В столице Северной Македонии городе Скопье стоит конная статуя. Всадник с копьём, бронзовый, огромный. Но на постаменте имени нет. Почему? Да потому что все местные знают кто это!
Александр.
Тот самый. «Великий» по-заграничному. «Македонский» по-нашему.
Ну, как у нас Пётр в Питере. Тоже табличку можно снять, но всем всё будет ясно!
Международный аэропорт столицы до недавнего времени тоже носил имя Македонского. И площадь перед парламентом украшена его профилем. Молодое государство, которому от роду тридцать с небольшим лет, претендует на полководца, умершего две тысячи триста пятьдесят лет назад.
Казалось бы, что такого. Да вот только в ста километрах южнее, в греческих Салониках, стоит другой памятник тому же человеку. И греки смотрят на северных соседей с выражением лица, которое я не берусь описывать в своём приличном блоге для джентельменов. Потому что тоже считают его своим героем.
И вот кто из них прав?
Давайте разбираться по порядку. С документами в руках, как полагается.
Рождение в греческом доме: откуда взялись Аргеады
Александр родился двадцатого июля 356 года до нашей эры. Место рождения — город Пелла, столица Македонского царства.
Пелла сегодня находится в Греции. А не в Северной Македонии. Еще раз, -- в Греции. Сорок километров от Салоник. Можете проверить по карте.
Проверили? Отлично. Едем дальше.
Отец его — царь Филипп Второй из династии Аргеадов. Мать — Олимпиада, принцесса Эпира. Оба родителя, -- тоже из греческих царских домов.
Тут надо немного объяснить про Аргеадов. В общем, это не какие-то местечковые князьки с гор. Династия прям очень знатная, возводила свой род к Гераклу. Да, к тому самому. Сын Зевса, двенадцать подвигов, львиная шкура на плечах. Для греков это было как для нас — происходить от Рюрика, только серьёзнее. Элита!
Мама Македонского, Олимпиада, была из Эпира. Эпир — греческое царство, никогда не вызывавшее сомнений. Плутарх пишет, что она была страстной поклонницей Диониса. Танцевала на мистериях в экстазе, держа в руках живую змею. Греческие боги, греческие обряды. Короче, наш мальчик рос в семье, где говорили по-гречески и молились греческим богам.
Но это для затравки, дальше интересней!
Олимпийские игры: пропуск, который не подделаешь
В 356 году до нашей эры Филипп Второй участвовал в Олимпийских играх.
Стоп. Тут нужно обязательно объяснить, почему это важно.
Древние Олимпийские игры — это не современный спорт с допинг-контролем и политическими бойкотами. Это было священнодействие в честь Зевса! И главное правило: участвовать могли только греки.
Только греки.
Были даже специальные судьи — элланодики — они проверяли родословную каждого атлета. Если не докажешь греческое происхождение — пошёл вон. Не знаю уж, использовали ли штангенциркуль для замеров головы, но… Как-то определяли! Варвары, иностранцы, люди негреческого статуса — всем отказ, досвидания. Это было строже, чем получить шенгенскую визу в девяностые с советским паспортом.
И вот достоверно известно, что Филипп Второй, царь из далёкой Македонии, проходит на эту проверку.
И его не просто допустили. Он победил. Трижды. В триста пятьдесят шестом, триста пятьдесят втором и триста сорок восьмом годах.
Три олимпийские победы, на минуточку.
Его имя даже внесли в официальные списки. То есть жрецы Олимпии — самые строгие хранители греческой идентичности — признали его своим.
Кстати, в тот самый день, когда Филипп победил в скачках на колесницах, родился его сын Александр. Гонец примчался с новостью прямо на стадион. Царь воспринял это как знак богов. И не ошибся.
Поэтому, друзья, вот что я думаю. Если бы Филипп был славянином, иллирийцем или ещё кем — элланодики бы его завернули. Они могли сделать политический выбор против Македонии, там хватало врагов. Но они выбрали закон. Потому что Филипп действительно был греком.
А если отец грек — то и сын грек. Разве нет?
Древний македонский язык: а что там с диалектом?
Долго ходили слухи, что македоняне говорили на каком-то странном языке. Враги Филиппа — особенно афинский оратор Демосфен — любили называть северян варварами с непонятным наречием. Наводили поклёп!
Демосфен вообще много чего говорил. Он ненавидел Филиппа политически и использовал любой аргумент. Включая лингвистический.
Но в 1986 году нашли кое-что интересное.
В Пелле, той самой столице, археологи откопали свинцовую табличку. На ней — текст. Казалось бы, белиберда, бытовая магия: какая-то женщина написала проклятие, чтобы её возлюбленный не женился на сопернице. Ну и прикопала в могилку по всем правилам.
А для историков это дороже, чем золото.
Почему? Потому что написано на повседневном языке. Не парадный стиль царского двора, не официальные документы — живая речь простого человека. Четвёртый век до нашей эры, современница Филиппа и молодого Александра. Накарябала на что грамотна была.
И вот лингвисты разобрали текст. Вывод единогласный: северо-западный греческий диалект, разновидность дорийского. Профессор Хатзопулос, крупнейший специалист по македонской эпиграфике, тоже подтвердил — это греческий, братцы, отвечаю.
Девяносто девять процентов всех надписей из древней Македонии написаны на греческом языке греческим алфавитом. Все монеты — с греческими легендами. Все официальные документы — греческие.
Где свидетельства какого-то другого языка? Где славянские надписи времён Александра?
Их нет. А знаете почему?
Да потому что славян тогда не было на Балканах. Но об этом позже.
Аристотель: как воспитать грека
В 343 году до нашей эры тринадцатилетнему Александру наняли учителя.
Не просто учителя. А Аристотеля.
Того самого. Который ученик Платона, основатель собственной школы, один из величайших умов в истории человечества. Филипп понимал: военная мощь сама по себе, без интеллекта не создаёт великого лидера. Мальчику нужен был грамотный наставник.
Три года они провели в уединённом месте — святилище нимф в деревне Миеза. Философия, этика, логика, риторика. Естественные науки. И, конечно, греческая литература.
Особенно «Илиада».
Плутарх пишет, что Аристотель даже подготовил для ученика специальное издание поэмы. Александр возил эту книгу с собой всю жизнь, даже в дальних походах. Клал под подушку вместе с кинжалом. Он видел себя новым Ахиллом. Воином, который воплощает греческие идеалы чести и славы.
Потом Александр говорил: «Отцу я обязан тем, что живу. Но Аристотелю — тем, что живу достойно».
Это было не образование степного воина или балканского горца. Это греческое воспитание, греческим философом, на греческих текстах. Человек, который вырос на Гомере и Аристотеле — он грек по культуре, даже если бы родился на Луне.
Панэллинский лидер: война как греческое дело
После убийства отца в 336 году Александр быстро утвердил единоличную власть. Подавил мятежи, показал зубы повылезавшим недругам. И созвал Коринфский конгресс.
На этом собрании представители греческих полисов признали его своим лидером. Афины, Спарта, Фивы, Коринф — все там были, все подписались.
Плюс война против Персии объявлялась как общегреческое дело. Месть за старые обиды. Ведь персы когда-то сожгли Афины, разрушили храмы. Теперь греки ударят в ответ.
Александр тогда писал персидскому царю Дарию: «Твои предки пришли в Македонию и в остальную Грецию и творили нам зло».
Обратите внимание. «В Македонию и в остальную Грецию». Он говорит как грек, защищающий греческий мир. Не как пришлый иностранец.
И когда он завоёвывал Персию, Египет, Месопотамию — он везде насаждал греческую культуру. Основывал города с греческими названиями, строил театры, вводил греческий язык. Это и называется эллинизация.
Александр нёс греческую цивилизацию в варварский мир. Тратил на это огромные силы и деньги. Потому что сам был греком и считал это своей миссией.
Географический парадокс: почему Македонию считали странной
Будем откровенны, не все греки любили Македонию.
Демосфен называл Филиппа варваром. Афинские снобы смотрели на северян сверху вниз. Македония же где располагалась? У чёрта на куличках. Далеко, на краю греческого мира, окружена фракийцами и иллирийцами. Диалект странный. Режим монархический, а не демократический. Много конницы, мало философов.
Это было предубеждение. Как москвичи иногда смотрят на провинцию, примерно так же.
Но предубеждение — это сотрясение воздуха, а не факты. Демосфен ненавидел Филиппа политически. Ведь если признать царя греком — то он уже сильный конкурент за власть в греческом мире. Опаснее, чем внешний враг для кого-то.
Поэтому афинские политики и давили на «варварство» Македонии. Риторическая стратегия.
Но элланодики в Олимпии не купились. Они признали Филиппа греком, потому что он действительно был греком.
Хронологический разрыв: девятьсот лет молчания
Александр умер в Вавилоне десятого июня 323 года до нашей эры. В свои тридцать два года. Лихорадка, возможно малярия, возможно отравление. Наговаривают злые языки, что спился. Историки спорят до сих пор.
А вот славяне появились на Балканах только в середине шестого века нашей эры.
Давайте посчитаем. Итак, 323 до нашей эры плюс 550 нашей эры — восемьсот семьдесят три года. Почти девять веков, выходит.
То есть между уходом Александра и приходом славян прошло больше времени, чем отделяет нас от Куликовской битвы. Больше, чем вся история Соединённых Штатов.
А что же происходило на этой территории девятьсот лет?
Ну, для начала там были греческие царства, наследники Александра. Потом римское завоевание, но население по-прежнему говорило по-гречески. Потом Византия. И всё это время — греческий язык, греческая культура, греческие храмы.
А в шестом-седьмом веке пришли славяне. Заселили земли, ассимилировали остатки местного населения, создали свои государства.
Так что, говоря строго, современные жители Северной Македонии — потомки тех переселенцев. Язык у них славянский, культура славянская, история средневековая. И безусловно они имеют полное право гордиться своим наследием — царством Самуила, борьбой за независимость.
Но вот только Александр Македонский к этому наследию не относится. Никак, уж простите.
Это как если бы турки объявили своим национальным героем Гектора на том основании, что живут там, где когда-то стояла Троя. Сюр.
Национальное строительство девяносто первого года: откуда взялся миф
В 1991 году развалилась Югославия. Полагаю, большая часть кто это читает у меня в блоге застали события. На обломках возникли новые государства. Каждому нужна была национальная идентичность.
Конкретно у Македонии была проблема с национальным величественным прошлым. Бедный регион, периферия федерации. За что зацепиться-то? Средневековое царство Самуила — это скорее болгарская история. Партизанское движение — общеюгославское. Нужен был герой. Желательно всемирно известный.
И тут — о чудо — название страны совпадает с названием древнего царства.
О, отлично, это же сам Александр Македонский! Вот и хорошо, вот и ладненько.
Ну, то есть вы понимаете, решение было чисто политическим. Аэропорт переименовали, площади застроили статуями, в учебниках появились намёки на «особое» происхождение полководца.
Понятно, Греция возмутилась. Даже ввела торговое эмбарго. Конфликт этот тянулся четверть века. И закончился только в 2019 году, когда страна согласилась называться Северной Македонией. Буквально вчера.
Но миф уже зажил своей жизнью. В интернете до сих пор можно найти статьи о «славянском» Александре. И полно народа, которых в обратном уже не переубедить! Почву для спекуляций удобрили обильно.
Только вот всё это не выдерживает проверки фактами и теперь вы тоже в курсе!
Так что, друзья, историю нельзя переписать, переименовав аэропорт. Факты — штука упрямая. Как говорили наши отцы, против лома нет приёма. А факты — это и есть лом истории. Согласны? Или есть возражения? Пишите в комментариях, обсудим. А, ну и лайк поставить не забудьте и подписаться, если понравилось, буду признателен!