первая часть
На улице дождь усилился. Татьяна поймала маршрутку и всю дорогу смотрела в мокрое окно.
Восемьдесят семь тысяч рублей. Это много или мало? На что хватит? На сколько времени?
Ключ повернулся в замке с привычным щелчком. Татьяна переступила порог и остановилась.
За выходные ничего не изменилось: та же гора посуды, те же разбросанные вещи, те же липкие разводы на столе.
Разве что добавилась новая деталь — черепки тарелки возле мусорного ведра. Белый фарфор с синими цветочками, подарок свекрови к десятилетию свадьбы.
— Это ещё кто такой? — донёсся из комнаты голос Виктора.
— Мама пришла, — равнодушно ответила Кристина.
— А Танька? Слушай, а чего так рано? Заболела, что ли?
Татьяна прошла на кухню и села за стол, не раздеваясь.
Дождь барабанил по окну, а в соседней квартире играла музыка — кто-то радовался жизни.
— Витя, меня сегодня уволили.
Пауза. Потом скрип кресла, шлёпанье тапок.
— Как уволили? — Виктор появился в дверях кухни. — За что?
— Сокращение. Кризис.
— Ну ты даёшь, — он почесал живот. — И что теперь делать будем?
«Будем», — отметила про себя Татьяна. «Не “что ты будешь делать”, а “что мы будем делать”». Как будто увольнение касается всех поровну.
— Будем искать новую работу, — сказала она.
— А деньги-то дали? Пособие какое-нибудь?
— Дали.
— Сколько?
— Восемьдесят семь тысяч.
Глаза Виктора загорелись.
— Неплохо. Можно телевизор новый купить, а то этот совсем плохо показывает. И пиво взять хорошего, импортного.
— Витя, эти деньги на жизнь. Пока новую работу не найду.
— Да найдёшь быстро, — махнул он рукой. — Экономисты везде нужны. А пока можно и пожить нормально.
Кристина заглянула на кухню:
— Мам, а можно я Димке на день рождения подарок куплю? Там костюм классный в «Адамасе», только дорогой.
— Сколько стоит? — устало спросила Татьяна.
— Ну... тысяч пятнадцать. Но зато какой! И Димка будет так рад!
Татьяна смотрела на дочь — накрашенную, нарядную, с новеньким айфоном в руке — и молчала.
Пятнадцать тысяч на костюм для чужого парня. Пятнадцать из восьмидесяти семи.
— Не сейчас, Кристина.
— Да ладно тебе. — Дочь надула губы. — Ну что тебе стоит? Всё равно же деньги лежат без дела.
— Без дела? Кристина, на эти деньги мы будем жить, пока я новую работу не найду.
— А долго искать будешь? — встрял Виктор. — Может, в декрет пора? Дома посидишь, хозяйством займёшься как следует.
Татьяна посмотрела на него. Сорок восемь лет, лысеющий, с пивным животом, в грязной майке.
Сидит без дела половину дня — и предлагает ей стать домохозяйкой.
— В декрет без младенца не уходят, Витя.
— Ну, в отпуск за свой счёт. Или вообще не работай. Я же деньги приношу.
— Сколько ты получаешь?
— Причём тут сколько? Главное, что приношу.
— Двадцать две тысячи в месяц, — спокойно сказала Татьяна.
- Из них 10 уходит на твое пиво и сигареты. На оставшиеся 12, мы должны втроем жить.
- Ты что, контролировать меня надумала?
Возмутился Виктор.
- Я просто считаю деньги, которых всегда не хватает.
Кристина фыркнула.
- Вот поэтому я замуж и не тороплюсь. Найду себе нормального мужика, который не трясётся над каждой копейкой.
- А пока найдешь, можешь сама себе костюмы покупать,- сказала Татьяна.
- На свою зарплату кассира. Мам, ты чего такая злая? Просто потому, что с работы выгнали, не надо на нас срываться.
Татьяна встала и прошла в спальню. Достала из шкафа старую спортивную сумку, ту самую, с которой ездила в студенческие походы. Положила на кровать и открыла. Что взять?
Документы, паспорт, трудовая книжка, диплом. Деньги. Смену белья, несколько кофточек, джинсы. Тёплую кофту, на улице октябрь. Лекарство, косметичку.
- Танька, ты чего делаешь?
В дверях появился Виктор.
- Собираюсь.
- Куда?
- Уезжаю.
- Как это уезжаешь? Куда? На дачу, что ли?
Татьяна сложила в сумку последние вещи и застегнула молнию.
Повернулась к мужу.
- Не знаю куда. Подальше отсюда.
- Ты что, совсем сдурела? Какое подальше? У тебя дом, семья.
- У меня нет семьи, Витя. У меня есть два потребителя, которые воспринимают меня как обслуживающий персонал.
- Да что ты мелешь?
Виктор попытался встать между ней и дверью.
- Просто нервы сдали после увольнения. Отдохнёшь, само пройдёт.
- Двадцать три года отдыхала, Татьяна взяла сумку.
- Хватит.
- Мама, ты куда?
Из своей комнаты выскочила Кристина.
- Уезжаю.
- Как это уезжаешь? А мы как жить будем?
- Так же, как жили, когда я была на работе. Только теперь без меня.
- Но кто готовить будет? Убирать?
Растерянно спросила дочь.
- А кто готовил и убирал, когда меня не было дома по десять часов?
Кристина и Виктор переглянулись.
Такой вопрос им явно в голову не приходил. Татьяна прошла мимо них, к входной двери. Надела плащ, взяла сумку.
- Стойте, мы же поговорить можем.
Спохватился Виктор.
- Ну что за глупости? Куда ты пойдешь, на кого нас оставишь?
- На себя, Витя. Вы же взрослые люди.
Она вышла на лестницу и закрыла дверь. За спиной сразу начался переполох, Виктор и Кристина что-то громко обсуждали, потом кто-то стукнул кулаком по столу. Татьяна спустилась вниз и вышла на улицу. Дождь почти кончился, только изредка падали крупные капли. Достала телефон и написала сообщение мужу,
- Уехала. Больше не жди.
Потом открыла карты в телефоне и стала рассматривать города.
Куда можно поехать на 87 000? Недалеко, но и не слишком близко. Чтобы не вернуться в первый же день от тоски. Взгляд зацепился за название «Светлый». Небольшой город, в двухстах километрах от областного центра. Чем-то название понравилось. «Светлый». Может, там и правда светлее.
Автовокзал встретил её запахами выхлопных газов и вокзальной еды. Касса, билет до Светлого, 900 рублей. Автобус через полчаса. Татьяна села на пластиковое кресло и посмотрела на телефон. 7 пропущенных от Виктора, 3 от Кристины. Не стала слушать. Выключила звук и убрала телефон в сумку. 86 100 рублей осталось.
Насколько хватит? На месяц? На два? А потом? Потом видно будет, подумала она и пошла к автобусу. Водитель равнодушно проверил билет. Татьяна прошла в салон, села у окна и облокотилась на холодное стекло. Автобус тронулся, и город начал уплывать назад. Знакомые улицы, остановки, магазины — вся её прежняя жизнь осталась где-то там, за мокрым стеклом.
А впереди ждал Светлый, неизвестный, пугающий и почему-то обещающий что-то новое. Автобус въехал в Светлый на рассвете. Татьяна проснулась от толчка, когда водитель резко затормозил перед светофором. За окном медленно всплывал незнакомый мир, двухэтажные домики села полисадниками, широкие улицы без пробок, старушка с ведром, кормящая бездомных кошек, у подъезда.
Автовокзал оказался крошечным, одноэтажное здание, с облупившейся краской и тремя кассами, две из которых не работали. Татьяна вышла из автобуса, поправила лямку сумки на плече и огляделась. Пахло осенней листвой и дымом из печных труб. В большом городе такого запаха не бывает, там всегда выхлопы и асфальт.
- Девушка, гостиницу ищите.
Подошла женщина средних лет в ярком платке.
- "Уют" у нас хорошая, недорогая. Прямо, потом налево.
Гостиница "Уют" располагалась в бывшем административном здании, советские окна, кирпичные стены, но внутри оказалось чисто и опрятно. Администратор, пожилая женщина с добрыми глазами, не стала задавать лишних вопросов.
- Сколько дней планируете?
Спросила она, заполняя карточку.
- Пока не знаю, - честно ответила Татьяна.
- Может несколько дней, может больше.
- Понятно. Бывает. Номер на втором этаже, окна в парк. Завтрак с восьми до десяти, если захотите.
Номер оказался простым, но уютным, узкая кровать, тумбочка, шкаф, маленький телевизор. Из окна видны были верхушки деревьев и краешек детской площадки.
Татьяна поставила сумку на пол, присела на кровать и впервые за сутки почувствовала, как сильно устала. Телефон завибрировал, сообщение от Виктора,
- Что за безобразие. Мы голодаем. Возвращайся к своим обязанностям.
Она посмотрела на экран и выключила телефон. Никаких обязанностей. Никого, кто требует поесть прямо сейчас. Никого, кто оставляет грязную посуду в раковине.
Проснулась от солнечного света. Часы показывали половину девятого, гостиница, она проспала больше 10 часов. Дома такая роскошь была немыслима, подъём в 6 утра, завтрак для семьи, сборы на работу. А здесь никто не торопил, не требовал, не стучал в дверь с криками
- Где мои носки?
Приняла душ, переоделась и спустилась к завтраку. Небольшая столовая с клетчатыми скатертями, запах кофе и свежих булочек.
За соседним столиком пожилая пара неспешно обсуждала планы на день, съездить к дочке, заглянуть в хозяйственный магазин.
- Вы не местная?
Спросила официантка, молодая девушка, с милым лицом.
- Редко у нас новые лица бывают.
- Приехала вчера
Татьяна попробовала кофе. Крепкий, ароматный, не то что растворимый, которым они экономили дома.
- На долго?
- Не знаю пока. Может и останусь, если работу найду.
- А кем работали?
- Экономистом. Но готова на любую работу.
Девушка оживилась.
- А вы к нам в кафе не хотели бы? "Уют" называется, рядом с парком. Управляющий давно ищет администратора, и с документами помочь, и за заказами проследить. Анатолий Сергеевич очень хороший, справедливый. Не кричит, зарплату задерживает редко.
- А где это кафе?
- Да в пяти минутах отсюда. Если хотите, проводить могу, у меня смена сегодня вечерняя.
Татьяна кивнула.
- Почему бы нет?
Деньги заканчиваются, а сидеть в гостинице бесконечно не получится.
Кафе «Уют» занимало первый этаж старинного особняка в центре города.
Просторный зал с деревянными столами, живые цветы на подоконниках, теплая атмосфера домашнего уюта. Несколько посетителей неспешно завтракали, читая местную газету.
Управляющий Анатолий Сергеевич оказался мужчиной лет пятидесяти, подтянутый, седеющий, с внимательными серыми глазами. Говорил негромко, без суеты.
- Опыта в общепите нет? — спросил он, изучив документы Татьяны.
- Нет. — Всю жизнь экономистом работала.
— А в жизни опыт есть?
— В смысле?
— Умеете с людьми общаться, конфликты решать, порядок наводить?
Он улыбнулся.
- Вот это и нужно. Остальному научим. Предложил попробовать с завтрашнего дня. Зарплата небольшая, но стабильная. График с десяти до семи, один выходной в неделю. Жильё снимать будете?
Спросил он.
- Могу посоветовать хороших людей, у них комната освободилась.
Татьяна согласилась. Впервые за много лет кто-то предлагал ей работу, не выпытывая лишних подробностей, не обещая золотые горы, но и не обманывая. Вышла из кафе с чувством, которого не испытывала годами, предвкушение завтрашнего дня. Включила телефон, 13 пропущенных звонков, 27 сообщений.
Виктор.
- Танька, хватит дурить. Дома бардак, жрать нечего.
Кристина.
- Мам, я не умею борщ варить. Что мне делать?
Виктор.
- Соседка Клавдия всем рассказывает, что жена от меня сбежала. Стыд какой.
Кристина.
- У меня животик болит, а готовить некому. Мам, ну вернись.
Между сообщениями от семьи затерялась одна от подруги Марины.
- Танюш, Витька звонил, рассказывал, что ты уехала. Молодец. Давно пора было.
Татьяна набрала номер Марины.
- Танюша.
Подруга сразу узнала голос.
- Ну наконец-то. Я так рада, что ты решилась.
- Марин, а может я неправильно поступаю? Все-таки семья.
- Какая семья?
Фыркнула Марина.
- Танюш, ты же рассказывала, как они тебя эксплуатируют. Пусть почувствуют свое потребительское отношение на собственной шкуре.
- Но Кристина пишет, что не умеет готовить.
- В 22 года? Серьезно? А у меня 14-летний сын уже борщ варит лучше меня. Знаешь почему? Потому что у нас мужики всё по дому делают сами.
- Всё?
- Всё. Муж стирает, убирает, готовит ужин, когда я задерживаюсь. Сын свою комнату сам прибирает, посуду моет без напоминаний. А знаешь, как этого добилось?
- Как?
- Просто перестала делать за них то, что они могут делать сами. Сначала возмущались, ругались. А потом поняли, либо сами, либо никак.
продолжение