Те, которые берегут …
(«Прощай, Ташкент!»)
У входа в зал ожидания стояли два молодых высоких сержанта милиции в рубашках с расстёгнутыми воротниками и пятнами пота подмышками. Они лениво пережёвывали жвачку, по-хозяйски поглядывая на проходящих мимо людей. «Крепкие ребята, - подумалось мне, - только малость разжирели от ужасов мирной жизни. Им бы килограммов по десять сбросить, если не больше».
Заметив меня, они заметно оживились и одновременно подтолкнули друг друга локтями. Их взгляды были настолько красноречивы, что я сразу почувствовал неладное.
Один из сержантов, вероятно, старший наряда, дождавшись, когда я подойду на нужное расстояние, развязно козырнул и, не представившись, сразу приступил к делу:
- Предъявите ваши документы, товарищ капитан.
- На каком основании, товарищ сержант? – Возразил я. - Мы с вами из разных ведомств, к тому же я старше по званию.
- Правильные слова говорите, уважаемый. – Солидно кивнул сержант. - Всё так. Только дело в том, что к нам в отделение ориентировка пришла на мошенника. Очень плохой человек! Ни стыда, ни совести. Оделся в армейскую форму, понимаешь, и разводит граждан на деньги. Нам приказано всех военных проверять.
Я видел, что милиционер врёт, чувствовал, как в душе закипает негодование, но ответил вполне спокойно:
- Согласен. Я покажу вам документы. Только сначала вызовите военный патруль. Проверка должна проходить при свидетелях.
Скорее всего, сержанта готовили неплохие инструктора, поскольку на лице не дрогнул ни один мускул.
- Мы обязательно вызовем патруль. – Сочувственным тоном произнёс он. – Дежурка совсем рядом. Но только в случае, если удостоверение поддельное. Зачем людей беспокоить, если документ настоящий? Предъявите удостоверение, товарищ капитан, и идите себе спокойно, куда хотите.
Поддавшись на уговоры, я протянул удостоверение и тут же понял, что совершил непростительную ошибку. Сержант выхватил документ и, не раскрывая, сунул в нагрудный карман.
- Пройдёмте, гражданин, в отделение. – С наглой улыбкой предложил он. - Вы задержаны по подозрению в мошенничестве.
Бешенство яркой вспышкой ослепило меня.
- Вы что себе позволяете? – С трудом выдавил я.
- Послушай, Сардор! – Оживился до сих пор молчавший напарник. - Похоже, он ещё и пьяный! Чувствуешь, как перегаром несёт? А ещё советским офицером прикидывается.
- Ну что, капитан? – Продолжал изгаляться сержант. - Добровольно пройдешь или нам силу применить? Давай лучше без скандала? Майор Кулиев во всём разберётся. Он очень опытный начальник. Давно в органах. Всё поймёт и войдёт в твоё положение.
Я понимал, что любое проявление несогласия лишь усугубит ситуацию, однако, уловив скрытый подтекст в словах сержанта, не смог удержаться:
- В «положение» войдёт, когда я бумажник открою?
- Пошли, давай. – Нахмурился милиционер. - Будешь упираться, браслеты наденем. Знаешь, что такое браслеты?
***
В обшарпанной дежурке пахло потом, палёной проводкой и ещё чем-то гнилым.
- Слушай, капитан! – Нудел толстый, похожий на мультяшного персонажа майор в несвежей рубашке и засаленном галстуке. - Я уже полчаса пытаюсь тебе помочь. И не надо со мной спорить. Мои ребята проявили бдительность. Ты очень похож на мошенника из ориентировки. Что? Показать тебе ориентировку? Не положено, уважаемый. Документ для специального пользования. Сам должен понимать. Надо было тебе не возбухать, а по-человечески объяснить сотрудникам, что ты домой из Афганистана возвращаешься. Поверь моему слову, уважаемый. Всё было бы нормально. Мы тоже люди. Всё понимаем. Зачем надо было пьяный дебош устраивать? В драку лезть? Кто тебя просил Сардора калечить? Я? Нет, дорогой. Я не просил тебя калечить моего двоюродного племянника. Кстати, он сейчас в травмпункте побои снимает. - Майор взял в руки моё удостоверение, открыл и показал две пятирублёвые купюры. — Это что? Взятка?! Объясни, зачем ты положил деньги в документ? Знаешь, что бывает за взятку? В лучшем случае тебе грозит исключение из рядов нашей партии и увольнение из армии. Это в лучшем случае. А в худшем тебе грозит срок. Реальный срок! Присядешь, как миленький. Так что думай, как проблему решать. Только недолго. Устал я от твоего упрямства.
Я понимал, что схема отработана давно, и любые мои слова будут истолкованы майором так, как нужно ему. Понимал, но не собирался сдаваться.
- Сержант сам оцарапал себе щёку. – Заявил я, стараясь выглядеть спокойным. - И вы это видели. Вы только что на моих глазах положили деньги в удостоверение. Короче, майор. Я требую пригласить представителей военной комендатуры. Отвечать я буду только в присутствии коменданта. У меня всё.
- Послушай, капитан! - Дежурный в сердцах швырнул ручку на стол. - У меня три свидетеля в коридоре дожидаются. Они подтвердят показания Сардора. Даже не сомневайся. А ещё у меня в тумбочке стоит бутылка водки. Кто тебе сказал, что содержимое бутылки не окажется в твоём желудке? Но я не зверь. Я предлагаю тебе неплохой вариант: ты платишь штраф … скажем … чеков двести, а я, так и быть, забываю о твоих художествах. Более того, капитан. Я дам команду, и тебя посадят на любой самолёт. Лети хоть на край света. Ну что, договорились? Да или нет?
Я представил, как мне придётся доказывать свою невиновность на партийных собраниях, и страх липким потом заструился по позвоночнику. Партийная машина настроена так, что бумаге со стороны поверят в тысячу раз больше, чем моим словам. «Полковник из мусбата прав. Эта гнида знает, чем зацепить армейского офицера. Вот же сволочь! Может, дать ему в рыло и будь что будет? Хоть душу отведу», - подумал я и взглянул на майора: передо мной сидел неопрятный толстяк с алчно горящими глазками и при этом абсолютно уверенный в собственной безнаказанности. Тут-то меня и осенило: я взял ручку со стола и нарочито подавленным голосом попросил листок бумаги.
- Бумагу? – На глазах посерел лицом майор. - А зачем тебе бумага, дорогой?
- В прокуратуру заявление написать хочу. Чистосердечно признаюсь в содеянном. Как вы думаете, товарищ майор, получится отделаться условным сроком?
- Какая-такая прокуратура-макуратура, уважаемый? – Залепетал дежурный. - Давай решим по-хорошему. Как люди. Плати штраф и лети на здоровье. Зачем усложнять себе жизнь? Не можешь двести чеков? Хорошо, дорогой, сойдёмся на сотне.
- Нет. Как коммунист я не могу идти против совести. Не имею права. Виноват, значит, должен отвечать по всей строгости закона.
- Хватит ломать комедию! – Сорвался на визг майор. – Коменданта захотел? Будет тебе комендант! Только запомни. Теперь тебе придётся заплатить уже не сто, а четыреста чеков. У коменданта тоже семья есть.
- Алло! Сергей-ака? - Стараясь не смотреть в мою сторону, заговорил майор в трубку. - Здравствуй, дорогой! Извини, что побеспокоил. Мне помощь твоя нужна. Понимаешь, Сергей-ака? Мои ребята только что вояку задержали. Да, дорогой. В нетрезвом состоянии. Мало? Так он дебош устроил в зале ожидания. Сардора, понимаешь, избил. Тот сейчас без сознания, справку оформляет в медпункте. Да, дорогой. По-хорошему не понимает. Штраф? Конечно, предлагал. Категорически отказывается. Клянусь. Не говори, уважаемый. Совсем плохой человек! Приходи скорее, Сергей-ака. Ну всё, дорогой. Жду!
- Не хорошо поступаешь, капитан! – Осуждающе покачал головой дежурный. - Таких людей из-за тебя приходится беспокоить. Сергей-ака сына моего в суворовское училище устроил, а ты…
Дверь со скрипом отворилась. Не знаю почему, но я не стал сразу поворачиваться к Сергею.
- Ну и где «мой» дебошир? - Делано-бодрым голосом поинтересовался комендант. - Кто посмел порочить высокое звание офицера и коммуниста?
Именно в этот момент я повернулся, и мы встретились взглядами. На лице Сергея отразилась невероятная гамма чувств: от изначально-притворного возмущения до растерянности и испуга. Надо сказать, парень умел владеть собой. Кивнув мне как старому знакомому, он тут же перевёл взгляд на милицейского начальника.
- Выдь на минуточку, Ориф Хузрузович. Разговор к тебе есть.
Дежурный вернулся через пару минут и, как ни в чём не бывало, протянул мне удостоверение личности:
- Нехорошо поступаете, товарищ капитан! Разве так можно? Почему не сказал, что дружишь с уважаемым человеком? Нехорошо… очень нехорошо. Ладно, забудем о неприятностях. Я уже дал команду Сардору. Он посадит тебя на самолёт. Правда, регистрация уже закончилась, но он тебя без досмотра проведёт. Счастливого пути, товарищ капитан.
***
Сардор проводил меня до трапа и, коротко переговорив со стюардессой, широким жестом пригласил в самолёт.
- От пятёрочки я бы не отказался. – Шепнул он, когда я проходил мимо. – А то сегодня вообще пустой. Что скажешь, уважаемый?
- Скажу, что худеть тебе надо, Сардор. А то скоро штаны на заднице лопнут …
Продолжение следует.
Начало. https://dzen.ru/a/aTZxsYhg_lCirgUU
Предыдущая часть. https://dzen.ru/a/aW3gAYTUhmTh3mcI
Повести и рассказы «афганского» цикла Николая Шамрина, а также обе книги романа «Баловень» опубликованы на портале «Литрес.ру» https://www.litres.ru/