Ночь не наступила — она обрушилась.
Туман сгустился так плотно, что свет прожекторов казался мутным пятном, размазанным по воздуху. Лагерь исчезал, растворяясь в серой массе, и в этом было что-то пугающе обнадеживающее.
Антошка вывалился из трубы первым. Он упал в мокрую траву, не чувствуя ни холода, ни боли. Сердце колотилось так, будто хотело вырваться наружу. Он оглянулся — Ольга показалась следом, тяжело, неловко, но самостоятельно.
— Тише, — прошептал он, помогая ей подняться.
Где-то за спиной хлопнула дверь. Голоса. Немецкая речь резала слух. Николай кричал — нарочно громко, грубо, будто пьяный. Антошка понял: он делает своё дело.
Они пошли, пригибаясь, почти на ощупь. Земля под ногами была мягкой, размокшей, каждый шаг грозил выдать их хлюпаньем. Антошка вёл вправо, туда, где по словам Семёна начинался лес.
Луч прожектора прошёлся по туману совсем рядом. Антошка замер, прижав Ольгу к себе. Она дрожала — не от холода, от напряжения. Он чувствовал это каждой клеткой.
— Дыши со мной, — прошептал он ей в ухо. — Медленно.
Они переждали. Луч ушёл. Впереди показалась тень деревьев.
Выстрел разорвал ночь.
Пуля ушла в сторону, но звук был оглушительным. За ним — крик, лай собак. Лагерь проснулся окончательно.
— Беги, — сказал Антошка. — Теперь уже беги.
Лес встретил их темнотой и корнями под ногами. Ветки били по лицу, цеплялись за одежду. Антошка слышал за спиной топот, крики, команды. Немцы шли не строем — яростно.
Ольга споткнулась на поваленном стволе. Антошка успел подхватить её, но сам рухнул рядом. В груди резануло болью, дыхание сбилось.
— Я не могу, — прошептала она. — Прости…
Он посмотрел на неё и вдруг понял: выбора нет. Он поднял её, как мог, перекинул руку через плечо.
— Можешь, — сказал он хрипло. — Мы уже почти.
Собаки были близко. Их лай резал слух, как нож. Антошка слышал, как ломаются ветки, как кто-то падает, ругается.
Ещё один выстрел. Пуля ударила в дерево рядом, щепки посыпались на лицо. Ольга вскрикнула и снова споткнулась.
Антошка остановился.
Это было мгновение — короткое и бесконечное. Он мог бежать дальше. Лес был рядом, тьма спасала. Он мог оставить её здесь, как она просила.
Он развернулся и поднял её на руки.
Ноги подкашивались, дыхание рвалось, но он шёл. Каждый шаг отдавался болью в спине, в груди, в голове. Он не думал. Мысли закончились.
Где-то позади раздался приказ. Потом ещё один. Шаги замедлились.
Лес внезапно стал гуще. Тропинка исчезла. Антошка сделал ещё несколько шагов — и упал.
Тишина накрыла их неожиданно. Лай отдалился. Крики стали глухими, будто ушли под землю.
Антошка лежал, прижимая Ольгу к себе. Он не знал, сколько прошло времени — минуты или часы. В ушах звенело.
— Мы… — прошептала она. — Мы живы?
Он прислушался. Только ветер в ветках. Только его дыхание.
— Пока да, — ответил он, повторяя её слова.
Ночь держала их в своих руках, холодных и тёмных. Но где-то впереди, за деревьями, начиналось утро.
Подписывайся на канал 🍀 если рассказ понравился ставь лайк 👍