Глава 10
Тишина после ухода Стаса была не абсолютной. Её заполняли другие звуки: слишком громкое тиканье кухонных часов, навязчивый гул холодильника, сдавленный шепот детей за стенкой. Майя слышала каждый из них, и каждый резал по нервам.
Утро прошло на автопилоте. Каша, сборы, поцелуи. Глаза Макара и Тимофея были полны немого вопроса. Она ответила уклончиво: «Папа у бабушки, у него срочные дела». Ложь прилипла к горлу комом. Анфиса цеплялась за её ногу, словно чувствуя шаткость мира.
На работе её спас только механический режим. Цифры в таблицах не требовали эмоций, только аккуратности. В обеденный перерыв она сидела в пустом кабинете, уставившись в окно, и не заметила, как по щеке скатилась слеза. Она быстро стерла её, оглянувшись, словно боясь, что кто-то увидит эту слабость. Но вокруг никого не было. Одиночество было тотальным.
Вечером, когда дети, наконец, угомонились и в квартире воцарилась тяжёлая, гулкая тишина, раздался звонок в дверь. Майя вздрогнула, дико надеясь и ужасаясь одновременно. Но за дверью стояла Ольга. В руках у неё был пластиковый контейнер с домашними котлетами и пакет с круассанами.
— Не отказывайся. У меня их столько, что можно семейство их до весны есть будет. Решила поделиться, — сказала она, словно это был самый обычный визит.
Майя впустила её. Ольга, не дожидаясь приглашения, прошла на кухню, поставила чайник.
— Садись. Командуй. Сахар есть? — её бытовой напор был спасением.
Они сидели за столом. Ольга болтала о пустяках — о новых налогах, о глупом сериале, о том, что её муж пытался собрать шкаф и чуть не остался без пальца. Она создавала фон нормальной жизни, в который Майя могла постепенно вернуться.
Потом, когда первая чашка чая была осушена, Ольга положила ложку и посмотрела на Майю прямо.
— Ну, как ты, вообще?
И Майя, под этим прямым, лишённым жалости взглядом, не выдержала. Не стала рассказывать про ссору. Она начала с самого начала. С того, как незаметно кончились разговоры по душам. Как объятия стали формальностью. Как они перестали быть «Майей и Стасом», превратившись в «родителями Макара, Тимофея и Анфисы».
— Я так боялась это признать, — прошептала она, сжимая теплую кружку. — Боялась, что это провал. Что я плохая жена. А теперь… теперь просто пусто. И страшно. Один на один со всем этим.
— А он что? — спросила Ольга.
— Он сказал, что задыхается. И я его поняла. Потому что я тоже.
Ольга долго молчала.
— Знаешь, что самое паршивое? — наконец сказала она. — То, что вы, наверное, оба правы. И оба виноваты. Любовь — она как растение. Её нужно поливать, а не просто ставить на подоконник и ждать, что она сама выживет. Вы перестали поливать. И она засохла. Не надо сейчас искать, кто первый перестал носить воду. Факт в том, что оба хотели пить и молчали.
Эта метафора поразила Майю своей простой жестокостью. Именно так. Они молча засыхали рядом друг с другом.
— Что же мне теперь делать?
— Выживать, — безжалостно честно ответила Ольга. — Сначала день. Потом неделя. Потом месяц. Делать то, что нужно детям. Заставлять себя есть. Спать, когда получится. Не думать о глобальном. Мыслить категориями «сейчас»: «сейчас я мою посуду», «сейчас читаю сказку», «сейчас дышу». Всё.
— А потом?
— А потом посмотрим. Может, он одумается. Может, нет. Но ты должна дожить до этого «потом» в здравом уме. И для этого тебе нужна помощь. Не моя — я буду звонить, приезжать, но это костыли. Тебе нужен специалист. Психолог. Не чтобы «вылечиться», а чтобы разложить этот хаос в голове по полочкам и понять, как жить дальше. Я найду контакты.
Майя кивнула. Сопротивляться не было сил. И в этом согласии было облегчение — словно она наконец передала кому-то хоть часть неподъёмного груза ответственности за своё душевное состояние.
Проводив Ольгу, Майя долго стояла в прихожей. В квартире снова стало тихо, но теперь эта тишина была не такой враждебной. В ней было место усталости, горю, страху. Но также и место для круассана на завтрак, для номера психолога в записной книжке, для простой, грубой правды, прозвучавшей сегодня. Она прошла проверять детей. Спали. Дышали ровно. Мир не рухнул. Он изменился, стал страшным и неузнаваемым, но под ногами земля всё ещё была твердой. Ей предстояло научиться ходить по ней заново. Одной.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))
А также приглашаю вас в мой телеграмм канал🫶