Добрый день!
16 июня 1989 года, поселок Мошково, Новосибирская область. Тот теплый летний вечер обещал быть одним из самых безмятежных в жизни 18-летней выпускницы Ларисы, которая возвращалась домой после праздничного мероприятия. На тихой поселковой улице, погруженной в сумерки, девушка не заметила мужчину в надвинутой на глаза кепке, который словно тень следовал за ней от самого центра поселка. Внезапное нападение было столь стремительным, что жертва не успела позвать на помощь, а последствия этой встречи стали трагическими.
Так было положено начало череде драматических событий, которые на несколько месяцев лишили покоя жителей сразу двух сибирских мегаполисов — Новосибирска и Омска. Ни соседи по лестничной площадке, ни коллеги по работе, ни даже собственная супруга не могли предположить, что за маской примерного семьянина, любящего отца и ответственного работника скрывается человек с тяжелым криминальным прошлым и глубоко деформированной психикой — Фёдор Козлов.
Его биография, полная темных пятен, началась задолго до этих тревожных сибирских событий. Фёдор Козлов родился в 1959 году и рос замкнутым, нелюдимым ребенком, который предпочитал одиночество общению со сверстниками. В подростковом возрасте его поведенческие особенности стали приобретать опасный характер, а в 1976 году, когда юноше исполнилось всего 16 лет, он совершил свое первое тяжкое преступление в Ростовской области. Жертвой несовершеннолетнего преступника стала его собственная родственница, опрометчиво доверившаяся близкому человеку. Советский суд, учитывая тяжесть содеянного, проявил максимальную строгость к подростку, назначив ему предельно возможный на тот момент срок наказания — 10 лет лишения свободы.
Отбыв назначенное наказание «от звонка до звонка», в 1986 году 27-летний Козлов вышел на свободу с твердым, как казалось, намерением начать жизнь с чистого листа. Стремясь порвать с прошлым, он переехал в Новосибирскую область, где ему удивительно быстро удалось создать видимость абсолютной нормальности: он нашел стабильную работу, женился, и вскоре в молодой семье родилась дочь. Окружающие видели в нем человека, твердо вставшего на путь исправления, но, как показали дальнейшие события, долгие тюремные годы не исцелили его душу, а лишь научили виртуозно скрывать свою истинную натуру под маской добропорядочности.
Роковым триггером, запустившим новый виток противоправных действий, стал временный отъезд жены с ребенком к родственникам летом 1989 года. Оставшись в квартире в полном одиночестве, Козлов перестал контролировать свои темные импульсы, которые сдерживал последние три года. После первого инцидента в Мошково он почувствовал пьянящее чувство безнаказанности и начал действовать все более дерзко, цинично и расчетливо.
В июле преступник кардинально сменил тактику, превратившись из ночного грабителя в хитрого манипулятора, использующего доверие граждан к власти. В Новосибирске он выследил несовершеннолетнюю девочку и, подойдя к ней уверенным шагом, представился сотрудником правоохранительных органов. Строгим голосом он потребовал от подростка «пройти в отделение для выяснения обстоятельств». Испуганная школьница, привыкшая доверять взрослым в форме или при исполнении, последовала за лжемилиционером в безлюдное место, где и произошло преступление.
Козлов действовал хаотично, постоянно меняя локации и сценарии нападений, что сильно осложняло работу сыщиков, пытавшихся найти логику в его действиях. В конце июля он решился на нападение прямо в черте города, однако в этот раз просчитался: жертве удалось оказать активное сопротивление, вырваться и убежать. Девушка стала первой, кто смог дать следователям подробное описание нападавшего. Милиция оперативно составила фоторобот: разыскивался мужчина около 30 лет, неприметной славянской внешности, почти всегда носящий кепку. Ориентировки были растиражированы в местных газетах и расклеены на улицах.
В августе преступник неожиданно исчез из поля зрения новосибирских оперативников, но лишь для того, чтобы начать свою криминальную «гастроль» в соседнем регионе. Козлов отправился в Омск, где на берегу Иртыша совершил серию дерзких нападений на местных жительниц. Почерк преступлений был абсолютно идентичен новосибирским эпизодам: внезапность атаки, использование фактора неожиданности и полное безразличие к последствиям для пострадавших. Анализируя материалы уголовных дел, следователи двух областей пришли к однозначному выводу: в Западной Сибири орудует один и тот же серийный преступник, который свободно перемещается между городами.
В конце лета «омский гастролер» вернулся в Новосибирск, чувствуя себя абсолютно неуловимым. Он вел двойную жизнь, которая не укладывалась в голове у нормального человека: днем был заботливым мужем и отцом, исправно ходил на работу и вежливо здоровался с соседями, а с наступлением темноты выходил на улицы в поисках новых жертв.
Развязка этой криминальной драмы наступила 1 сентября 1989 года, в День знаний. Козлов, видимо, потеряв бдительность от ощущения вседозволенности, приметил новую жертву в малолюдном переулке. Однако он просчитался в выборе объекта нападения: девушка не впала в ступор от страха, а начала отчаянно сопротивляться и громко звать на помощь. Шум привлек внимание случайных прохожих, и, испугавшись разоблачения, преступник поспешно скрылся. Но теперь его приметы стали известны гораздо большему числу людей.
Спустя всего несколько дней в городском автобусе произошел инцидент, ставший финальной точкой в карьере преступника. У контролеров возникли вопросы к пассажиру, который вел себя нервно и подозрительно. При стандартной проверке документов мужчина запаниковал, чем привлек внимание милицейского патруля, находившегося поблизости. При личном досмотре у задержанного обнаружили предметы, прямо указывающие на его причастность к серии нападений. Личность задержанного не оставила сомнений: перед оперативниками стоял тот самый Фёдор Козлов, которого искали в двух областях.
На допросах маска «примерного семьянина» слетела мгновенно. Козлов начал давать признательные показания, в деталях описывая свои похождения в Новосибирске и Омске. Следователи, видавшие многое за годы службы, были поражены тем спокойствием, с которым этот тихий с виду человек рассказывал о своих деяниях.
Судебный процесс, состоявшийся в апреле 1990 года, поставил точку в этом громком деле. Приговор суда был максимально суровым и соответствовал тяжести содеянного — высшая мера наказания.
Однако в сентябре 1990 года, находясь в камере следственного изолятора в ожидании исполнения приговора, Фёдор Козлов скончался. Официальной причиной смерти была названа острая сердечная недостаточность, хотя в криминальной среде ходили слухи, что с преступником разобрались по тюремным законам сами заключенные, не ставшие дожидаться официального исполнения приговора.
Подписывайтесь на канал Особое дело и читайте другие статьи: