Предыдущая часть:
Филипп не верил своим ушам, растерянно моргая и пытаясь осмыслить её слова. "Да что с ней такое? Будто подменили, в жизни так со мной не разговаривала", — подумал он, глядя на жену. Хотел ответить резко, чтобы поставить на место, показать, кто главный в семье, но в последний момент передумал, решив отложить разборки. "Ладно, посмотрим, продам корову, заберу деньги, тогда и поговорю с ней по-другому, чтоб впредь неповадно было", — решил он про себя.
— Ладно, посмотрим, — буркнул Филипп, отходя в сторону. — Но будет лучше, если он уйдёт поскорее, скоро покупатель придёт, и не хочется, чтобы этот бродяга своим видом всё испортил, я всё-таки собирался выгодно продать корову, не забывай, мне очень, повторяю, очень нужны эти деньги для дела.
Вдруг раздался мужской голос, и в проёме двери появился незнакомец.
— Боюсь, молодой человек, вашей сделке не суждено состояться, — сказал он спокойно, входя в хлев.
Виктория смотрела на вошедшего с нескрываемым удивлением. Высокий шатен в простой рабочей одежде прошёл мимо них с Филиппом, потрепал Василия по голове и принялся внимательно осматривать Звёздочку, ощупывая её бока.
— Вы кто такой? — наконец обрела дар речи Виктория, подходя ближе и пытаясь понять, что происходит.
Мужчина не отвлёкся от осмотра животного, но ответил сразу.
— Иван, поселковый ветеринар, помогаю здесь с животными, — представился он, продолжая проверять корову.
Филипп развязно поинтересовался, подходя ближе и толкая Ивана плечом.
— Слышь, ветеринар, тебя кто звал? Это наши дела, вали отсюда, пока цел, — буркнул он, пытаясь оттеснить ветеринара.
Иван выпрямился и посмотрел на него спокойно.
— Инна Николаевна ещё неделю назад попросила присмотреть за Звёздочкой, думала, перестраховывается, а оказалось, не зря беспокоилась, корова странно себя вела, вот и решил заглянуть сегодня, — объяснил он, возвращаясь к осмотру.
Виктория почувствовала, как внутри похолодело, и инстинктивно шагнула к корове, обнимая её за шею.
— Неужели Звёздочка заболела? Что с ней не так? — спросила она, гладя корову по морде и глядя на Ивана с тревогой.
Филипп хохотнул, наслаждаясь своей ролью хозяина, и отмахнулся.
— Ну, понаблюдал и хватит, мы её всё равно продаём, завтра из неё уже котлеты делать будут, какая разница, здорова она или нет, — сказал он, скаля зубы.
Иван смерил его тяжёлым взглядом и повернулся к Виктории.
— Зря вы так, корова для убоя не годится, — произнёс он твёрдо, подходя ближе к хозяйке.
Виктория кивнула, подтверждая, что она хозяйка, и ждала объяснений.
— Неделю назад ваша соседка попросила посмотреть, говорила, корова странная стала, я осмотрел, и оказалось, она стельная, отсюда все изменения в поведении, — пояснил Иван, указывая на живот коровы.
Филипп не понял сразу и переспросил.
— Это что значит стельная? Что за ерунда? — спросил он, хмурясь и подходя ближе.
Иван объяснил, как маленькому, не скрывая иронии.
— Это значит, у неё будет телёнок, она беременна, скоро родит, и резать её нельзя, — сказал он, глядя на Филиппа.
Филипп облегчённо выдохнул и рассмеялся.
— Тьфу, напугал… Ну и что? Мяса меньше не станет, всё равно продадим, покупатель не передумает, — заявил он, потирая руки.
Виктория с ужасом смотрела на мужа, не понимая, как раньше не замечала его жестокости.
— В целом, вы, конечно, правы, — обратился ветеринар к Филиппу, но с ноткой укора. — Но есть ведь ещё и моральные нормы, неужели поднимется рука зарезать животное, которое носит под сердцем телёнка? Это же живое существо, подумайте о последствиях.
Филипп нервно сглотнул, понимая, что Виктория такого не простит, но страх перед отцом пересиливал.
— А мне что? Не мне же её резать, кто прирежет, на том и ответственность, я просто продавец, — заявил он, напустив на себя независимый вид.
Виктория заметила, как Иван сжал кулаки, и поспешила вмешаться.
— Ты ведёшь себя хуже животного, совесть совсем потерял, — произнесла она резко, прерывая мужа и вставая между ним и ветеринаром.
Виктория едва не задохнулась от собственной смелости, а Филипп почувствовал, будто жена дала ему пощёчину при всех. Самое обидное, что она имела на это право, но он привык, что она всегда уступает, и теперь не знал, как реагировать. Его вернул к реальности голос ветеринара.
— Жаль вас разочаровывать, но корова для убоя не годится, и дело не только в телёнке, у неё редкий вирус, для человека в уходе он не опасен, но мясо и молоко употреблять нельзя, нужно длительное лечение, потом несколько недель наблюдения, в общем, карантин на几个月, — объяснил Иван, пожимая плечами.
Филипп в бешенстве заорал, подходя вплотную.
— Какие несколько месяцев? У меня нет даже нескольких дней, деньги нужны сегодня, срочно, ты понимаешь? — кричал он, размахивая руками.
Ветеринар развёл руками и посмотрел на него спокойно.
— Моё дело предупредить, но если город охватит эпидемия и начнётся следствие, ваш покупатель не станет рисковать и укажет, у кого взял больное животное, а я подтвержу, что предупреждал, в любом случае штраф будет приличный, ну а в худшем — ответите за умышленное покушение на здоровье людей, — добавил он, не повышая голоса.
Иван на самом деле блефовал — Звёздочка была здорова, этот спектакль он разыграл по просьбе Инны Николаевны, которая примчалась расстроенная, рассказала о планах мужа Виктории и попросила спасти корову. Филипп, выросший в городе и ничего не смысливший в болезнях скота, поверил всему и понял одно: сделка сорвалась, планы рухнули. Виктория, в отличие от мужа, раскусила Ивана сразу, но виду не подала, она была благодарна за спасение и поймала себя на мысли, что смотрит на ветеринара как на привлекательного мужчину. А он тоже поглядывал на неё неравнодушно. Но Виктория одёрнула себя: "Хватит, нечего глазки строить, ты замужем, каким бы Филипп ни был, он твой муж".
— Он ещё вернётся, — уверенно сказал Иван, глядя вслед Филиппу, который ушёл в дом, хлопнув дверью.
Виктория с сомнением посмотрела на ветеринара.
— Думаете, вы были настолько убедительны? Он упрямый, может не отступить, — сказала она, усаживая Василия на сено.
Иван усмехнулся и присел рядом.
— Поверьте моему опыту, такие люди по-хорошему ничего не понимают, но когда поймут, что рискуют всем, то передумают, дайте ему время остыть, — ответил он, поглаживая Пушка.
Когда приступ отчаяния прошёл, Филипп решил не отказываться от идеи продать корову. Он прикинул, что даже если эпидемия начнётся, вряд ли её свяжут с одной животиной, "не одну же Звёздочку там резать будут", — успокоил он себя и, жадный до денег, придумал похитить корову ночью. Филипп дождался, когда все заснут, и крадучись направился к хлеву. Бесшумно открыл дверь, вошёл внутрь, но ноги заскользили, и он рухнул на пол. При падении зацепил вёдра с водой, стоявшие на пути, и поранил руку. От боли и страха он заорал на всю деревню.
Вскоре около хлева собрались Виктория с Василием, Инна Николаевна и Иван. Пока ветеринар обрабатывал стонущему Филиппу руку, женщины переглядывались и еле сдерживали смех — грабитель угодил в ловушку, расставленную Иваном: рассыпанный горох и вёдра с водой остановили вора и спасли Звёздочку.
Пришлось Филиппу остаться в Матвеевке на ночь — последний автобус ушёл, а идти пешком с больной рукой он не хотел. Засыпал он с тяжёлым сердцем, сделка сорвалась окончательно, покупатель на звонки не отвечал. А в городе тем временем накалялись страсти. Оксана, любовница Филиппа, эффектная и решительная женщина, не дождавшись от него вестей, всерьёз забеспокоилась. По большому счёту, он ей был не нужен, она уже хотела порвать, но когда он рассказал о наследстве жены, она увидела выгоду.
Как менеджер кредитного отдела крупного банка, Оксана быстро просчитала, как на этом заработать, и, зная его жадность, втянула в аферу. На свидании она как бы невзначай сообщила, что банк выкупил землю в чистом районе и начинает строить элитные коттеджи.
— А мне это для чего? — грубовато ответил Филипп тогда, хмурясь. — У меня голова о другом болит, долги висят, где денег взять, непонятно.
Оксана небрежно бросила, подливая вина.
— Ой, нашёл проблему, отдай в залог машину и покрой долги, а потом выкупишь, просто и быстро, — предложила она.
Филипп уставился на неё.
— С ума сошла, это подарок отца, он меня убьёт, если узнает, — возразил он, отставляя стакан.
Оксана улыбнулась и продолжила.
— Да я же не предлагаю продавать, просто заложи временно, а деньги на выкуп возьмёшь от продажи наследства жены, сам говорил, она послушная, проблем не будет, тебе хватит не только на машину, но и в коттедж вложить, представь, как заживём, — уговаривала она, беря его за руку.
Увидев, как загорелись его глаза, она посвятила в план: продать дом и корову, она добавит свои сбережения, инвестируют в строительство, потом он разведётся и женится на ней, будут жить в новом посёлке. Но Оксана обманула — никакого строительства не было, сбережений она не собиралась вкладывать, планировала обобрать его и других простаков, клюнувших на предложение, и уехать за границу. Через сутки без вестей Оксана решила ехать в Матвеевку, разобраться на месте, не упускать деньги.
Взяла такси и через сорок минут вышла у дома Виктории. Чтобы не вызвать подозрений, представилась коллегой мужа.
— Он не вышел на работу, на звонки не отвечает, шеф отправил меня выяснить, что случилось, может, помощь нужна, — соврала она не моргнув глазом, поправляя сумку.
Виктория поверила и радушно пригласила.
— Ой, да что ж мы во дворе стоим? Заходите в дом, я как раз чай заварила, — сказала она, пропуская гостью вперёд.
По дороге Виктория рассказала, что Филипп поранил руку, почти не спал ночью, и возвращаться в город не смог.
Оксана для приличия посокрушалась, посоветовала взять справку в местной больнице, чтобы не уволили за прогулы, и поинтересовалась.
— А где он сейчас? Может, подождать его, чтобы вместе вернуться? — спросила она, оглядывая комнату.
Виктория налила чай и ответила.
— Так как раз и ушёл в поселковую больницу за справкой, должен скоро вернуться, посидите, если не торопитесь, — предложила она, ставя чашку перед гостьей.
Оксана окинула комнату изучающим взглядом — типичный деревенский быт вызывал у неё презрение, которое она скрывала. Её внимание привлекла фотография на комоде в красивой рамке.
— Можно посмотреть? — спросила она разрешения у хозяйки, беря снимок в руки. — Это ваша мама? Какая красивая женщина.
Виктория кивнула и опустила голову, боль от утраты ещё не утихла.
— Да, ей там немногим больше, чем мне сейчас, снимок старый, но дорогой, — ответила она тихо, помешивая чай.
Оксана присмотрелась: фото сделано у городской администрации, а рядом с простой дояркой стоял известный бизнесмен, только молодым. Вдруг до неё дошло, что Виктория могла быть внебрачной дочерью магната. "А это значит, домик с коровой — ширма, на самом деле у неё деньги водятся, и мы можем эту мышку неплохо обобрать", — пронеслось в голове. Поведение Оксаны изменилось: из холодной коллеги она превратилась в душевную подругу.
— Какая красавица была ваша мама, просто загляденье, и вы на неё похожи, такая же добрая, наверное, — произнесла она с сочувствием, ставя фото обратно. — Сочувствую вашей утрате, тяжело терять близких, но жизнь продолжается, нужно держаться.
От слов восхищения и сочувствия Оксана перешла к уговорам.
— Знаете, Виктория, банк, с которым сотрудничает наша фирма, с прошлого года оформляет страховки на недвижимость, так что могу посодействовать с вашим домом, это выгодно, особенно в деревне, где риски выше, но потребуется ваше личное присутствие в городе, давайте съездим вместе, оформим быстро, — уговаривала она, беря Викторию за руку.
Виктория вежливо ответила, не желая обижать гостью.
— Я подумаю, спасибо за предложение, звучит разумно, но нужно обсудить с Филиппом, когда вернётся, — сказала она, отпивая чай.
Их беседу прервало появление во дворе Филиппа в сопровождении Ивана. Оксана, заметив любовника, сразу заторопилась уйти, чтобы не вызвать подозрений.
— Виктория, я, пожалуй, оставлю вас наедине, нужно с Филиппом пообщаться по работе, всё-таки я здесь с деловым визитом, не хочу мешать вашим семейным делам, — произнесла она, смущённо улыбаясь и поправляя сумку на плече, давая понять, что они с мужем Виктории просто подневольные люди, вынужденные решать служебные вопросы даже в выходные.
Иван внимательно наблюдал за встречей Филиппа и этой красивой незнакомки. То, как мужчина обращался к ней по имени — Оксана, — Ивану сразу не понравилось, вызвало настороженность. "Ничего не скажешь, красивая, но холодная, и взгляд такой, будто сканирует всё вокруг, оценивает", — размышлял он, разглядывая женщину, и отметил, как Филипп изменился в лице, едва увидев её, и как торопливо отвёл в сторону, даже не подумав представить остальным.
Иван на беду Филиппа оказался не простым сельским ветеринаром. За его плечами была успешная учёба с красным дипломом в Санкт-Петербургской медицинской академии, годы практики хирургом в областной клинике, десятки операций и спасённых жизней. Но однажды на его столе умер пациент — не по вине врача, а из-за поломки оборудования, которое недавно закупило руководство. Прокуратура завела дело, и в ходе расследования вскрылись грубые нарушения: вместо качественных оригинальных приборов купили дешёвые подделки. Главврач и причастные сели в тюрьму на разные сроки.
Продолжение :