Филипп Аркадьевич, старший специалист отдела логистики, в свои сорок восемь был мужчиной, уверенным в собственной неотразимости.
Эта уверенность базировалась на трех китах: абонементе в фитнес-клуб (куда он ходил раз в месяц), кредитной «Тойоте» и умении делать многозначительное лицо на планерках.
В офисной иерархии Филипп занимал позицию «бывалого волка». Он знал, как незаметно играть в телефоне во время зум-колла и на каком этаже самый вкусный кофе.
Когда в дверях отдела появилась Камилла, Филипп сразу понял: это знак. Судьба, устав посылать ему женщин с кучей проблем и ипотекой, наконец-то расщедрилась.
Камилла была переведена из регионального филиала. Ей было тридцать пять, и она была возмутительно хороша. Тонкая, звонкая, с копной рыжих волос и глазами цвета крепкого чая.
Но главное — она носила шпильки. Не просто каблуки, а шпильки такой высоты и остроты, что ими можно было колоть лед или мужские сердца.
— Новенькая, — хмыкнул Филипп, поправляя галстук, который уже лет пять как вышел из моды. — Ну-ну. Посмотрим, на сколько ее хватит.
Однако уже через неделю «посмотрим» сменилось на «она точно запала».
Логика Филиппа была железобетонной.
- Во-первых, Камилла всегда здоровалась с ним первой.
- Во-вторых, она задавала ему вопросы, хлопая ресницами. Филипп слышал в этом не рабочий вопрос, а мольбу: «О, мудрый мужчина, научи меня жить».
- В-третьих — и это было главное — она одевалась.
Каждое утро Камилла вплывала в офис, цокая каблуками, в узких юбках или брючных костюмах, подчеркивающих фигуру.
— Видал? — толкал Филипп локтем коллегу, айтишника Виталика. — Опять вырядилась. Это она для меня. Сигналы подает. Видишь, красная помада? Это призыв. Агрессивный маркетинг, так сказать.
Виталик, не отрываясь от монитора, бурчал что-то про то, что у Камиллы просто хороший вкус и, возможно, богатые родители, но Филипп его не слушал. Он знал правду: девочка из провинции приехала покорять столицу и ищет надежное плечо. И этим плечом, разумеется, должен стать он, Филипп.
— Она просто стесняется, — рассуждал Филипп, глядя, как Камилла яростно печатает отчет. — Ждет первого шага. Боится моего авторитета. Ничего, на корпоративе я растоплю этот лед.
Корпоратив по случаю юбилея компании намечался грандиозный. Сняли модный лофт, заказали кейтеринг и ведущего.
План мужчины был прост. Дождаться, когда градус веселья повысится, подойти к Камилле, по-отечески (но с подтекстом) приобнять и предложить свое покровительство.
Вечер шел своим чередом. Сотрудники пили, ели тарталетки и вяло танцевали под хиты.
Сама виновница торжества стояла у окна с бокалом минералки. На ней было черное платье с открытой спиной и те самые шпильки, которые сводили Филиппа с ума.
Наш кавалер, приняв для храбрости, решил: пора.
Он подошел к ней походкой капитана корабля, входящего в гавань.
— Скучаете, прекрасная леди? — начал он с козырей.
Камилла обернулась. В ее взгляде Филипп прочитал (как ему показалось) восторг и облегчение.
— Немного, Филипп Аркадьевич. Музыка громкая.
— Зови меня просто Фил, — великодушно разрешил он, опираясь рукой о стену так, чтобы перекрыть ей путь к отступлению. — Или Филипп. Без отчества. Мы же здесь все... одна семья.
Он многозначительно подвигал бровями. Камилла вежливо улыбнулась.
— Как скажете, Филипп.
— Я давно за тобой наблюдаю, Камилла, — понизил голос Филипп, стараясь перекричать басы. — Вижу, как ты стараешься. Как одеваешься... для офиса. Эти каблуки, юбки. Я всё замечаю. Я мужчина опытный, глаз алмаз.
Камилла слегка наклонила голову, и в ее глазах мелькнуло что-то странное. Удивление?
— Правда? — спросила она.
— Конечно. Я понимаю, тебе трудно. Чужой город, новый коллектив. Все эти волки вокруг... — Филипп обвел рукой зал, где «волки» зажигали под ламбаду. — Тебе нужна поддержка. Сильная рука. Наставник.
Он сделал паузу, давая ей осознать величие момента.
— Я готов взять тебя под свое крыло, Камилла. Научу, как тут всё устроено. Кому улыбаться, кого посылать. Ну и, конечно... — он подмигнул, — скрашу твое одиночество. Негоже такой красавице одной вечера коротать.
- Ты же сигналы подаешь, - я это вижу.
Камилла смотрела на него, не мигая. Улыбка медленно сползала с ее лица, сменяясь выражением искреннего недоумения.
— Филипп Аркадьевич... то есть, Филипп. Вы сейчас серьезно?
Филипп самодовольно усмехнулся.
— Ну зачем же скромничать? Я вижу, как ты на меня смотришь. Я мужчина в самом соку, перспективный. Со мной не пропадешь. Давай сегодня поедем ко мне после вечеринки? Обсудим твои карьерные перспективы в горизонтальной плоскости.
В этот момент музыка стихла. И в наступившей тишине голос Филиппа прозвучал особенно отчетливо.
Камилла вдруг рассмеялась. Не кокетливо, как ожидал Филипп, а громко, заливисто, до слез.
— Ой, не могу... «В горизонтальной плоскости»! Филипп, вы сделали мой вечер. Я обязательно расскажу папе, он обожает такие анекдоты.
— Папе? — насторожился Филипп. — Причем тут папа?
— При том, — раздался за спиной Филиппа властный бас.
Филипп обернулся и похолодел. Позади него стоял Сам. Генеральный директор и владелец компании, Эдуард Викторович.
— Эдуард Викторович! — заблеял Филипп. — А мы тут... обсуждаем рабочие моменты. Тимбилдинг, так сказать. Вливаю молодежь в коллектив.
Генеральный посмотрел на Филиппа как на пятно кетчупа на дорогой скатерти. Потом перевел взгляд на Камиллу.
— Дочка, этот... «наставник» тебя не обижает?
— Нет, пап, — Камилла вытерла выступившую от смеха слезу. — Он меня веселит. Предлагает взять под крыло. Говорит, я для него наряжаюсь. И обещает продвинуть по службе.
Филипп почувствовал, как земля уходит из-под ног.
— Дочка? — прошептал он, чувствуя, как пот струится по спине холодной змейкой. — Вы родственники?
— Камилла Эдуардовна — моя дочь, — спокойно, чеканя каждое слово, произнес владелец. — Она приехала из филиала, чтобы пройти стажировку «в полях», перед тем как возглавить департамент развития. Инкогнито. Я хотел, чтобы она посмотрела на работу изнутри.
Эдуард Викторович подошел к Филиппу вплотную.
— И знаешь, Филипп... Аркадьевич, кажется? Она посмотрела. И увидела очень интересные вещи. Например, сотрудника, который вместо работы занимается фантазиями.
— Я не знал, — пролепетал Филипп. — Я думал, она просто... ну... молодая, неопытная.
— Филипп, ваше предложение о покровительстве я вынуждена отклонить, — вздохнув, произнесла Камилла. — А вот мое предложение вы, боюсь, принять обязаны.
— Какое? — сипло спросил Филипп.
— Освободить должность. Нам нужны люди, которые смотрят в отчеты, а не на длину моих юбок. И которые понимают, что женщина на шпильках — это просто женщина, которой нравится быть красивой.
Впрочем, история эта хоть и поучительная, но в реальной жизни всё закончилось не так драматично.
Этот рассказ написан по мотивам комментариев одного подписчика.
Он на полном серьезе уверял, что новая сотрудница в отделе надевала короткую юбку и шпильки исключительно ради него.
«Ну а для чего еще? — писал он. — Это же очевидно».
Нашего героя, правда, никто не увольнял.
Но сколько мы ни старались объяснить этому мужчине в комментариях, что женщина может любить красиво выглядеть просто для себя, или потому что это её стиль, — он нам так и не поверил. «Нет, — твердил комментатор. — Это сигналы. Вы просто не понимаете женскую психологию».
Что ж, иногда вера в собственную неотразимость — самая непробиваемая броня. Главное, чтобы однажды она не столкнулась с реальностью так же жестко, как в нашем рассказе.
А вы встречали мужчин, которые любое женское «здравствуйте» трактуют как признание?
Спасибо за лайки и не забудьте подписаться, чтобы не потерять канал