За книгу Дениса Драгунского «Жизнь Дениса Кораблёва: филфак и вокруг. Автобиороман с пояснениями» я взялась потому, что автор уже в заглавии сделал заявку на то, что рассказ пойдёт о буднях студента филфака.
Мне эта тема как нельзя более близка, хотя я сама училась не в МГУ, а в одном из обычных провинциальных университетов страны. Но узнать, какой была атмосфера на этом филологическом Олимпе среди филологических небожителей – Сергея Аверинцева, Азы Тахо-Годи, Андрея Зализняка и прочих гениев, чьи фамилии стоят на классических учебниках, - мне ужасно хотелось.
И, хотя атмосферой филфака МГУ начала 1970-х проникнуться вполне удалось, моё отношение к книге Драгунского в итоге сложилось весьма противоречивым.
Сначала о плюсах. Безусловная удача автора – воссоздание этой самой атмосферы святая святых для всякого филолога. Читая Драгунского, то и дело ощущаешь трепет, будучи на расстоянии одного рукопожатия от гениев. Автор упоминает о своей дружбе с Мариэттой Чудаковой, Бэллой Ахмадуллиной и Александрой Ильф (дочерью самого Ильи Ильфа), описывает лекции у Сергея Радцига и Сергея Аверинцева, рассказывает, как запросто посетил самого Михаила Бахтина в доме престарелых, где великий филолог с женой доживали последние дни, как пил вино с человеком, который дружил с Ахматовой, записал на пластинку, как Анна Андреевна лично читает «Поэму без героя», а потом эту пластинку давал послушать молодому Денису Драгунскому…
Сплошь и рядом в книге – великие имена, и читать о повседневной жизни этих людей очень и очень интересно. Это действительно ценный исторический срез. Даже если сама филология вам не особенно интересна, тем не менее, полезно понять, как складывалась история гуманитарной мысли в СССР, расцвет которой действительно пришёлся на шестидесятые и отчасти на семидесятые.
Правда, сразу скажу, что Денис Драгунский во время учёбы специализировался на текстологии, а именно на изучении византийских текстов, так что у него несколько специфический уклон именно в чисто филологической части его мемуаров. Впрочем, лично я разделяю мысль Джона Толкина о том, что филология – это единый пласт, и её нужно преподавать и изучать в нераздельной совокупности, то есть не отделять язык от литературы/литературоведения и их вместе – от текстологии. Так что книга Дениса Драгунского мне тоже вполне интересна, хотя я по образованию филолог-русист и от византийских памятников весьма далека.
А теперь о минусах. Вернее, сразу надо обозначить, что всё нижеследующее – это минусы с моей личной точки зрения. Само собой, вы можете её не разделять.
Во-первых, если бы Денис Драгунский остановился сугубо на своей учёбе, то есть задался целью написать чисто о филфаке, как, например, сделала Мария Бурас в книгах «Лингвисты, пришедшие с холода» или «Истина существует. Жизнь Андрея Зализняка в рассказах её участников», его текст был бы великолепным. Но автор зачем-то совместил воспоминания о филфаке и рассказом о своей жизни вне его стен. А жизнь эта была весьма бурной и с уклоном почти всегда в одну-единственную сторону: ниже пояса.
В молодости Денис Драгунский был самым настоящим бабником, о чём он прямым текстом говорит в книге. Автор довольно подробно вспоминает о своих любовных историях и просто мимолётных приключениях, коих было великое множество, подчас два романа развивались параллельно.
Признаюсь, что мне такой тип мужчин органически неприятен, вызывает подлинное отвращение, как бы такие личности ни старались убедить других и самих себя в том, что их романы – это всегда (или почти всегда) несусветная любовь. Из-за этого и лирический герой книги скорее отталкивал, несмотря на его ум, начитанность и находчивость.
Во-вторых, книга демонстрирует совершенно явную политическую позицию автора. В сущности, «Жизнь Дениса Кораблёва: филфак и вокруг» - это книга не про филфак, а скорее про то, что жизнь в Советском Союзе в означенном периоде (1968-1973, когда автор учился в вузе) была, по мнению Дениса Драгунского, категорически безрадостной. Говоря словами самого автора, книга отражает «густопсовый антисоветизм» личных убеждений Дениса Драгунского и служит весьма развёрнутой (на 500 с лишним страниц) отповедью тем, кто всё ещё с теплотой вспоминает о пломбире за 19 копеек (и, по мнению автора, упускает из виду весь остальной беспросветный советский мрак, который он, Денис Драгунский, отлично видел и спешит всех ретроградов просветить).
Наиболее концентрированно эти мысли автора сосредоточены в специальном разделе книги – «Словаре». В словарике Денис Викторович приводит своё толкование разных понятий, так или иначе связанных с советской действительностью (Главлит, дефицит, «За себя и за того парня», завтрак туриста, лимитчик, нацмен, пятый пункт, снабженец, фарцовщик, цеховик и других).
Про некоторые явления мне действительно интересно почитать, поскольку я в СССР практически не жила (родилась в 1987 году) и многих элементов тогдашней действительности не помню и не знаю. Но общее послевкусие остаётся не очень приятное. Конечно, «густопсовый антисоветизм» сквозит не только в разделе «Словарь», но и во всей книге в целом, но именно в словаре он наиболее явственен.
Резюмирую. К сожалению, уклон повествования в эти две стороны (альковно-постельную и политически-идеологическую) существенно ухудшил мои впечатления от книги. Хотя всё, что касалось именно филологии (а в тексте этого, к счастью, немало!) мне очень понравилось, читалось жадно и с подлинным интересом.
Кстати, хочу отдельно остановиться на одном важном моменте. Я не восхваляю, но и не осуждаю советскую действительность и тогдашний политический строй. Я просто в целом не люблю, когда в художественных книгах углубляются в политический дискурс и как бы принуждают читателя принять определённую сторону. Для меня политическая обстановка того или иного времени в нашей или любой другой стране – просто исторический факт. Считаю, что задача любого общества – относиться к истории с холодной головой, то есть анализировать ошибки и стараться их не повторять, но при этом брать лучшие достижения и стараться их внедрять в новых реалиях исторического процесса. А достижения есть всегда.
Именно поэтому мне не нравится, когда авторы придают художественным произведениям явный политизированный характер, намеренно подбирая факты таким образом, чтобы очернить (или, напротив, строго обелить) тот или иной исторический период. Сам этот подход к построению художественного пространства мне не близок. Если уж рассказываете о каком-то периоде, говорите о нём честно, объёмно, равновесно указывая не только на минусы, но и на плюсы. Ведь жизнь никогда не бывает только чёрной или только белой. К сожалению, как раз этой объёмности в «автобиоромане» Дениса Драгунского и не хватает. Тем не менее, в свою коллекцию книг о филологии и филологах это произведение тоже включаю.
Подробно на самом издании останавливаться не буду: я показывала его в статье о книжных покупках декабря-2025:
***
На этом статью завершаю. Спасибо за внимание! А если вам хочется не только отзывов на стОящие книги, но и интересных книжных анонсов на постоянной основе, приглашаю вас в свой Телеграм-канал:
Ариаднина нить | Книги
Там ежедневно выходят свежие анонсы книжных новинок (в сфере интеллектуальной прозы). Анонсирую не только переводную, но и русскоязычную литературу, а также нехудожественную. Иногда упоминаю и некоторые интересные новинки, выходящие на английском.
Ваша Ариаднина нить.