Новый год для маленькой Юли был самым долгожданным праздником, даже больше, чем ее собственный день рождения. Сначала взрослые веселятся, пьют, едят, затем их с братом укладывают спать после полуночи под громкие бабахи салютов, а утром происходило настоящее чудо — подарки от Дед Мороза.
Елка стояла в зале, немного перекосившаяся, один бок пышнее другого, с гирляндой, которая то гасла, то загоралась снова, мигая в зашифрованном послании азбуки Морзе. И игрушки на ней висели старые, еще стеклянные — краска облезла, блёсточки давно отвалились, стекло местами протерлось, но каждый раз, держа в руке хоть одну из них Юля чувствовала новогоднее чудо где-то в глубине души, а еще под коленной чашечкой, потому что ноги мгновенно начинали зудеть. То ли от ожидания, то ли ее правда наполняло настроение — Дед Мороз, Снегурочка, подарки, снег, яркие огоньки и мандарины! Все ее рисунки в декабре были посвящены только этому, ну, еще плаванью. Потому что не меньше, чем Новый год Юля любила плаванье. Вот сначала Новый год, плаванье, а потом все остальное — мама, папа, кот Пушок, да брат Костя.
Под их елкой, немного уставшей от жизни, мечтающей выйти на пенсию или сразу уйти в свой елочный рай, еще с вечера лежали подарки. Мама всегда так делала — как только дети легки в кровати и крепко засопели, она тут же доставала из верхнего ящика шкафа завернутые подарки и клала их под елку, довольная собой, будто и правда была Снегурочкой и помогала Дедушке Морозу. В этот раз, правда, подарок для сына вышел слишком большим, так что пришлось прятать его на балконе за банками с засолками и прикрыть его пледом от любопытных детских глаз.
Дети проснулись намного раньше обычного, что и следовало ожидать. Костя, которому было четыре, выскочил из кровати первым — босиком, в пижаме с медведями. Он разбудил сестру, а затем побежал из комнаты, но остановился на пороге, будто споткнулся о что-то: рядом с елкой стояла огромная коробка, завернутая в яркую подарочную бумагу. Он запищал от радости, так что на писк вышла сначала сонная мама, а затем кряхтящий папа. Мальчик обнял коробку, а когда мама кивнула головой и одобрительно сказала, что это для него, начал быстро и неуклюже разрывать упаковку, пока не добрался до ее центра — огромная пожарная машина, какой у него еще не было, огненно-красная, блестящая, с двигающимся рулем, наклейками и пахнущая картоном и пластиком. Костя обнял машинку, попытался залезть на нее, но она была маловата, чтобы катать его, тогда он принялся двумя руками возить ее по ковру, совсем забыв о дополнительном сладком подарке.
***
***
Юля, будучи старше всего на пару лет, в отличие от брата, подошла к подаркам медленнее. Она всегда такой была — будто боялась, что если поспешит, то игрушки растворятся прямо перед носом. Сначала она все рассмотрела — брата, его подарок, елку, родителей, а потом нагнулась и нашла среди шуршащей разорванной бумаге и свой — довольно тяжелый, но намного меньше, чем у брата. Она убрала желтую подарочную бумагу и увидела…большую книгу сказок.
Книга, безусловно, была дорогой и красивой — глянцевая, с золотыми буквами и узорами на коричневой обложке, с картинками принцесс, лесов, зверей внутри. Она пахла типографской краской и чем-то новым, еще незнакомым. Корешок захрустел при открытии.
— Это что? — удивилась Юля.
— Книга. — Радостно ответил папа. — Сказки! Посмотри, какая красивая. Я в детстве о такой мечтал.
— Но я хотела очки для плаванья. — Тихо сказала девочка и сжала книгу в руках, так что уголок врезался ей в ладонь.
Родители переглянулись, а затем мама присела рядом, улыбнулась, погладила ее по светлым взлохмаченным после сна волосам.
— Но разве это не будет полезнее? Книга ведь лучше, чем очки.
— Но я не умею читать. — Вздохнула Юля, чуть ли не хныча.
— А это будет тебе мотивацией поскорее научиться! — подхватил папа. — Видишь, какие картинки интересные? А сказки еще лучше! Вот когда все почитаешь — тогда и очки будут.
— Не переживай, Дедушка Мороз немного ошибся, но мы же будем помогать, — мама чмокнула ее в висок. — Вот увидишь, вам с Костей понравятся сказки, я с вами читать буду.
Девочка нахмурилась, покосившись на беззаботного брата. Слова «когда» и «тогда» показались ей длинными, ненадежными. Она ничего не ответила, только кивнула, хотя внутри что-то сжалось — не обида даже, а непонимание: почему-то, что она хотела, оказалось менее важным, чем-то, что решили за неё. По крайней мере ей еще оставался сладкий подарок и хорошо, что у них с Костей они были одинаковыми, потому что Юля смогла насладиться сладостями без капризного братца, спокойно поедая их.
Время шло, обида забылась, а книга стала скитаться. Сначала она поселилась на Юлином столе, затем на тумбочке, а потом и под подушкой.
Девочка училась читать упрямо, по слогам, с ошибками, возвращаясь к одной и той же строке по десять раз. Иногда она плакала из-за того, что ничего не получается, иногда злилась — на себя, на маму, которая вроде помогает читать, но с другой стороны начинает нервничать из-за долгих попыток, иногда Юля просто закрывала книгу и смотрела в потолок, представляя, как надевает синие очки и ныряет под воду, где тихо и никто не зудит, что она читает букву «М» как «П», а «П» как «Б» и что это неправильно.
Утром каждую среду бабушка водила внучку в бассейн для малышей. Там пахло хлоркой и мокрыми полотенцами, а еще было очень скользко. Девочка заходила в воду без очков, щурилась, моргала, терпела, но плыла — потому что ей нравилось, как тело становится лёгким, как мир распадается на блики. После занятий она снова говорила:
— Я хочу очки.
Но каждый раз слышала что-то вроде:
— Давай потом, Юль.
— Мы помним.
— Давай на праздник.
— Поговорим об этом на выходных.
Праздники приходили и уходили: День рождения, Восьмое марта, ещё один Новый год. Ей дарили платья, кукол, развивающие игры, ещё книги — «нужные», «хорошие», «такие, как надо». Девочка благодарила, потому что так учили, но каждый раз, разворачивая бумагу, чувствовала, что ее надежда делает шаг назад.
Она не бросила читать, наоборот — читала всё лучше, выговаривая правильно все буквы и бегло читая по слогам. Сказки закончились, начались рассказы, потом тонкие книжки без картинок. Она читала брату вслух, и он слушал, сидя в кресле со своими игрушками, рассаживая их так, будто они тоже слушатели — машинки, мишки, роботы и непонятные плюшевые монстры.
Иногда Юля думала: если я прочитаю ещё немного, если ещё чуточку постараюсь, то они точно вспомнят.
Её желание становилось страшно настойчивым. Она уже не просто просила, а объясняла, говорила, что в очках будет удобнее, что она постоянно этим занимается, что это важно для неё. Родители слушали, кивали, обещали и снова ничего.
И однажды, в самый обычный день, не в праздник и не под каким-то поводом, мама позвала её на кухню.
— Юль, зайди сюда.
На столе, купаясь в солнечных лучах, без упаковки и бантиков, на клеенке в цветочек лежала небольшая коробка. Юля сразу узнала, что это, еще не открыв ее. Руки дрожали. А внутри лежали очки для плаванья — не синие, как в мечтах, а черные, но так было даже лучше, выглядели они намного качественнее и красивее, чем ей представлялось все это время.
— Это откуда? — удивилась она.
— Папа принес сегодня утром. — Сказала мама. —Ты заслужила, ты ведь столько старалась.
Юля молчала, она рассмотрела их со всех сторон, оторвала все защитные пленки, а затем нацепила на глаза, натянув ремешок так, как ей было удобнее всего. Она огляделась, рассматривая кухню через них — немного темнее, чем без них, но так четко и спокойно. И только после этого улыбнулась — да так широко, ярко показывая отсутствие передних зубов, хотя стеснялась этого, несмотря на то, что сейчас в ее классе почти у всех выпадали зубы.
Это была не просто радость — ее наконец-то услышали! Пусть немного поздно, пусть через год, но всё же услышали.
Автор: Вальдшнеп
Источник: https://litclubbs.ru/articles/71637-ochki-dlja-plavanija.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: