В конце 2025 года Арбитражный суд Московского округа отменил решение о привлечении бывшего генерального директора и участников компании к субсидиарной ответственности. Дело направлено на пересмотр в суд первой инстанции. Разберем, почему это произошло.
Суть спора
Кредитор (бывший супруг одного из участников) требовал взыскать с контролирующих лиц долг компании, обвиняя их в доведении до банкротства и выводе активов. Суды первой и апелляционной инстанций с кредитором согласились и взыскали сумму. Кассация с этим не согласилась.
Почему кассация не приняла выводы нижестоящих судов
Суд округа указал на несколько серьезных процессуальных упущений, которые не позволяют считать выводы обоснованными:
1. Произведена неполная и поверхностная оценка контекста. Нижестоящие суды сосредоточились на факте перечисления денег контролирующим лицам, но не исследовали должным образом экономический и правовой контекст этих операций.
Ответчики представляли документы и пояснения, что выплаты были связаны с арендой оборудования, подотчетными суммами и расчетами с контрагентами. Суды не дали этим доказательствам надлежащей оценки, просто констатировав их отсутствие в полном объеме у ответчиков.
2. Игнорирование сложных корпоративно-семейных отношений. Это ключевой момент. Дело осложнено параллельным бракоразводным процессом между кредитором и одной из привлекаемых к ответственности участниц.
В рамках этого спора решается вопрос о разделе совместно нажитого имущества, куда входит и доля в уставном капитале должника, и сама спорная дебиторская задолженность. Кассация прямо указала: результаты того дела имеют существенное значение. Они могут повлиять на определение круга контролирующих лиц и самой правовой природы взаимоотношений.
3. Отсутствие анализа реального контроля и причинно-следственной связи. Суд округа напомнил базовый принцип: для привлечения к субсидиарной ответственности нужно доказать не просто статус, а фактическую возможность определять действия должника и конкретные неправомерные действия, которые привели к банкротству.
Нижестоящие суды этого детального анализа не провели. Например, не было оценки, насколько значимым было влияние каждого из лиц, как именно их решения причинно связаны с невозможностью расплатиться с долгом.
4. Неучет специфики бизнес-модели. Ответчики указывали, что компания работала по договорам субфранчайзинга, а поставки сырья контролировались самим кредитором через аффилированное лицо. Эти доводы, которые могли повлиять на оценку финансового состояния и причин долга, также не получили оценки.
Что это дает контролирующим лицам и их защите
Это постановление — сильный аргумент в копилку защиты. Оно подтверждает, что:
- Формальной констатации выплат недостаточно. Нужно доказывать их неправомерность и причинно-следственную связь с банкротством.
- Контекст решает всё. Суд обязан исследовать все обстоятельства: семейные отношения, специфику бизнеса, отношения с контрагентами.
- Защита должна настаивать на детальном анализе. Можно и нужно требовать от суда первой инстанции установить: Кто конкретно и когда принимал ключевые решения? Какие были альтернативы? Привела ли конкретная операция к ухудшению положения кредитора?
Главный вывод
Кассация не оправдала ответчиков, но дала им второй шанс на справедливое рассмотрение. Она потребовала от суда первой инстанции провести глубокую, а не поверхностную юридическую работу. Для кредиторов это сигнал, что требования о субсидиарке должны быть подкреплены не набором фактов, а выстроенной цепочкой доказательств вины каждого.
Дело показывает, что даже проигрыш в двух инстанциях — не финал. Качественная правовая позиция, нацеленная на выявление судебных ошибок, может переломить ход дела.
Дело № А41-7183/2024