и ужины, оказалось, он отличный повар. Татьяна занималась уборкой и стиркой, но не потому что так положено, а потому что ей нравился порядок.
Если кто-то из них уставал или болел, второй без разговоров брал на себя дополнительную нагрузку. Кафе процветало. Татьяна быстро освоилась с новыми обязанностями, а её экономическое образование оказалось как нельзя кстати. Они оптимизировали поставки, улучшили качество сервиса, расширили меню. Доходы выросли, позволяя не только безбедно жить, но и откладывать на путешествия.
За пять лет они объездили половину Европы. Прага, Вена, Париж, города, о которых Татьяна раньше могла только мечтать. Анатолий оказался идеальным спутником в поездках, не спешил, интересовался историей и архитектурой, позволял ей самой выбирать маршруты.
- Ты изменилась, - говорил он иногда, разглядывая фотографии из поездок.
- Даже внешне. Стала увереннее, спокойнее.
Это была правда. Татьяна научилась ценить себя, отстаивать свои границы, говорить нет, без чувства вины. Научилась понимать разницу между настоящей любовью и потребительским отношением. Любовь не требует самопожертвования, она дает силы, а не отнимает их. Самым сложным было наладить отношения с Кристиной. Дочь долго не могла простить матери предательство, как она это называла.
Звонила редко, приезжала ещё реже. Критиковала каждое решение, каждую покупку, каждый шаг. Перелом наступил, когда Кристина в 25 лет вышла замуж. Муж оказался обычным мужчиной, не идеалом, но и не тираном. Работал в банке, зарабатывал прилично, но требовал, чтобы жена тоже участвовала в семейных расходах.
И, конечно, домашние дела никто не отменял.
- Мам, — жаловалась Кристина по телефону, — я весь день работаю, а вечером ещё готовить надо, убирать.
А он лежит на диване с телефоном.
- А ты что делаешь?
- Как что? Готовлю же, убираю. А что ещё делать?
- Можно поговорить с мужем. Объяснить, что вы оба работаете, и должны оба участвовать в быту.
- Да он не понимает таких разговоров. Говорит, раз жена, значит твоя обязанность.
Татьяна молчала. Дочь повторяла её собственный путь, только быстрее проходила все стадии. Настоящее прозрение пришло к Кристине после рождения сына Михаила. Декретный отпуск, бессонные ночи, постоянная усталость и полное равнодушие мужа к её проблемам. Он считал, что обеспечивать семью финансово достаточно, остальное — женские заботы.
- Мам, — плакала Кристина в трубку, — я не высыпаюсь уже месяц. Мишка постоянно плачет, а Серёга говорит ты же мать, ты и разбирайся. Как будто он не отец вовсе.
- А ты пыталась ему объяснить?
- Объясняла. Он обижается, говорит, я же работаю, устаю, хочу дома отдыхать.
- И что ты ответила?
- А что отвечать? Правда же, он работает.
- А ты не работаешь?
- Материнство, это не работа?
Кристина надолго замолчала. Потом тихо сказала.
- Мам, я, кажется, понимаю, о чём ты тогда говорила.
Отношения начали налаживаться постепенно. Кристина стала чаще звонить, интересоваться жизнью матери, рассказывать о своих проблемах. Когда Мишке исполнилось два года, она впервые приехала в гости с ребёнком.
- Мам, прости за те слова, - сказала она, сидя в саду под яблоней.
- Теперь я понимаю, каково это, заботиться о семье и не получать благодарности.
- А что с Сергеем?
- Пытаюсь его воспитывать, - усмехнулась дочь.
- Медленно, но получается. Объясняю, что если хочет видеть жену довольной и отдохнувший, должен участвовать в заботах о доме и ребёнке.
- И как реагирует?
- Сопротивляется, конечно. Но я теперь знаю, если не сопротивляться самой, станет только хуже.
Маленький Мишка исследовал сад, бегал между клумбами, пытался поймать бабочек. Татьяна смотрела на внука и думала о том, каким человеком он вырастет. Будет ли уважать женщин или считать их обслуживающим персоналом?
- Знаешь, Мишенька, — сказала она, — когда мальчик подбежал показать найденную Божью коровку, — иногда взрослым тоже нужно учиться быть счастливыми.
- А ты счастливая, баба Таня?
- Да, малыш. Теперь счастливая.
Анатолий вышел из дома с термосом и печеньем.
- Дамы не хотят перекусить? А то скоро обед готовить пора.
Он не изменился за эти годы, все так же внимателен, заботлив, деликатен. Седины прибавилось, морщинки у глаз стали глубже, но характер остался прежним.
Каждое утро кофе в постель, каждый вечер, вопрос как прошёл день. Каждые выходные что-нибудь интересное, театр, выставка, поездка в соседний город.
- Анатолий, а ты жалеешь, что связался со мной? — спрашивала Татьяна иногда.
- Все-таки взял женщину с проблемами, с трудным прошлым.
- А ты жалеешь, что связалась со мной?
Отвечал он вопросом на вопрос.
- Нет. Это лучшее, что со мной случилось.
- Вот и я о том же.
После обеда к ним зашла соседка Валентина Ивановна, пожилая женщина, недавно овдовевшая. Часто приходила поговорить, попить чай, поделиться переживаниями.
- Татьяна Петровна, - сказала она, усаживаясь за стол в беседке, - у меня сын с невесткой совсем обнаглели. Приезжают только, когда что-то нужно. А я для них нянька бесплатная и кухарка. Что делать, не знаю.
- А вы пробовали говорить с ними открыто?
- Как говорить? Они же дети мои. Должна же мать помогать.
- Валентина Ивановна, а они вам помогают?
- Ну. Иногда деньги дают, если совсем туго.
- Но это же их обязанность — родителей содержать.
- Их обязанность, а ваше — обслуживать?
Соседка растерянно посмотрела на Татьяну.
- А как же иначе? Я же мать.
- Знаете, Валентина Ивановна,
Татьяна помолчала, подбирая слова. - Я долго думала, что терпение — это добродетель. А оказалось, что иногда нужна смелость изменить то, что тебя разрушает.
- Но я же не могу им отказать. Что люди скажут? Какая мать детям отказывает?
- А что скажут о детях, которые мать эксплуатируют.
Валентина Ивановна ушла задумчивой. Татьяна не знала, последует ли та её совету, но семя сомнения было посеяно. Вечером, когда Кристина с внуком уехали, а в саду зажглись фонарики, Татьяна и Анатолий сидели на террасе, пили вино и подводили итоги дня.
- О чём думаешь? - спросил Анатолий, заметив задумчивое выражение её лица.
- О том, сколько женщин живёт в несчастливых семьях, считая это нормой. Боятся что-то изменить, потому что так принято, что люди скажут, куда же я пойду.
- А ты не боялась?
- Боялась. Очень. Но страх остаться в той жизни оказался сильнее страха неизвестности.
- И не жалеешь?
Татьяна посмотрела на мужа, на дом, освещенный теплым светом, на сад, где цвела сирень. Подумала о работе, которая приносила удовольствие, о путешествиях, которые их ждали, о внуке, который будет расти в атмосфере уважения и любви.
- Знаешь, что я поняла за эти годы? Счастье — это не отсутствие проблем. Это право решать свои проблемы самой. Выбирать, с кем жить, как жить, чем заниматься. У меня теперь есть это право.
- И как ощущение?
- Впервые в жизни я живу, а не существую.
Анатолий взял её руку, переплел пальцы.
- А у меня впервые за 5 лет есть смысл просыпаться каждое утро. Они сидели в тишине, слушая стрёкот сверчков и шум листвы. Где-то в большом городе Виктор проводил очередной вечер у телевизора, а Кристи научилась строить семейные отношения на новых принципах. Где-то ещё тысячи женщин мечтали о переменах, но не решались сделать первый шаг.
А здесь, в маленьком городе Светлом, двое людей просто были счастливы. Негромко, недемонстративно, тихо и глубоко. И это было самое важное достижение в жизни Татьяны Петровны Волковой, которая в 50 лет, наконец-то научилась любить и быть любимой.