Кто виноват в Берлинских кризисах

Ранее на канале я уже писал о непростой истории сосуществования ФРГ и ГДР. Как мог видеть читатель, инициатива в выборе разных путей, а также демонстрация невозможности взаимовыгодного сосуществования во многом исходила как раз именно с западной части бывшей единой Германии. Отмечалось, что ущерб, нанесенный ГДР в период существования открытой гра­ницы с Западным Берлином, сильно тормозил развитие ГДР. Если бы ГДР не несла таких больших потерь, то темпы ее экономического раз­вития могли бы быть, по мнению профессора Апеля, намного выше, чем в ФРГ. Но и это было еще не все. Я не являюсь сторонником теории охранительства и не склонен везде видеть попытки совершать оранжевые революции, однако в случае с ФРГ и ГДР первая действительна была не прочь навести смуту во второй. Подробнее об этом ниже.

Берлинский кризис после смерти Сталина

Как я уже отмечал, Западный Берлин стал центром подготовки шпионажа и диверсий против ГДР. Удобное время для дестабилизации обстановки нашлось в 1953, после смерти руководителя СССР Иосифа Сталина. Летом 1953 г. спецслужбы США и ФРГ задумали устроить в Восточной Германии если не «оранжевую» революцию, то как минимум серьезно подорвать авторитет СССР и лояльного ему правительства. В Берлине, Магде­бурге, Лейпциге и других городах ГДР готовились забастовки, намеча­лось даже «создание контрправительства, которое в случае удачи путча должно было обратиться за помощью к западным державам». 12 июня 1953 г. в Западной Германии была разрешена массовая скупка акций экспроприированных в ГДР предприятий.

Демонстрация у пункта пропуска в западную зону оккупации. Из открытых источников

Уже 13 июня по указанию главы американской разведки А. Далле­са, «случайно» оказавшегося в Западном Берлине, американская радиостанция разработала специальную «аргументацию радиопередач на случай беспорядков в Восточном Берлине». Начиная с полуночи 16 июня, она непрерыв­но передавала инструкции и указания агентам, а также распространя­ла ложные сообщения, поощряя провокации и призывая к открытому мятежу.

В ночь с 16 на 17 июня радиостанция американского сектора начала передавать при­зывы к организации всеобщей забастовки в ГДР. Пограничная охрана ФРГ была приведена в состояние повышенной боеготовности. Амери­канские танковые подразделения заняли исходные районы в Баварии, по всей границе с ГДР. На территорию ГДР было введено большое ко­личество сотрудников спецслужб, в том числе и вооруженных.

17 июня 1953 г. в Берлине и других городах многие промышленные предприятия прекратили работу. Начались уличные демонстрации. Западногерманские власти предоставляли транспорт для переброски демонстрантов. Они входили на территорию Восточного Берлина ко­лоннами до 500—600 человек. Использовались даже специальные аме­риканские военные звуковещательные машины.

В ходе манифестаций особую активность проявляли специально подготовленные группы, которые оперативно управлялись из Запад­ного Берлина. У демонстрантов появились политические лозунги: свержение правительства и ликвидация правящей партии.

Были организованы погромы партийных учреждений, осквернение партийных и государственных символов. Толпа расправилась с не­которыми функционерами партийного и государственного аппарата, активистами рабочего движения. В ходе уличных беспорядков име­ли место поджоги и мародерство, а также нападения на полицейские участки и тюрьмы. В Галле из заключения была освобождена бывшая комендантша нацистского лагеря Э. Дорн. Американцы и англичане стягивали свои войска к границам ГДР. Американские военные транс­портные самолеты С-47 летали в район Берлина и сбрасывали листов­ки и оружие на территорию ГДР.

Волнения в Восточном Берлине, июнь 1953 года. Из открытых источников

Организаторам июньского выступления не удалось добиться глав­ной цели — забастовки и демонстрации не переросли в восстание про­тив правящего режима. Основная масса населения дистанцировалась от политических лозунгов, выдвигая лишь экономические требования (снижение цен и рабочих норм).

На многих предприятиях СЕПГ удалось оперативно организовать вооруженную охрану, которая с июля 1953 г. существовала как «боевые дружины рабочего класса». Однако решающую роль сыграла твердая позиция СССР. Для подавления мятежа в Германию прибыл Л.П. Бе­рия. По его приказанию на улицы Берлина, Лейпцига, Дрездена и дру­гих городов были выведены советские танки.На этом стоить остановиться подробнее.

И снова Т-34 на улицах Берлина

В Берлин вошли части 12-й гвардейской танковой, 14-й гвардейской механизированной и 1-й механизированной дивизий. Вот как описывает эти события Михаил Барятинский: «В Берлине и ряде других городов ГДР было введено осадное поло­жение. Да, действительно, 17 июня 1953 года в Берли­не по демонстрантам был открыт огонь. Расстреляли демонстрации и в некоторых других городах, например, Дрездене, Лейпциге, Магдебурге, Герлице и т.д., при­чем везде особенно преуспели в этом немецкие полицейские. Со­ветские танки, в основном Т-34-­85, использовались, как правило, в качестве средства устрашения.

Вот как описывал появление со­ветских танков на улицах Берлина и реакцию на них населения кор­респондент «Правды» П.В. На­умов, который 16 и 17 июня на­ходился в самой гуще событий: «Советские войска появились рано утром 17 июня. Сначала они разъ­езжали по улицам, не препятствуя движению колонн. Демонстранты поначалу их встречали только сви­стом и ревом, а когда страсти разгорелись, посыпались оскорбления. Я неоднократно слышал: «русские свиньи», «обезьяны». Рассказывали, что в отдельных случаях демон­странты набрасывались на совет­ские грузовики с солдатами и даже танки. В некоторых местах в со­ветских солдат летели камни».

В некоторых местах демон­странты запели старый импер­ский гимн «Дойчланд юбер аллес». В районе Францозишеш- трассе и Егерштрассе в брони­рованные машины полетели не только камни, но и бутылки с бензином. Наиболее радикализи­рованные демонстранты, среди которых преобладала, кстати, за­падноберлинская молодежь, ста­ли забираться на танки, ломать антенны и заливать смотровые щели бензином. Танкисты вы­нуждены были открыть огонь.

Восточный Берлин, 17 июня 1953 года. Из открытых источников

Согласно донесению совет­ского военного командования от 20 июня 1953 года, было убито 33 и ранено 132 «бунтовщика», в то время как «среди сторонников демократической власти, представителей партии и правитель­ства убитых 17 человек, ранены 166 человек». О потерях в совет­ских войсках ничего не сообща­ется. Потери и ранения, конечно, были, но, как всегда, о них пред­почли промолчать.

Любопытно отметить, что в до­несениях аппарата Верховного комиссара США в Германии в Вашингтон указывалось, что не­которые демонстранты выражали признательность и даже благо­дарность советским солдатам за крайнюю сдержанность в приме­нении силы и отсутствие случаев стрельбы на поражение в толпу. Более того, согласно слухам, на которые до сих пор ссылаются не­которые источники, до 40 солдат Советской армии, отказавшихся стрелять по демонстрантам, были расстреляны. В частности, на па­мятном камне в Берлине-Целендорфе высечена такая надпись: «Русским офицерам и солдатам, которые должны были умереть, потому что отказались стрелять в борцов за свободу 17 июня».

Не очень-то тянет на «русские залили улицы Берлина кровью свободолюбивых немцев», не так ли? Но западные СМИ описывали это все именно так, да и сейчас события преподносятся в таком ключе.

26 июня в районах Восточного Берлина — Кепенек, Мите и Фри­дрихсхайн были организованы демонстрации немецких рабочих, слу­жащих и молодежи в поддержку действий советских войск.

К 1 июля 1953 г. обстановка в целом нормализовалась. В Берлине было снято военное положение. Советские части покинули немецкие города и населенные пункты и приступили к плановой боевой подго­товке.

Кстати, в 1954 г. был упразднен статус оккупации, с советских войск этот статус, соответственно, был также снят. Контроль Верховного комис­сара СССР в Германии над деятельностью органов государственной власти на востоке Германии был прекращен. Правовые основы пребы­вания советских войск определялись Договором между ГДР и СССР от 20 сентября 1955 г. Также в результате межправительственных переговоров в августе 1953 г. в Москве Советский Союз освободил ГДР от уплаты оставшихся 2,5 млрд долларов репараций, передал последние 33 предприятия, на­ходившиеся под советским управлением. Кроме того, советской сто­роной был предоставлен кредит и осуществлены дополнительные по­ставки товаров.

Т-34-85 на улицах Берлина. Из открытых источников

Следующий кризис не за горами

Но капстраны упорно желали идти по пути эскалации. У А.Широкрада находим: «С 1954 г. США начали доставку тактического ядерного оружия в ФРГ. Первыми были доставлены 280-мм пушки М-65, специально сконструированные для стрельбы ядерным зарядом. Почти одновре менно в Германию прибыли и неуправляемые ракеты «Онест Джон» с ядерными боевыми частями.

В 1955— 1956 гг. в ФРГ были размещены баллистические оперативно­тактические ракеты «Капрал» с дальностью стрельбы около 150 км. А в 1957 г. начались поставки 203-мм снарядов с ядерными боевыми частя­ми, гаубиц М.2 и других систем. В 1958 г. в ФРГ был переброшен пер­вый дивизион баллистических ракет «Редстоун» с дальностью 400 км.»

Эпизод на разграничительной линии между восточной и западной зонами оккупации Берлина. Из открытых источников.

При этом, как упоминал ранее, 11 ноября 1957 г. правительство ГДР предложило ФРГ взаимно от­казаться от производства и размещения на их территориях атомного оружия и о вхождении ГДР и ФРГ в безатомную зону США и ФРГ от­ветили категорическим отказом. ФРГ и государства НАТО не признавали ГДР. 3—4 июня 1961 г. Хрущев на встрече в Вене с президентом США Кеннеди предложил подписать мирный договор с обоими германскими государствами и предоставить Западному Берлину статус вольного города. Кеннеди от­казался, причем даже не попытавшись выдвинуть какие-либо контр­аргументы по данному вопросу. США вполне устраивали неопреде­ленность ситуации в Германии и постоянная балансировка на грани ядерной войны.

Именно после встречи с Кеннеди Хрущев по согласованию с руководите­лем ГДР Вальтером Ульбрихтом решил установить на границе Вос­точного и Западного Берлина легкие защитные сооружения. Ини­циатива постройки бетонной стены принадлежала «германским то­варищам».

И вот в ночь с 12 на 13 августа на границе с Западным Берлином был установлен строгий пограничный режим и устроены легкие за­щитные сооружения, в том числе и колючая проволока. Охраняли их пограничники ГДР. Возведение защитных сооружений формально было внутренним делом ГДР и не давало повода для иностранного вмешательства. Однако президент Кеннеди отдал приказ о призыве в США 250 тысяч резервистов в армию и флот. В выступлении по теле­видению Кеннеди объявил о своей готовности воевать за Западный Берлин – как будто его кто-то пытался отнять!. «Мы стремимся к миру, но мы никогда не капитулируем... Выбор между войной и миром де­лают они, а не мы. Советский Союз втянул нас в кризис... Это они от­казались от заключения мира с единой Германией в нарушение между­народных законов и соглашений». Ложь тут, как мы видим, лилась рекой, но ей верили.

Американцы направили в Западный Берлин дополнительный кон­тингент войск — 1,5 тысячи мотопехоты. Хрущев приказал нашим ге­нералам пропустить американцев и мужественно терпеть все провокации.

27 октября 1961 г. американские военные решили устроить прово­кацию на границе и снести с помощью бульдозеров защитные ограж­дения в районе Фридрихштрассе между британским и советским сек­торами. Наша разведка вовремя доложила об американском плане ко­мандованию ГСВГ.

К КП у Бранденбургских ворот двигались три джипа с военными и штатскими лицами, за ними шли мощные бульдозеры и замыкали шествие 10 танков М-48 с закрытыми люками и расчехленными орудиями. Советское командование разме­стило в переулках в этом районе до батальона пехоты и до полка совет­ских танков. После того как джипы беспрепятственно проехали КП, были заведены моторы наших танков, и они стали выходить из переул­ков навстречу бульдозерам. Мало того, в переулках были расположены передвижные радиоустановки, транслировавшие на полную громкость рев танковых дизелей. У американцев создавалось впечатление, что за домами скрыты еще сотни танков.

Октябрь 1961. На заднем плане видны советские танки Т-55. Так могла начаться Третья Мировая война. Из открытых источников.

Бульдозеры остановились на западной территории, не достигнув разграничительной линии. Советские танки тоже остановились. Джи­пы, пометавшись в тылу наших танков, развернулись и возвратились в Западный Берлин. Танки, американские и советские, остались на местах. Противостояние продолжалось практически всю ночь. Затем по команде из Москвы наши танки развернулись и ушли назад, в пе­реулки. Минут через 20—30 американские танки и бульдозеры также ушли.

Этим противостоянием закончился второй берлинский кризис. Были признаны де-факто установление границ и контроль за ними со стороны ГДР. Третья мировая война не разразилась, но в последующем западные капстраны сделало Берлинскую стену чуть ли не главным козырем ан­тикоммунистической пропаганды. Как мы видим, в обоих упомянутых кризиса первопричиной был не «гнёт коммунизма» и невыносимое отсутствие демократических свобод, а вполне прозаичное противостояние Запада с СССР. И хотя ГДР при этом довольно успешно развивалась по мягкому социалистическому сценарию, данный путь был прерван в 1990м году, но это уже совсем другая история