О том, почему знакомые сюжеты успокаивают сильнее, чем счастливые финалы
Иногда кажется, что мозг – самый консервативный читатель из всех. Он любит, когда история идет по знакомому маршруту: героиня сначала страдает, потом ошибается, потом – прозревает. Все честно, все по плану. Отсюда и нежная привязанность к романам Джейн Остин, где можно заранее угадывать каждую эмоцию, как движение по нотам. И все равно испытывать удовольствие, будто впервые. Главное – чтобы герой был предсказуемый. Чтобы мы заранее знали: сейчас он погрустит, потом сделает что-то глупое, потом – правильное. Мозг доволен, тревога спит.
Предсказуемость в литературе – не бедность замысла, а способ вернуть контроль над хаосом. В мире, где неизвестно, что случится завтра, приятно хотя бы быть уверенным: мистер Дарси снова промолчит не вовремя, Элизабет снова неправильно его поймет, и все закончится тем, чем должно.
Предсказуемость – это валериана для бессознательного.
Она дает структуру там, где все остальное распадается.
И пусть герои ходят по кругу, мы честно делаем вид, что волнуемся за них в сотый раз.
Примерно тот же механизм работает в «Грозовом перевале» у Бронте, только нерв другой. Мы знаем, что все закончится болью, что герои будут кружить вокруг разрушения, но все равно возвращаемся туда – потому что это разрушение честно. Его правила тоже понятны. Катастрофа предсказуема – и потому переносима.
А вот в романах Оттессы Мошфег привычный алгоритм ломается. Герои ведут себя не как должны, а как могут. Логика уходит, стабильность рушится, а с ней – чувство безопасности. Поэтому ее тексты читаются тревожно: мозг не находит схемы, не догадывается, куда идти дальше, и начинает суетиться. В этом – главный источник дискомфорта и силы ее прозы.
Возможно, любовь к предсказуемым героям – это не лень воображения, а стратегия выживания. Когда слишком много хаоса снаружи, человек ищет узнаваемость хоть где-то – даже в вымышленных людях. Герои, которые совершают «те же ошибки», становятся чем-то вроде якорей. Да, их решения известны заранее, но именно благодаря этому мы чувствуем, что мир все еще подчиняется законам логики, пусть и книжной.
Может быть, настоящие антигерои пугают не потому, что плохие, а потому, что непредсказуемые? Мы просто не выдерживаем быть с ними на одной странице – слишком много неизвестных. А мозг, бедный, просит: можно я вернусь к чему-нибудь понятному? К героине, которая снова выберет неправильного мужчину и назовет это судьбой.
Предпочитаете предсказуемых героев – или наоборот, тянетесь к тем, от кого заранее тревожно?