Бюджет РФ недополучает сотни миллиардов рублей в месяц от сокращения нефтяных доходов. Немудрено — цена на Urals остается рекордно низкой на уровне 35-40 долл./барр. Рост главного налога добывающей отрасли, НДПИ, мог бы помочь казне сократить дефицит, но российская нефть для многих «токсична».
Елена Петрова, Татьяна Свиридова
Российской нефти нужно завершение конфликта на Украине
Российская нефтяная отрасль перестает быть надежной опорой бюджета. Последние данные о ценах и проданных объемах на мировых площадках больше напоминают «черных лебедей», чем рапорт об успешном преодолении новых санкций. В декабре 2025 года отгрузка жидких углеводородов отставала от прошлогодних. Добыча также сокращалась в январе с привычных 455 тыс. тонн в сутки до 280 тыс. за первую половину месяца. Декабрьская цена на российскую нефть, по данным Argus, составила 35,6 долл./барр.
Это не могло не сказаться на доходах отечественного бюджета. В 2025 году он потерял 2 трлн 650 млрд рублей от снижения цен на нефть. Особенно заметно падение дополнительных нефтегазовых доходов. В 2025-м казна получила чуть больше 84 млрд рублей против 1,3 трлн. За два зимних месяца Минфин ожидает минус под 400 млрд рублей.
Однако от такого падения цен и объемов страдают не только и не столько нефтяные компании, сколько российский бюджет, говорит ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, эксперт Финансового университета при Правительстве РФ Игорь Юшков.
«Бюджет определяет налоговую базу НДПИ по цене в российских портах»
— Почему при падении цен на нефть бюджет страдает больше, чем сами компании?
— После новых санкций экспорт пошел через дополнительных посредников, которые позволяют потребителям покупать нефть не у подсанкционных компаний, а у посредников, но им тоже надо платить. Поэтому и возникает разница между Brent и Urals. Когда мы говорим о разнице, это же в российском порту. Когда он доходит до Китая или Индии, там разница те самые пара долларов.
Это и есть дополнительные издержки — надо много платить посредникам, надо много платить перевозчикам и страховым компаниям, которые страхуют перевозку морским транспортом, потому что это опасно. Украинские дроны бьют. Все это выливается в подорожание логистики.
Страдают даже не компании, а страдает бюджет, потому что он учитывает низкую цену при загрузке, от нее высчитывается размер налога на добычу полезных ископаемых. Соответственно, чем ниже цена, тем меньше налог. Компании в этом плане меньше страдают, чем государство.
— Зачем тогда платить демпфер и обратный акциз?
— Сейчас вышли данные Минфина — выплаты по демпферу уменьшились в два раза по сравнению с 2024 годом. Как он высчитывается? Берут цену на нефтепродукты в Европе, несмотря на то что мы туда уже ничего не поставляем, и сравнивают их с индикативной ценой на топливо, которую раз в год устанавливает государство. Чем меньше эта разница, тем меньше выплаты. Так как цены на нефтепродукты на мировом рынке в 2025 году снизились, получается, и выплаты упали в два раза.
«Если обеспечить безопасность танкеров, мы вернемся к дисконту в 15 долл./барр.»
— Мировые цены на нефть упали, но российская нефть подешевела еще быстрее. В чем причина?
— К концу года были введены санкции против «Роснефти» и «Лукойла», и одновременно Украина стала атаковать танкеры с российской нефтью. Из-за санкций нужно было удлинять цепочки поставщиков, посредников, чтобы конечный покупатель не касался токсичной российской компании. Этим посредникам нужно платить.
Все перестраивается, доплаты посредникам привели к увеличению разрыва в цене между сортами Brent и Urals. Плюс удары по танкерам, все это привело к тому, что и без того дорогие услуги по перевозке нефти теневым флотом стали еще дороже. И страхование стало еще дороже. Вкупе все привело к тому, что разрыв увеличился более чем до 20 долл./барр. И 25 долларов уже мелькало.
— Как изменилась скидка за последние полгода?
— К началу 2025 года дисконт составлял 12-13 долл./барр. И большую часть прошлого года он не превышал 12-13 долл./барр. А тут больше, чем 20, до 25 долларов ушло к концу года. Но это динамическая величина. Если обеспечить безопасность танкеров, мы снова вернемся к значениям дисконта ниже 20 долларов, придем опять к 15, даже при сохранении всех санкций и продолжении украинского конфликта, все равно к 15 долларам вернемся.
— Минфин заложил на 2026 год цену на нефть 59 долл./барр. Рынки такого оптимизма не разделяют. Министр Силуанов ошибся?
— Если украинский конфликт закончится, будет существенно сокращаться разница цен между Brent и Urals, что принесет существенные дополнительные доходы бюджету. Сейчас разница больше 20 долларов. Уйдет некая токсичность из российской нефти, и она вернется к той разнице, которая была до 2022 года, примерно 1-2 доллара. При цене 62-64 долл./барр. Brent наша будет около 60, и мы вполне будем укладываться в параметры бюджета. В бюджете на 2026 год заложена цена 59 долл./барр.
Сейчас это выглядит очень оптимистично, сейчас наша нефть торгуется в диапазоне 35-40 долл./барр. Если конфликт закончится и токсичность уйдет, мы вернемся к прежним параметрам разницы в пару долларов, мы придем к параметру 59 долларов, который заложен в бюджете на текущий год. Даже без снятия санкций, если потолок цены останется, при цене нефти 65 долларов мы будем около 60.
«Давайте притормозим отгрузку танкеров в Китай и выбьем дополнительную скидку»
— На фоне Венесуэлы появились сообщения, что Канада ведет переговоры с Китаем о поставках. Насколько это опасно для России?
— Россия как была, так и остается крупнейшим поставщиком нефти в Китай. Конечно, китайцы периодически запускают слухи, что ищут у кого-то другую нефть. Или говорят: давайте притормозим отгрузку парочки танкеров, чтобы напугать РФ, мы все тут испугались санкций, а заодно выбьем дополнительную скидку. Это постоянно происходит.
Индия то же самое делает, говорит, что они боятся американских повышенных пошлин. Говорит, дайте нам скидку, есть риски, надо закрыть их скидкой. Конечно, любой покупатель хочет дешевле, любой продавец хочет дороже. Но, по статистике, как мы поставляли больше всех в мире в Китай, так и поставляем. Какой смысл Китаю заменять нефть, которая идет со скидкой, на ту, которая идет без скидки? Никто на Китай не давит, торговую блокаду не устраивает. Санкции какие-то — что, против Китая кто-то большие санкции вводит? Какой смысл менять российскую нефть на канадскую?
— Если не сбыт, то в чем тогда наша проблема?
У нас проблема не в том, что санкции ввели, а в том, что в мире любая нефть сейчас стоит дешево. В 2024 году она колебалась от 70 до 80 долл./барр. А в 2025-м — в диапазоне 60-65 долларов. Всплеск был только тогда, когда Иран бомбили, цены поднимались. Вся нефть в мире стоит дешево, в этом основная проблема. В 2022 году скидка на нашу нефть была больше 30 долларов на каждый баррель, 34-35. Сейчас больше 20. Почему мы не замечали это в 2022-м, проблему не видели? Потому что нефть стоила больше 100 долларов. А сейчас нефть стоит дешево, и мы никак не можем повлиять на эту проблему.
«ОПЕК+ и Трамп понижают мировые котировки на нефть»
— Как другие мировые игроки влияют на цены?
— ОПЕК в 2025 году начал наращивать добычу и продолжит это в 2026-м. Пока ОПЕК+ взял паузу на первый квартал, не увеличивает добычу, а что будет с апреля — большой вопрос. Я думаю, что если цена на Brent будет ниже 60 долларов, то ОПЕК+ будет брать паузу и дальше. Будут смотреть помесячно.
Если цены будут выше 60 долл./барр., то ОПЕК вполне может увеличивать квоту ежемесячно. Это оставит доходы в российский бюджет на низком уровне. Еще больше снижения вряд ли мы увидим при нынешней картине. Как в конце года было, так такие объемы доходов и будут от нефтегазового комплекса.
Второе — потребление на мировом рынке. В апреле Трамп объявил день освобождения, взял и ввел пошлины против всего мира, вместе взятого. И начал кучу торговых войн. Я думаю, что и в 2026 году продолжение этих торговых войн, некая нестабильность в мировой торговле тоже будут сдерживать объем потребления.
«Для бюджета нефть важнее газа»
— Что больше влияет на падение бюджетных доходов — нефть или газ?
— Когда мы говорим про нефтегазовые доходы, радикально большая часть — это нефть. Она всегда была гораздо более маржинальным товаром. В основном это все налог на добычу полезных ископаемых на нефть. Поэтому нефть — гораздо более важный товар, чем газ. От цены на нефть будет зависеть «добор» или недобор в бюджет.
— Если цены будут падать, будет ли нефтянка сокращать добычу?
— Я думаю, нет. Если цены упадут ниже 30 долл./барр., первый, кто сократит добычу, — США. Им проще всего это сделать. У них такая специфика нефтяной индустрии, что они быстро могут маневрировать объемами. В России это не так работает. У нас, как только падают цены, сокращаются налоги. Компании сколько зарабатывали, столько и зарабатывают. Сокращение цен влияет на отчисления в бюджет. Он выигрывает или проигрывает, в зависимости от колебания цен.
---