Ксения заснула под утро, когда за окном уже проступала бледная полоска рассвета. Сон был беспокойным, обрывчатым, но, к её собственному удивлению, в нём не было знакомых кошмаров. Лишь смутные образы — старые деревья с голыми ветвями, тянущимися к свинцовому небу, и тихий шепот, похожий на шорох страниц. Она проснулась от мягкого прикосновения — Лиза осторожно трясла её за плечо, держа в руке дымящуюся кружку.
— Держи, подруга! - Проголосила Лиза, подсовывая в руки Ксении кружку с дымящимся ароматным чаем. - Пей. Ты проспала всего три часа, — Голос подруги звучал решительно. — Сегодня у нас план. Не время отлёживаться.
Ксения с благодарностью приняла чай. Горьковатый травяной вкус разлился по телу, прогоняя остатки оцепенения. На кухне пахло тостами и мёдом — Лиза, судя по всему, уже успела взять на себя командование бытом.
— Пока ты спала, я кое-что обдумала, — сказала Лиза, садясь напротив. — Эти «Они», о которых говорил голос. Ты сказала, что в пустом городе не было людей, но были… Ощущения? Как будто за тобой наблюдают?
— Да. Не глаза, а именно… Присутствие. - Ксения на несколько секунд задумалась, потёрла глаза руками и кивнула головой. - В нескольких местах. У того странного фонтана в центре, возле здания, похожего на старую ратушу… И в переулке за полуразрушенным кафе. Будто кто-то замер и просто ждал, пока я пройду.
— Значит, «Их» было несколько. И они были привязаны к местам. — Лиза сделала пометку в блокноте, который теперь казался их полевым журналом. - Павел и Маргарита копаются в архивах. Евгений мчится сюда. А нам нужно работать с тем, что у нас есть. - Проговорила она, закусывая губами карандаш. - То есть с твоей памятью и с этой… Связью. Но аккуратно. Без экспериментов, как он просил.
После завтрака они вернулись в комнату. Лиза предложила не медитацию в классическом понимании, а что-то вроде направленной визуализации — не погружаться в воспоминания, а выстраивать их перед собой, как карту. Ксения закрыла глаза и, стараясь дышать ровно, начала описывать пустой город, улицу за улицей. Лиза зарисовывала схему в блокноте, отмечая крестиками точки, где ощущалось чужое присутствие.
Внезапно в голове у Ксении, будто вспышка, возник яркий образ — не из сна, а как живое воспоминание: она стоит перед энергетическим Кубом в лаборатории, и её отражение в его гранях искажено, а за спиной, в глубине комнаты, стоит не Павел и не Маргарита, а несколько размытых, высоких силуэтов. И один из них медленно поднимает руку, указывая на неё.
— Они были не только в том городе! — Тихо проговорила Ксения, глядя на подругу широко раскрытыми глазами. — Они были в лаборатории в тот день. Когда я прикоснулась к Кубу. Они наблюдали. Возможно… Они всё это время наблюдали.
Тишина в комнате сгустилась, стала вязкой. Даже звук метели за окном казался приглушённым.
— Тогда «Запомни Нас» — это не предупреждение извне... — Медленно произнесла Лиза. — Это… Просьба. Или инструкция. Чтобы ты узнала их, когда встретишь.
- Но... Я не понимаю... - Проговорила Ксения, всё ещё глядя на подругу.
— Всё, хватит пассивности. - С серьёзным выражением лица, проговорила Лиза. - Мы перестаём быть мишенью в темноте. Мы начинаем понимать, с чем имеем дело.
Ксения глубоко вдохнула и сжала ладони подруги в ответ. Страх никуда не делся, но его теперь перекрывало нечто иное — холодная, ясная решимость. Двое суток до приезда Евгения. Возможно, этого времени хватит, чтобы перестать быть жертвой непонятных сил и сделать первый шаг к тому, чтобы самой задать вопросы. Лиза провела рукой по схематичной карте в блокноте, её палец замер на одном из крестиков — у полуразрушенного кафе.
— Здесь, в переулке, ты чувствовала их сильнее всего... — Констатировала она, не спрашивая. В её голосе звучала аналитическая твёрдость, которую Ксения раньше в ней не замечала. — Давай начнём с этого. Не смотреть в прошлое, а… Скажем примерить его на себя сейчас. Как будто ты стоишь там.
Девушка кивнула головой и снова закрыла глаза. На этот раз она не старалась вспомнить пустые улицы — она попыталась перенестись туда. Вдыхая запах чая и пыли комнаты, она представила сырой бетон под ногами, отслоившуюся штукатурку на стенах, холодный ветер, гуляющий в узком проходе между зданиями. И то самое чувство — плотное, безглазое внимание, исходящее из тени глухого служебного входа.
— Мне нужно вернуться туда! — Произнесла Ксения. Не в пустой город — туда она физически не могла. - В то воспоминание. Целенаправленно. Посмотреть на них. Не уворачиваться.
— Нет. Слишком рискованно. - Лиза на мгновение замерла, затем резко встряхнула головой. - Евгений говорил…
— Евгения здесь нет! — Перебила её Ксения, и в её голосе впервые зазвучала не просьба, а твёрдость. Та самая холодная решимость, что родилась минуту назад. — А у нас есть двое суток. ОБещаю, я не полезу в эксперименты с энергией. - Проговорила девушка, глядя на подругу. - Я просто… Взгляну. Как на карту. Только немного детальнее.
Они спорили ещё десять минут, но Лиза, в конце концов, сдалась. Не потому что согласилась, а потому что увидела в глазах подруги то, чего не было раньше — не отчаянную храбрость, а расчётливую волю. Жертва переставала быть жертвой.
Они подготовились. Лиза села рядом, готовая в любой момент вывести Ксению из состояния лёгким хлопком или голосом. Ксения устроилась поудобнее, положила руки на колени и закрыла глаза. На этот раз она не блуждала по улицам сна. Она чётко, как на снимке, вызвала в памяти лабораторию. Стеклянные панели, мерцающие огоньки приборов, густой запах озона и металла. И в центре — молчаливый, пульсирующий тусклым светом Куб. Она мысленно обошла его, подошла к той самой точке, где стояла тогда. И медленно, преодолевая внутренний трепет, повернула голову, чтобы посмотреть вглубь комнаты, за спину.
Силуэты всё так же были размыты, будто смотрелись сквозь мутное стекло. Высокие, неестественно вытянутые. Их было трое. Но теперь, сознательно направляя на них внимание, Ксения начала различать детали — не черты лиц, их не было, а их состояние. Один казался сгорбленным под невидимой тяжестью. Другой — замершим в порыве, будто остановленным на полпути. Третий, тот, что поднимал руку, — самый чёткий. Его жест теперь не выглядел угрожающим. Он был указующим. Не на неё. Через неё.
Ксения дернулась, как от удара током, и её веки взлетели вверх. Она дрожала мелкой дрожью.
— Что? Что было? — Тревожно спросила Лиза, сжимая её руку.
— Мост... — Прошептала Ксения, глядя в пустоту перед собой широко раскрытыми, потрясёнными глазами. — Они называют это мостом. Не меня. То, что произошло тогда, с Кубом... Они называют это «активацией моста». - Отозвалась она. - И они... Они не просто наблюдали. Они ждали у моста. Все эти годы.
За окном метель вдруг стихла, словно затаив дыхание. В комнате воцарилась гулкая тишина, в которой последние слова повисли неумолимым приговором… или приглашением. Двое суток до приезда Евгения. Теперь они знали, с чего начать свои вопросы.
— Мост? — Переспросила Лиза, её аналитический ум тут же начал раскладывать возможные значения. — Между чем и чем? Между нашим миром и… Тем пустым городом? Или между временами? Или…?
— Я не знаю. — Честно ответила Ксения, но её голос уже не дрожал. Шок сменился острейшей концентрацией. — Но они ждали. Они ждали у активированного моста. Значит, он… Работает. Или был открыт тогда, в лаборатории.
Она посмотрела на схему в блокноте Лизы, на крестик у кафе. Раньше это было просто место страха. Теперь оно обретало чудовищную логику. Если её контакт с Кубом открыл "мост", то точки присутствия в пустом городе могли быть… порталами? Выходами? Станциями наблюдения на другой стороне?
— Нам нужно больше данных! — Сказала Лиза, её пальцы снова забегали по страницам блокнота. — Пусть Павел и Маргарита ищут в архивах любые упоминания о "Кубе", "мостах", межпространственных протоколах. - Проговорила она. - Учёные того проекта что-то знали, возможно, даже планировали этот контакт. А мы…
— А мы работаем с тем, что у нас есть! — Закончила за неё Ксения. — Со мной. Но теперь мы знаем, что ищем. - Ответила она. - Не просто воспоминания. Мы ищем… Интерфейс.
Это слово повисло в воздухе, технократичное и безжалостное. Оно превращало мистический ужас в проблему, которую можно анализировать.
— Слишком опасно снова лезть в лабораторное воспоминание. — Твёрдо сказала Лиза. — Ты едва выдержала. Но пустой город… Ты говорила, он казался реальным местом. Картой. - Проговорила она. - Если эти силуэты ждали у моста, а в городе есть точки их присутствия… Может, мы можем составить схему? Не эмоциональную, а топографическую. Сопоставить точки в городе с… Чем-то здесь в реальном мире?
Идея была безумной, но в ней был стержень. Они не могли физически попасть в тот город, но они могли использовать его как чертёж. Следующие несколько часов прошли в интенсивной, почти механической работе. Ксения снова и снова погружалась в визуализацию улиц, аллей, площадей, описывая Лиза каждую деталь: материал стен, состояние асфальта, направление теней, даже температуру воздуха в разных точках. Лиза вела подробнейший протокол, зарисовывая не просто план, а нечто вроде топографической карты с пометками о "зонах присутствия". Они отмечали интенсивность ощущений, их характер — было ли это пассивное наблюдение, ожидание или что-то, напоминающее "точку доступа".
Усталость накатывала волнами, но Ксению гнала вперёд та самая холодная решимость. Она больше не бежала от своего дара и своего проклятия. Она начала им пользоваться. К вечеру карта на нескольких листах блокнота была готова. Они разложили их на полу. В центре, на площади со странным фонтаном, зияло самое сильное, самое "густое" пятно присутствия. От него, как лучи или… Как проводники, расходились линии к другим точкам — у ратуши, в переулке за кафе, у старой электростанции на окраине.
— Похоже на узлы сети... — Прошептала Лиза, водя пальцем от одного крестика к другому. — Центральный хаб и периферийные терминалы. И все они привязаны к архитектурным особенностям, к местам силы… - Девушка на минуту задумалась. - Или к местам с сильным энергетическим фоном.
Они замолчали, разглядывая плод своих трудов. Это уже была не карта кошмара. Это была схема неведомого механизма, в который Ксения нечаянно вставила ключ. Внезапно Ксению осенило. Она подняла глаза на подругу.
— Лаборатория. Где стоял Куб! - Воскликнула Ксения. - У тебя есть доступ к старой строительной документации университета? Планы коммуникаций, силовых кабелей, заземления?
— Ты думаешь, что расположение Куба было не случайным? - Лиза уставилась на неё, а потом её глаза широко раскрылись. - Что он стоял на… На узле?
— Они ждали у моста... — Повторила Ксения. — А мост должен быть привязан к чему-то с двух сторон. - Уточнила она. - Если на той стороне узлы — это точки в городе, то на этой стороне…
— Должны быть аналогичные точки! — Закончила Лиза, уже хватая ноутбук. — И лаборатория, наверняка, одна из них. Возможно, не единственная.
Ксения подошла к окну. Метель утихла, небо прояснилось, обнажив холодные, одинокие звёзды. Всего сутки до приезда Евгения. Но теперь она встречала эту мысль не как спасение, а как необходимое объединение ресурсов. Она больше не была беспомощной. У неё была гипотеза. У неё была карта.
— Ксюша... — голос Лизы прозвучал приглушённо, почти благоговейно. — Смотри.
На экране ноутбука был чертёж подвальных коммуникаций старого корпуса, где располагалась лаборатория. Сеть силовых и специальных кабелей сходилась точно под тем залом, где стоял Куб, образуя сложный узел. А от этого узла, едва заметными пунктирными линиями, уходящими далеко за пределы здания, расходились связи к другим точкам в городе — к старой водонапорной башне, к трансформаторной подстанции на окраине, к фундаменту недостроенного метромоста.
— Мост... — Прошептала Ксения, глядя на две карты — вымышленную и реальную, лежащие рядом. — Он не между мирами. Он… Словно вшит в ткань этого мира. И я его включила... И похоже я единственная, у кого имеется пропуск...