Знаете, какими разноголосыми были ташкентские рынки в начале 90-х?
Однажды, среди нестройного хора зазывал, я услышал незнакомое мне слово. Тоненький девичий голосок распевал:
- Пигоди! Пигоди!
Подпоясанная фартуком девочка-кореянка лет четырнадцати проталкивалась через торговые ряды, освобождая дорогу для младшего брата, руки которого были заняты тазиком с белыми пирожками и буквально пронзала прохладный ноябрьский воздух перед собой своим призывом немедленно подкрепиться. Иногда девочка останавливалась, приоткрывала бязевое покрывало, которым были укрыты пирожки, брала один пирожок салфеткой, подкладывала к нему какие-то закуски, доставала из кармана передника бутылочку с соевым соусом и подавала то ли рыночному продавцу, то ли обычному прохожему пирожок.
Но голосок ее не смолкал даже когда она рассчитывалась с покупателями:
- Пигоди! Пигоди!
- А что это такое? - спросил я у своего ташкентского приятеля.
- Пирожки такие, корейские! Очень вкусные! Давай купим, съедим по одному? - предложил приятель.
- Да ну тебя! Час не прошел, как завтракали. Почему дома не ел? - так я и сам не попробовал пигоди, и приятелю не позволил.